Наваждение
(1992)
I
Я смотрю на пустую улицу:
розовые фонари прорезают ночь.
Асфальт отражает углы
темно-серых зданий.
II
Красные огоньки вдали
мигают, как воспаленные глаза.
Все теряется в кругах.
Я засыпаю.
III
Мой сон переносит меня в Рим:
улицы – узкие как тропинки.
Светит солнце.
IV
Люди размахивают руками
и бегут по направлению к площади.
Музыка непонятной процессии
сливается с криками бегущих.
V
Нашли человека похожего на Мессию,
теперь его хотят сжечь.
Он боится: закрывает лицо
и плачет, как ребенок.
VI
Я ударяюсь головой
об изголовье кровати.
Мне снится последняя казнь Христа
***
Какие нужны краски
чтобы описать туман?
Светло-белые? прозрачные?
Как отразить цвет солнца,
луны, тающей в звездном потоке?
И почему так трудно нарисовать зеркало?
Конусы, пирамиды, треугольники,
миллионы глаз,
разделяющих пространство
на миллионы окружностей,
бесчисленное количество аксиом,
потерянных в одной,
никому не известной теореме.
Это геометрия лица Вселенной;
И я падаю в него,
натыкаясь на углы и квадраты.
(1992)
Песня пасхальная
Бледный воин
на черном фоне –
фотография
Христа –
ветхий плащ,
позабытый ангелами,
наверно, в спешке –
веки ангельские
не раздвигай
руками,
ибо не суждено
им нести
бремя войн –
на хрустальном фоне
нежно время
вырежет
дыры глаз
на фотографии
Христа.
(1997)
Потерян за чертой
"Потерян за чертой!" –
Звучит так отчетливо.
Проговаривается каждым слогом.
Потерян за чертой!
За длинной, сломанной, вытянутой, взлетной.
Потерян – навеки или на миг?
Звездой или планетой?
Потерян в криках мертвых поэтов,
потерян среди века...
Или просто спрятался в рассветы –
в эхо?
Я потерян, как пудель на перроне,
выброшен, как помеха, наружу выть.
Или, может быть, среди боли и смеха,
среди всех богов, которым вы верите
и которых вы видите в мечтах,
как за окружностью невидимая черта...
Я – потерян!
(1991)
Елене А.
Сон
Мне снилось, что я целовал тебя в ладони.
Просто целовал тебя в ладони всю ночь.
Ты улыбалась и следила за моими губами.
На них я чувствовал каждую линию
твоей судьбы.
(1992)
Предпоследний закат
В тот год хоронили друзей. Пили
водку на кладбище и на ветру оставляли
свечи на пыльных памятниках. Жарили
в желтой фольге сторублевый гашиш,
и замирали в креслах, теряя дар речи,
звонили по одному и тому же номеру
просто домой или Богу. Мертвые ангелы
простирали к нам руки, и сквозь зловонный
дым мы глядели друг другу в глаза
без белков. А потом разбредались...
И снова в аэропорт в 5 утра. Груды вырванных
с корнем деревьев. Был ураган...
Предпоследний закат утонувшего года
Предвестьем распят.
(1998)
Путь в Калифорнию
1
Впереди Калифорния.
Мост Голденгейт –
будто не расставались…
2
Как давно не бродили
по берегу мы!
Не мчались
в Кармэл,
где Робинсон Джефферс
проклинал
человечество.
3
Как давно не ходили мы
в порт Сан-Франциско
взглянуть на прибой!
4
Путь домой!
5
И все та же немая усталость…
и забытый багаж,
и любимые лица в толпе.
(1999)
Bернуться
© К.С. Фарай