Тенета-Ринет'2000: Вне конкурса. Повести и романы

Тенета-Ринет'2000: Вне конкурса. Повести и романы

Тенёта-Ринет' 2000:

ШОРТЛИСТЫ

РЕЗУЛЬТАТЫ ГОЛОСОВАНИЯ СЕТЕВОГО ЖЮРИ

ТАБЛИЦЫ ГОЛОСОВАНИЯ СЕТЕВОГО ЖЮРИ

ОПУБЛИКОВАТЬ РАБОТУ

КОНКУРСНАЯ РАБОТА:
Название: Я СЛУШАЮ, ЛИНА ...
Автор: Сазанович Елена
Издатель: ВГИК-2000 <vgik2000@yahoo.com>
Номинатор: ВГИК-2000 <vgik2000@yahoo.com>
Дата: Nov 21
Проголосовать | | Результаты голосования |

Номинаторы	Prof-жюри	Net-жюри
Спонсоры	Авторы	Объявления
Лента	Категории	Правила

ХУДЛИНКС

Конкурс переводов стихов. Призовой фонд: $150.
Конкурс РЕЦЕНЗИЙ на конкурсные работы. $300 от VirtualLogo
КОНКУРС РЕЦЕНЗИЙ на книги Дмитрия ЛИПСКЕРОВА $180 от Lipskerov.Ru
Luna.MSK.Ru: приз - участок Луны
Сетевой Дюк
ПРИЗЫ: $600
Русская Америка
Призы: $750
ВНЕ КОНКУРСА

Обсуждение категории

Диофантов кинжал
АРТ-ЛИТО
Тенета-Ринет
КАТЕГОРИИ
НОМИНАТОРЫ
ПРОФ. ЖЮРИ
СЕТЕВОЕ ЖЮРИ

библио(+био) -графия
- Thu Nov 23 15:34:04 2000

см. ссылку

Сазанович Елена Ивановна

Родилась 9 мая 1964 года в г. Гродно (Белорусская ССР) в семье служащих. В 1981 г. закончила среднюю школу. Занималась в музыкальной студии, писала стихи, печаталась в областной газете "Гродненская правда". Участвовала в работе республиканского семинара молодых литераторов под руководством Максима Танка в Каролищевичах. Первая публикация - в гродненской районной газете "Сельская новь" (стихотворение "Мама", 1981 г.). В 1982 г. поступила на факультет журналистики Белорусского государственного университета им. В.И.Ленина в Минске. Во время учебы публиковалась в республиканских газетах "Чырвонная змена", "Знамя юности" и журналах - "Родник" и "Рабочая смена" (впоследствии - всесоюзный журнал "Парус"). Закончив в 1987 г. журфак БГУ, некоторое время работала в республиканских газетах "Вечерний Минск", "Знамя юности", "Чырвоная змена", журнале "Парус". В 1989 г. поступила на сценарный факультет Всесоюзного государственного института кинематографии им. С.Герасимова. В 1990 г. в журнале "Юность" опубликована первая повесть "Прекрасная мельничиха", с которой Е.Сазанович стала лауреатом ежегодной литературной премии журнала имени Бориса Полевого. В 1993 г. закончила ВГИК. После этого опубликовала несколько повестей и романов. В 1994 г. англоязычное международное литературное обозрение "TRAFIKA", издающееся в Праге и Нью-Йорке, напечатало (в английском переводе) повесть "Прекрасная мельничиха" (лауреат ежегодного литературного конкурса журнала "TRAFIKA"). В 1995 г. русскоязычный латвийский журнал "Даугава" опубликовал повесть "Циркачка или Страна желтых одуванчиков". В течение 1996 - 1998 гг. в российских издательствах вышло три книги Е.Сазанович: психологический детектив "Смертоносная чаша" (изд-во "Локид") и два сборника повестей - "Улица вечерних услад" и "Предпоследний день грусти" (изд-во "ЭКСМО-Пресс"). В конце 1999 г. в германском издательстве Ernst Klett Verlag вышла повесть "Я слушаю, Лина..." (на русском языке в серии "Книга для чтения") для студентов, изучающих русский язык в колледжах ФРГ, Австрии и Швейцарии. Елена Сазанович - член Союза писателей России.

БИБЛИОГРАФИЯ

82-89
Короткие рассказы и эссе
Белорусский республиканский молодежный журнал Родник.

86
Стихотворение Самостоятельность и сила - подарки...
Сборник Краю мой - Неман (на белорусском языке). Минск, Изд-во Мастацкая лiтаратура

90
Прекрасная мельничиха
(повесть) Литературный журнал Юность, № 1, Москва.

91
Тристана
(повесть) Литературный журнал Юность, № 5, Москва.

91
Пациентка
(повесть) Сборник повестей и рассказов молодых писателей. Объединение Молодежный книжный центр, книжная редакция Стиль, Москва.

93
Я слушаю, Лина...
(повесть, журнальный вариант). Литературный журнал Юность, № 3, Москва.

94
Маринисты
(повесть, журнальный вариант). Литературный журнал Юность, № 5, Москва.

94
The Beautiful Maiden of the Mill (Прекрасная мельничиха)
TRAFIKA Международное литературное обозрение (на английском языке), №4, Прага - Нью-Йорк.

95
Это будет вчера...
(повесть, журнальный вариант) Литературный журнал Юность, № 3, Москва.

95
Циркачка, или Страна желтых одуванчиков
(повесть, журнальный вариант) Литературный журнал Даугава, №6, Рига, Латвия.

96
Все дурное в ночи
(психологический детективный роман, журнальный вариант) Литературный журнал Юность, № 4, 5, 6, Москва.

96
Смертоносная чаша
(роман) Серия Современный российский детектив. Изд-во Локид, Москва, 378 стр.

97
Предпоследний день грусти
(повесть, журнальный вариант) Литературный журнал Юность, № 6, Москва.

97
Улица вечерних услад
(повесть, журнальный вариант). Литературный альманах Брызги шампанского № 2, Москва.

98
Нечаянная мелодия ночи
(повесть, журнальный вариант) Литературный журнал Юность, №6, Москва.

98
Предпоследний день грусти
(повесть, журнальный вариант) Литературный альманах Брызги шампанского, № 3, Москва.

98
Улица вечерних услад
(сборник повестей: Улица вечерних услад, Я слушаю, Лина..., Маринисты, Сад для бегонии), серия Очарованная душа. Изд-во ЭКСМО-Пресс, Москва, 512 стр.

98
Предпоследний день грусти
(сборник повестей: Предпоследний день грусти, Несыгранная мелодия ночи, Циркачка, Это будет вчера), серия Очарованная душа. Изд-во ЭКСМО-Пресс, Москва, 544 стр.

99
Я слушаю, Лина...
(серия Книга для чтения на русском языке для колледжей ФРГ, Австрии и Швейцарии). Изд-во Ernst Klett Verlag (ФРГ)

00
Беззаботное лето
(отрывок из повести) Литературный журнал Берегиня № 4, Москва

(Контактный адрес электронной почты: linkov@duma.gov.ru)
.

ХУДЛОМЕР СЧИТАЕТ, ЧТО ЭТОТ ОТЗЫВ:
РАЗГОВОРНАЯ РЕЧЬ	ХУДЛО	ГАЗЕТНАЯ СТАТЬЯ	НАУЧНАЯ СТАТЬЯ

АНОНС -- ..в безопасности от шума, сплетен, бессмысленных разговоров и встреч..
- Wed Nov 22 20:35:37 2000

в ближайшие дни повешу --

НЕЧАЯННАЯ МЕЛОДИЯ НОЧИ
ЦИРКАЧКА или СТРАНА ЖЕЛТЫХ ОДУВАНЧИКОВ
ПРЕДПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ ГРУСТИ
МАРИНИСТЫ
УЛИЦА ВЕЧЕРНИХ УСЛАД

Дм.Л.
---------------

(Впервые опубликована в 1993г. в литературном журнале “Юность”. Вышла в авторском сборнике повестей: “Улица вечерних услад”, серия “Очарованная душа”, Издательство “ЭКСМО-Пресс”, 1998г., Москва)

Мне кажется, я очень долго шла. Нет, не потому, что мой дом был так далеко. Хотя его слабый силуэт и виднелся вдали. Все совсем по-другому. Просто я долго шла. Может быть, потому что падал снег. Мокрый, липкий. Он мешал смотреть вдаль. Может быть, потому что было очень холодно, неуютно, ветрено. И я еле передвигала ноги. Съежившись, сгорбившись, уткнувшись носом в черное драповое пальто. Я никогда не любила этого униженного состояния. По вине погоды, вернее, по вине непогоды. И мне было противно наблюдать за собой со стороны. За скрюченной, жалкой фигурой без возраста и пола...

Мой дом находился на окраине города. И меняэто радовало. Вдали от городской суеты я чувствовала себя уверенно, спокойно. Я чувствовала себя в полной безопасности. Не от какой-то конретной личности. А в безопасности от шума, сплетен, бессмысленных разговоров и встреч. Я сознательно замкнулась в своем придуманном мире на окраине города. Я сознательно уехала из столицы в этот маленький городок. Сознательно теряла друзей. Тем самым защитивашись и от врагов. И когда я потеряла самое дорогое в жизни — свою любовь. Я, вдоволь наплакавшись в подушку, так ни с кем и не разделив свое горе, наконец облегченно вздохнула. Мне больше нечего было терять. И. значит незачем было больше плакать. И я замкнулась в четырех стенах. Я придумала свое собственное замкнутое пространство. В котором могла спокойно жить. И покой для меня значил уже гораздо большее.

И сегодня, направляясь к своему дому. Тяжело ступая по липким сугробам. Прорываясь сквозь пронзительный ветер и метель. Я радовалась. что дома меня никто не ждет. Кроме покоя. Я радовалась, что наконец-то закончились эти новогодние праздники. В которые мне больше всего почему-то хотелось спать. Может быть, в детстве я ждала от них чуда и сюрпризов. Но это было так давно. Теперь я не любила ждать. Ничего не ждать — это тоже покой. И, наверное, самый настоящий.

Мой дом был уже совсем близко. И я даже сквозь отвратительный ветер и снег была в состоянии разглядеть его слабый силует. Я знала это. И это придало мне силы. Мне сразу стало теплее и уютнее. Я уже легко могла представить, как укутаюсь в мягкий пушистый плед. С ногами заберусь в кресло. И погружусь в какой-нибудь захватывающий детектив. А в руке буду держать сигарету и наслаждаться ее горьким дымом. А за окном по-прежнему будет валить мокрый липкий снег и завывать угрюмую мелодию ветер. Но мне уже ничто не будет грозить.

... Я сразу услышала эти шаги. Но не сразу в них поверила. Я ушла в себя настолько, в свой пушистый пледовый мир, что с трудом воспринимала окружающие шумы.

Но я очнулась. И услышала эти шаги. И вздрогнула. И чуть приостановилась. И на секунду ощутила страх. Леденящий, расслабляющий тело страх. Я не люблю, когда идут позади меня. Мне непременно кажется, что вот-вот меня могут ударить. И я даже чувствую это учащенное дыхание и бешеное биение сердца. Когда вот-вот могут ударить. Но я все равно никогда не оглядываюсь. Может быть, от страха. Может быть, оттого, что предпочту смерть унижению. А может, потому, что не решаюсь смотреть в глаза смерти. А может быть, не хочу знать свидетелей последних минут моей жизни.

...Шаги были крупные. Размашистые. Скрипучие. Это мужчина. Ну, конечно, это мужчина. Но уже, подумав это, почему-то не испугалась. Я решила идти, не оглядываясь. Что бы ни случилось. В конце концов, может быть, так и надо? Погибнуть внезапно. Погибнуть, так и не узнав причины смерти. Погибнуть, так и не увидев лицо своего врага.

Шаги ускорились. И я невольно задержала дыхание. И невольно прикрыла глаза. Чья-то рука вцепилась в мое плечо. Но удара я не почувствовала. Я по-прежнему не оглядывалась. И по-прежнему молчала. И несмотря на страх, дерзкая мысль успела промелькнуть в моем сознании: "Кто посмел посягнуть на мой покой?"

— Я бы... — робко, нерешительно, почти боязливо, почти по-детски начал чей-то хрипловатый голос, — я бы хотел спросить... Мне бы...

И только тогда я свободно взодхнула. И оглянулась. Он стоял напротив меня — длинный, сутуловатый и, как мне показалось, очень неопрятный. И за его плечом болталась гитара. Я вглядывалась в его лицо. Совсем юное. Но все-таки мне трудно было точно уловить черты его лица. Только глаза, раскосые, зеленые глаза светились в темноте, как у заблудившегося кота.

— Я слушаю, — ответила я. Отлично зная, что мое лицо оставалось каменным.

— Видите ли, — он шмыгнул носом. И вытер нос рукавом пошарпанной кожаной куртки. — Я бы... В общем... Я никого тут не знаю. Я не здешний. Если можно... Только переночевать...

Я посмотрела на него как на сумасшедшего. Переночевать! Он наверное спятил, этот зачуханный мальчишка! И так просто! Поздним вечером, когда ни одной души. Когда зови — не зови, не дозовешься на помощь. Переночевать! К такой наглости я была не готова.

Он прочел на моем лице все.

— Вы не подумайте, — робко начал он. — Я не вор и не бандюга какой-нибудь там...

Ну уж, конечно, мне такое и в голову не могло прийти. И я с презрением взглянула на его дырявые джинсы. На мокрые длинные волосы, к тому же, по-моему немытые. Да уж! Очень он смахивал на девицу из благородного пансиона.

— Это смешно, — только и ответила я ему. И резко повернулась. И пошла. Медленно. Не согнув спину от холода. Я шла так, словно мне вот-вот выстрелят в спину. И я с достоинством готова была принять эту участь. Я шла не оглядываясь. И физически ощущала, как в мою прямую спину стреляют его зеленые кошачьи глаза. Я замедляла и замедляла шаг. Это происходило помимо моей воли. Моего желания. Неожиданно мне вдруг расхотелось забираться с ногами в кресло. Укутываться в свой пушистый плед. И утыкаться носом в какой-то бестолковый детектив. Мне даже курить, черт побери, расхотелось! Мне вдруг, неожиданно опостылело собственное благоустроенное, уютное, благовоспитанное одиночество. Свой аккуратный чистый плавный мир, в котором ничего не происходит и ничего не может произойти. И который я сама для себя выбрала. Мне вдруг захотелось риска.

А его зеленые кошачьи глаза все стреляли и стреляли в мою спину. И я, не оглядываясь. Отчетливо видела его. Стоящего посредине дороги. Неопрятного. Непричесанного мальчишку в пошарпанной куртке. И мне вдруг показалось нечестным оставить его вот так. Вдруг. На середине дороги. На середине судьбы. В чужом городе. В холодной ночи. Впрочем, я себе лгала. Впрочем, мне себя непременно нужно было оправдать.

И я остановилась. И по-прежнему не решалась оглянуться. Он мигом очутился возле меня. И вновь вцепился в плечо.

— Я знал. Я чувствовал, что вы не откажете.

Я ради приличия удивленно подняла брови. Но он даже не обратил внимания на мое наигранное удивление. И покорно поплелся рядом со мной.

Я знала, чем рисковала. Но я уже ничего не боялась.

— Вы уже не боитесь? — спросил он невинно. Но в этой невинности я прочитала недоумение.

Я нахмурилась и промолчала.

Мой дом стоял на окраине города. Мой дом утопал в снегу. Мой дом выглядел отчаянно одиноким. И он мгновенно сообразил, что в этом доме живет одинокая женщина.

Он замялся.

— Извините, я не знал... Вы действительно не боитесь? — по-детски, с любопытством сверкнули его глаза. — Я ведь не знал, что вы совсем одна. Вы не боитесь риска?

Я пожала плечами.

— Я ничего не боюсь, — сухо ответила я. Впрочем, я почти не лгала.

...........
..............
..........

ХУДЛОМЕР СЧИТАЕТ, ЧТО ЭТОТ ОТЗЫВ:
РАЗГОВОРНАЯ РЕЧЬ	ХУДЛО	ГАЗЕТНАЯ СТАТЬЯ	НАУЧНАЯ СТАТЬЯ