"40 ГРАДУСОВ ПО МИХАЛЫЧУ"

    1. КУДА МЫ ЛЕТИМ?
    СИСТЕМА СОЛО.
    ПЛАНЕТА ТЕРА-365.
    ЗАПАДНЫЙ ПАСИФИК.
    КОНЕЦ 5-й СТАДИИ 4-го КРУГА.
Тяжелая тропическая ночь самым нахальным образом окутала горизонт вплоть до тёмно-лиловых отливов низких разорванных туч. На десятки миль вокруг ни единой души, а под тобой добрых пять тысяч метров глубины чёрного океана. Ни единого огонька на горизонте, который для привычного глаза остаётся виден еще долго, пока не превратится в иллюзию, совсем растворившись во мраке. Но Михалыч не видел даже иллюзии, он не видел вообще ничего кроме темноты... он лишь чувствовал воду, в которой бултыхался и знал, где верх. Михалыч никогда не тонул, невзирая на количество выпитого. Это было его плюсом, минусом Михалыча была ПАМЯТЬ, чёрт бы ее подрал... Просто Божья кара - помнить ВСЁ, сколько бы ни выпил!!! И на этот раз Михалыч помнил, что с ним было вчера, сколько он выпил и с кем, до какого свинства он дошел, потом... падая, боялся попасть под винт, но не попал... Заурядный алкоголик никогда не помнит, что с ним происходило вчера. Михалыч не был "заурядным" - он был УНИКАЛЬНЫМ. Когда-нибудь всё так бы и вышло, не в этот раз, так в другой, - он бы непременно свалился за борт. Вода была теплой, несмотря на ветер и брызги, Михалыч не хотел трезветь, да это и не требовалось, - он как пробка... или что похуже... неизменно держался на поверхности, он помнил всё до мелочей, он даже был способен соображать, правда, очень медленно. Прошел час, а может два... небо было по-прежнему переполнено чернотой. Наконец, он разглядел тусклую звездочку. Она увеличивалась, казалась всё ярче и ярче, пока не превратилась в огромный ШАР. Из шара упал отвесный луч, этот луч прочерчивал морскую зыбь четкими параллельными линиями. Михалыч почувствовал пронзительную боль. Луч замер, ослепив протрезвевшего моряка...

* * *


Теперь пространство ограничивалось замкнутым кругом около пяти метров диаметром. Переборка пестрила полупрозрачной градуировкой диковинных приборов с непонятными символами. Михалыч помнил светящийся шар, помнил боль, а дальше, хоть убей (!), - не мог понять, как оказался здесь в кресле. За темными стеклами "люмиков" ничего не менялось, ровным счетом ничего, хотя было ощущение движения, какое-то внутреннее. Слева в пол-оборота сидел еще один пассажир: незнакомый молодой человек лет 25-ти. Михалыч хотел многое сказать, но язык онемел, равно как руки и ноги. Оставалось лишь гримасничать, моргать и надувать щеки. Под сводом потолка плавно перемещался похожий на туманное облачко предмет в форме клубка. "Клубок" поочередно зависал то над Михалычем, то над Алексом, как бы присматриваясь...

Алекс еще раз окинул взглядом помещение. В отличие от Михалыча, он не помнил о себе НИЧЕГО. Мало того, место, в котором находился, не являлось ему чужим...

Никаких балок и жестких креплений не было, очевидно, летательный аппарат имел цельнолитой корпус. Справа находился узкий длинный стол, своим полукружием повторявший форму переборки. На нём стояли какие-то витые стеклянные сосуды, а самый большой, с металлическим змеевиком, напоминал самогонный аппарат. Когда Алекс обратил внимание на Михалыча, тот был, казалось, целиком поглощен "самогонным" аппаратом. Моряк заворожено глядел, как по прозрачным стенкам сосуда зазывно булькал и плескался зеленоватый "первач". В противоположном углу находилась тёмная панель с разноцветными ручками и великолепный экран вроде сферического дисплея. Если бы сюда попал дикарь, он справедливо принял бы всё за чародейство. И действительно, волшебства здесь было больше, чем техники. Из дымчатого клубка, как из щели, выходили, вырастая на глазах, странные существа, они казались угрюмыми, хоть не проявляли агрессии. Исчезали хозяева столь же эффектно, будто ужом проскальзывая назад в туманное облачко. Пленникам давали зеленую и красную жидкость из чашеобразного сосуда, по-видимому, разочаровавшую моряка. А вид у пришельцев был не очень приветливый: рост маленький, руки ниже колен, рта не видно, и вообще, всё тело вместе с руками и головой обтягивал черный эластичный покров, оставляя лишь узкие прорези для глаз, которые скрыто пронизывали пленников таинственной гипнотической энергией.

Вскоре начались обследования, измерения и всяческие анализы. Михалыч освободившимся от тяжести языком промлямлил свои соображения:

- А у них медкомиссия пострашней нашей, пароходской. Всё, парень, хана пришла!.. пробовал я ихнюю бражку, ...паршивая, прямо скажу... и вообще: куда мы летим?!..

В этот момент Михалычу надели на голову какой-то прибор с разноцветными гофрированными трубками, матрос затих.

* * *


Клубок засветился радужными переливами и из него вырос ...человек (!).

Взглядом хозяин велел роботам освободить матроса. Михалыч хотел выматериться, но Главный поднял вверх ладонь и заговорил на резком по звучанию языке, причём смысл сказаного будто шепотом звучал в сознании:

"Я - Электрологос.." Он обратил свой немигающий взгляд на Алекса: "Воин Тайир! Мы доставим тебя на Пантеон-388. Знание вернется к тебе. Я выполняю миссию наблюдения за информационным полем планеты Тера-365. Мутирующими мирами правят Иерархи. Иерархами правит Сотсирх, дубль-сотон, сам создавший множество сотонов, каждый из них заведует определенной планетой. "

Неожиданно Электрологос изменился в лице и спешно, без объяснений, удалился. На пульте мерцал сигнал вызова, земляне переглянулись: что-то произошло.

- Умный мужик! - заметил Михалыч: - Из него бы замполит хороший получился!.. а нас в лаборатории своей замучит и глазом не моргнет!.. Эх, куда мы летим?..

Матрос хлебнул из гранёной колбы в форме "восьмёрки": - А ты, парень, - хто такой вообще?

Алекс будто очнулся:

- ...Честно говоря, я и сам не знаю... Но я - один из НИХ. Моё имя - Александр.

- Шурик, значит... Сашка! А откуда ты? Говоришь вроде, по-русски...

- Я жил на Земле и говорю на 72-х языках, но ...ничего о себе не помню. Знаю только, что я один из НИХ...

Михалыч опять хлебнул из колбы:

- Я тоже бывало, когда выпью... на таком языке заговорю - ну нихто не понимает!

От выпитого Михалычу заметно "похорошело", и он икнул семнадцать раз подряд:

- Ку-у-да... мы ... ле-ет-ет-тим..! Он снова потянулся за колбой, но та пузырилась и меняла цвет. Через минуту Михалыч не мог скрыть своего удивления, даже перестал икать: замысловатая колба, из которой выпито больше половины, вновь заполнена доверху! То ли благодаря волшебству, то ли химической реакции, а эта бутылка была ...Бесконечной! Михалыч еще дважды повторил эксперимент и совсем окосел, но результат каждый раз оставался неизменным - бутылка, полная до самого горлышка! Михалыч трепетно прижал бутылку к сердцу: "Слышь, мужик, она - Бесконечная!.. Ты слышишь?.. БЕС-КО-НЕЧ-НА-Я!!"

* * *


    ОРБИТА ПЛАНЕТЫ ТЕРА-365
В кругу свечения возник Электрологос.

- ЭТО приближается. Готовьтесь.

Алекс вдруг понял : Это война! Электрологос уселся в широкое кресло, будто выросшее откуда-то снизу. Слева появилось второе кресло, чуть поменьше, место в нем занял один из биороботов. Электрологос вел переговоры с другим кораблем, но даже интерфейс не справлялся с переводом - настолько сжатым и молниеносным был радиообмен. Алекс услыхал: УРАНИДЫ. Пальцы его судорожно сжались и кровь забарабанила глухим молотом. Из пола выскочила панель ручного управления с гашетками типа "джойстик", передняя часть "тарелки" вдруг стала прозрачной и могло показаться, что пилоты как бы висят в воздухе. Впереди приближалась еще одна дискообразная "тарелка" из серебристого металла. Вокруг мелькали какие-то стремительные остроносые челноки, пронизывающие "тарелку" похожими на лазер лучами, в местах попаданий зияли круглые отверстия с дымным шлейфом. Вдруг на короткое время экран озарился яркой вспышкой. Когда облако пламени погасло, корабля уже не было, зато по-прежнему пикировали узкие штурмовые модули уранидов.

- Слишком поздно. - пояснил Электрологос. Он красноречиво посмотрел на робота-пилота. На экране сразу появился двигающийся круглый визир с насечками. Визир хватал и сопровождал цель, пока ее не поражал ярко-голубой двуствольный луч. Три штурмовика вспыхнули, подбитые, и, рассыпая искры, по очереди исчезли, остальные заметушились подобно рою мух, затем перегруппировались, развернувшись двумя атакующими колоннами. Попарно налетая, они метали свои молнии и по дуге уходили в облака. Запахло горящей изоляцией, очевидно, были попадания, несмотря на мощный силовой экран. Дисколёт взмыл, резко рванув с места, и сделал фантастический вираж под сорок пять градусов так, что на экране был виден яркий след собственной планетарной турбины. Снова визир заскользил по экрану и прицелился в очередную жертву. Робот нажал на гашетку и, не провожая взглядом догорающие останки, вошел в пике, хладнокровно выравнивая "джойстик".

- Молодцом! - не выдержал восторженный Михалыч: - Так йих, собак!

Робот заговорил, еще дважды рванув гашетку. "Справа в 130-и тера-милях модульная база" - перевёл интерфейс. Главный взглянул на радар: - Уничтожить!

- Сейчас начнётся..! - заметил Алекс. Михалыч утвердительно икнул в ответ. Корабль качнулся от рывка и моментального торможения. Картина предстала просто потрясающая: три четверти экрана занимала пятиярусная тарелка-великан, блистающая на солнце портами десяти ангаров. Выше ангаров виднелись вкрапления черных точек, как иллюминаторы опоясывающих тарелку по периметру. Робот взял "на мушку" самый верхний закругленный этаж, очевидно, выполнявший роль поста управления. Вспыхнула и зашипела убийственная голубая молния, обезглавленный монстр сначала накренился вбок, затем, дрожа всем корпусом, резко ушел в смертельный "штопор", окруженный свечением плотных слоев атмосферы.

- Право-35, два корабля охранения! - доложил пилот. Не успел Электрологос включить защиту, как раздался оглушительный треск, внутренность дисколёта на миг была пронзена толстым слепящим лучом красно-жёлтого спектра. Пилота отбросило в сторону, а от Электрологоса осталась лишь кучка серого пепла. Моментально появились два вспомогательных робота, один убрал останки навигатора, другой помог встать пилоту и принялся заделывать дыру в экране.

- Цементный ящик ставь! - подсказывал неугомонный матрос, высвобождаясь из фиксирующих поясов: "Пластырь, ёш твою!.. заводи!!..." Наконец, вскочив, он принялся трясти "за барки" едва пришедшего в сознание робота: "Рвём отсюдова! Ходу давай!.. ходу!!" - орал он, тыча пальцем на экран местного увеличения, где быстро приближались две тарелки уранидов. Оттащив Михалыча, Алекс уселся в командирское кресло. Пилот, наконец, опомнился и взял управление.

- Сможем уйти? - спросил Алекс.

- Их маневр лучше. - отвечал робот, глядя на локатор: - Перехожу в ПОЛИДРОМИЮ. Экран снова потемнел, превратившись в местную орбитальную карту, на которой красным кружком была отмечена спасительная зона выхода в параллельные измерения. Восемь секунд показались восемью веками...

* * *


    ГРАНИЦА СИСТЕМЫ ЭЛОС.
    ТОЧКА 2-ЭКС.
В багряных переливах чужого светила виднелись увеличенные несколько незнакомых планет. Звезда была даже заметно тусклее Солнца, хоть по спектру такая же. Мгла вселенской ночи окутывала ее, наползала огромным уродливым телом, изъеденным оспинами черных дыр навеки охладевших светил и галактик. Горизонт был пугающе неведомым, чужим. Кругом, где только хватало взора, громоздился чудовищный хаос крошечных светляков-звёзд, будто перемешанных неловкой рукой Мироздания. ... ЧУЖОЕ... да, это было ЧУЖОЕ СОЛНЦЕ..!!!

- Ну и где ж ваша планета?! - брякнул неугомонный Михалыч, недоверчиво косясь на карлика-робота.

- Мы в стороне от трансгалактических путей. - отвечал карлик: "Желтая звезда - это Элос. Пантеон - пятый от Элоса."

Визир заплясал по экрану и вдруг замер, указывая на 5-ю планету, при увеличении похожую на Землю своим голубоватым свечением. Невдалеке, столь же недвижим, висел красный "Марс", отличающийся от оригинала более внушительным размером.

Окольцованных "Сатурнов" было целых три.

...Александр был не таким, как все, он пришел на Землю из другого мира, и теперь этот "другой мир" сам забрал его. Из земной жизни он не помнил ничего. Михалыч помнил о себе, как назло, всё до мелочей, и это его беспокоило больше, чем Будущее. Старого морского волка немного укачало. Просыпаясь от головокружения, он изрыгал проклятия в адрес инопланетянской самогонки (как выяснилось позже, это был индикаторный реактив). Сон здесь не существовал: Земля была уже далеко, а вместе с ней и ее Ритмы. Михалыч не мог спать (!), и теперь воспоминания окончательно достали его. Смешное сосуществовало рядом с чудовищным. Реальность то сворачивалась в нереальность, то разворачивалась опять в совершенно ином нелепом виде, но и ты уже был другим, частью этой новой нелепицы. Выйдя из земного притяжения, всё перестало подчиняться привычным законам, условности были нарушены, материя оживала на перекрёстках энергий.

- Мы в поясе Фохада. - доложил робот-пилот.


    2. ВОЛОСАТАЯ РУКА МИХАЛЫЧА.
    ПОЯС ФОХАДА. ЭКЗАЛЬТАЦИЯ.
Объёмная цветная графика на экране вычерчивала шар со спиральными полосами. Алексу спать вовсе не хотелось, он обратил внимание на странный голубой сгусток, сопровождавший любой маневр корабля. Александр несся сквозь реликтовую тишину неведомой галактики. Робот выключил ускоритель, и эта тишина стала абсолютной, звездный корабль по инерции мчался через вакуум, но было ощущение полного покоя, нарушаемого лишь глухими барабанными ударами собственного сердца...

* * *


    СИСТЕМА ЭЛОС.
    ОРБИТА ПЛАНЕТЫ ПАНТЕОН-388.
- Шура! Мы в тропиках! - послышался бредовый зевок Михалыча.

- Вышли на орбиту! - доложил пилот.

Большая, на весь экран, медленно вращалась... чужая планета! Сквозь легкую пелену бирюзовой атмосферы с уплотнёнными воронками циклонов четко просматривалась поверхность планеты, точнее говоря, её сектор, освещенный встающим из-за горизонта могучим огненным шаром. Были видны витиеватые берега материков, изрезанных фьордами. Казалось, даже виден морской прибой, рядом с которым зеркально серебрился океан, а по другую сторону тянулись цепи высоких гор. За горами расстилалась обширная зеленая равнина, куда стекала отблескивающая сеть рек и речек, подобно капиллярам, соединявшаяся в широкие артерии. Робот настроил биоритм корабля под частоту вращения планеты, преднамеренно оставляя некоторую разность, достаточную для достижения номинальной антигравитации. Теперь корабль, отторгаемый планетой, плавно скользил по её изогравам. Наконец, на борту установилось пантеонское время, и оба землянина почувствовали себя еще хуже. Фарос (так звали робота) сверкнул щелками глаз:

- 21 южной, 48 восточной. Космопорт не принимает. Пеленга нет. Дежурный канал не проходит... пробую настройку вещания.

На мониторе появилась классически красивая женщине с "кубликом" из волос. Она была одета, точнее говоря, обёрнута куском полупрозрачной материи типа индийского "сари". Фарос настроил интерфейс, и земляне слушали сводку новостей, автопереводчик учитывал даже интонации. Орбита планеты была заблокирована эскадрой Сотсирха. Над северным материком ведутся бои. Пантеон потерял двенадцать штурмовиков и одну орбитальную станцию. Сбиты семь модулей агрессора...

Фарос засуетился над клавиатурой и включил радар. Из ночной части горизонта выползал странный объект треугольно-конической формы.

- Это - Ноддегамра, галакрейсер Сотсирха. - неожиданно произнёс Алекс, занимая кресло Электрологоса. Тяжёлый флагман уже развернулся носом, и один из его цилиндров плавно прицелился... Дисколёт ушел по сложной траектории, приспосабливаясь к рельефу и вращаясь вокруг своей оси как юла. Из центра цилиндра вдруг выскочила оранжевая молния, луч слегка зацепив дисколёт, скользнул вниз, срезав верхушку снежной горы. Дисколёт скрылся за отвесной грядой, и Алекс пошёл на посадку. Он замедлил скорость и повис в десятке метров над посадочным терминалом. Раскачиваясь подобно падающему листу, корабль рухнул наземь с грохотом и дымом ...

- Приехали... - выдохнул Алекс.

- При-ип-лыли... - икнул Михалыч.


(Конец опубликованного отрывка)