- Л.Д.:
-
Павел, откуда Вы?
Прочитав
рассказы,
предположу, что из Одессы. Чем занимались там?
Сколько Вам лет?
- Павел Лемберский:
-
Мне 43. Жил в Одессе. В 77-м уехал. Там был студентом
Холодильного института.
- Л.Д.:
-
Хоодильного? Вы же говорили, что учились кино, кажется... А где?
Кто -- Ваши учителя, и чему они учат?
- Павел Лемберский:
-
Учился в Беркли, штат Калифорния. Получил Бакалавра по Сравнительной
литературе, англ и русской. Преподавали слависты Карлинский, Хьюз. Из
молодых, ныне покойный, Джоел Файнмен, -- шекспировед, структуралист,
лаканист. Только пару лет назад купил его книжку "Эффект субъектив
ности в западной литературной традиции" и понял -- в предисловии о нем
все было в прошедшем времени, -- что и он сам уже -- в
прошедшем. Чосера читал Ренуар -- симпатичный старичек, внук и сын тех
самых, Огюста и Пьера соответственно. Из заезжих знаменитостей --
Леви-Стросс, Фуко, самое интересное было, как всегда, не по предмету.
- Л.Д.(про себя):
-
Огюста даже я знаю, а вот Пьера...
- Павел Лемберский:
-
Нет, не так... наш Ренуар был внуком Огюста и сыном Жана,
выдающегося режиссера, а не Пьера. Был и Пьер, актер, второй сын
художника, но он к нам не относится.
Кино я занимался в Сан-Франциско, в аспирантуре, установка была на
независимое кино, это было начало 80-х и грань между ним и Голливудом
еще прослеживалась. Учили всему -- от сценария, операторского дела,
режиссуры, монтажа, до дистрибюшн. Это было наивно, но были тогда еще
живы иллюзии. Кроме того, теория и практика преподавались в равной
степени.
Звезд режиссеров у нас не было -- уж очень радикальный для
этого был кэмпус, да и какая звезда будет преподавать -- она
предпочтет быть звездой, но были интересные теоретики, Рон Левако,
например, написавший книжку, точнее большое предисловие и перевод
текстов Льва Кулешова, потом Дэйна Полан, у него есть книжка Власть и
паранойя, об американском кино 40-х. Он был у нас визитинг-профессор и пока
мы с ним в 100 раз (за мою академ. карьеру) штудировали S/Z Ролана
Барта, он умудрился перевести на английский делезовскую книжку о
Кафке. Очень плодовитый парень, с тех пор еще кучу всего написал
наверное.
- Л.Д.(про себя):
-
А Лариса говорит,
что звезды очень даже любят преподавать...
- Павел Лемберский:
-
Забыл упомянуть Стива Фейгина, моего друга, он преподавал
теорию, сделал штук 10 крутейших видеофильмов, у него была
ретроспектива в Музее Модерн Арт, участник Уитней Биенале,
разавангарднейшая личность. Последний его фильм -- о Кубе. А своего
рода звездой был человек по имени Август Коппола, директор всего
факультета Криейтив Артс, старший брат того самого, и самый главный
гений в той семейке, фантазер, специалист по литре, я к нему
заскакивал в кабинет, внаглую закуривал, он меня угощал эспрессо и
выслушивал мой бред -- о том как я хочу сделать рок-мюзикл Царь Эдип,
и не мог ли бы он связатся с Дейвидом Бирном для работы над моим
проектом. То ли он был еще более двинутый, чем я, но он меня слушал,
записывал и говорил, попробуем...
Ну вот, нахлынули воспоминания.
В индустрии работал на Джонатана Демме (до "Молчания
ягнят") читал у него сценарии, рабтал ассистентом
продюсера на нескольких картинах, одна даже Оскара
отхватила.
- Л.Д.:
-
Вы ведете передачи на радио. Про джаз. Слово это до сих пор священно
для многих сетевиков, начиная от 'рок-дилетанта' Житинского
и Дана Дорфмана, которым за пятьдесят, до моего ровесника Коваленина.
А откуда Вы про все про это знаете?
- Павел Лемберский:
-
Только как слушатель. Джаз я люблю, но профан. Ярмолинец, тот ходячая
энциклопедия, и до этого работал на русском радио, Свобода,
кажется. Вел передачи о джазе. Я же стараюсь не застревать в 70-80-х
и слушаю (для себя) теперешних людей: Лиз Фейр, Моби, П.Джей Харви,
Соник Юс, Пэйвмент, но на радио мы это -- ни-ни, -- слушатели
разбегутся.
- Л.Д.:
-
Работа на радио - это как? Это передача на английском или на русском?
Кто - Ваша аудитория, как велика? Возраст? Что пишут?
- Павел Лемберский:
-
Вещаем на три штата, Нью-Йорк Нью-Джерси и Коннектикут, писать не пишут, но
звонят и со слезой благодарят. За музыку -- здесь ведь Дип Перпл так
просто по радио не найдешь, за стеб -- не мое словечко, но видать, это
то что мы делаем. Мамы говорят, что благодаря нам, стали слушать
музыку своих детей, короче -- смычку поколений осуществляем..:)
- Л.Д.:
-
Что делаете, помимо радио?
- Павел Лемберский:
-
Помимо радио, пишу прозу, сценарии, написал роман, его перевели на
английский, Андрей Битов посоветовал своего переводчика, и ей отрывок
понравился, но времени у нее не было, да я бы и заплатить сколько
Саймон энд Шустер ей платит не смог бы. Она порекомендовала
прекрасного переводчика, не чуждого ненормативной лексике (она
переводила Алешковского) и за за полгода роман был переведен. Правда
каждую строчку приходилось с ней обсуждать по телефону, а живет она в
Вермонте, таким образом, неизвестно еще, кто обошелся мне дороже она
или битовский ас. Я подумываю дать его на Тенета-2001.
Стал больше писать по-английски. И хотя сегодня притащил домой три
русских словаря, купил почти задаром, у нас тут магазин большой
распродажу устроил, закрываются -- буду все больше писать по-английски
и все меньше по-русски.
- Л.Д.:
-
Да, про распродажу знаю, это, видимо, "Камкин".
Издать книжку самому - легко ли это? Сколько это стоит? Какие
издательства предлагают услуги? Как и где распространяют такие
книжки?
- Павел Лемберский:
-
Нужны деньги. Я издаюсь в Слово-Ворд. Очень дорого. Ничего они не
будут распространять. Все я сам. Я тут в клубе одном спрашиваю, можно
у вас почитать, у меня ведь по-английски тонна всего, вот книжка
выходит. А мне Линн, координатор, говорит, нам обычно с этими
вопросами паблисист из издательств звонит. А я ей: ага, как раз тот
случай, в моем издательстве такой должности нет. Единственное, в клуб
Оскар (Слово-Уорд) приезжают все с чтениями, от Елены Шварц до Веллера
и книжка там будет на виду. Кроме нее, никого. Ефимов в другом штате
и по телефону звучал не очень заинтересованно. Я думаю и в библиотеки
при университетах, я сам должен буду посылать.
Книгу мы с Александром Сумеркиным составляли где-то год.
Задаток издателю я дал в июле прошлого года. Т.е. я был гораздо
моложе, когда это все началось. На года два с половиной. Самому
сделать на компе в издательстве Павлик-Равлик энд Ко, было бы значительно
дешевле, а промоушн примерно тот же.
- Л.Д.:
-
Книгу составляли год... это ж застрелиться можно. Нет, что касается меня --
только онлайн.
Многих вопросов, которые Вам следовало бы задать, я знать не могу,
поэтому буду благодарен за наводящие.
- Павел Лемберский:
-
Пару лет назад участвовал в фестивале памяти Курехина, где был
освистан, обруган, обвинен в плагиате одним известным поэтом (после
предложения: "Жизнь в Марьине текла своим порядком - Аркадий
сибаритствовал, Базаров работал"), в какой-то момент у меня даже
вырвали микрофон, но рассказ дочитал.
- Л.Д.:
-
Анекдот какой-нибудь расскажите нам на прощание.
- Павел Лемберский:
-
Из забавных эпизодов моей литжизни забыл рассказать о временном -- на
год где-то -- закрытии старейшего НЙ литжурнала Новый Журнал (основан в
1942 при содействии Керенского). Редактор опубликовал мой текст
"Бобка-сумасшедший", сопроводив сноской от редакции: осторжно, мол,
"ненорматив и патологии", после чего последовало множество недобрых
звонков в редакцию, и владельцы журнала попросили гл. редактора
давать им тексты на проверку. Он отказался и ушел (были и еще,
наверное, причины, но интервью-то со мной), а нового редактора нашли
не так скоро.
"Русская мысль" в Париже ужасалась, что журнал закроют
навсегда, а в Нью-Йорке шутили, что "Новый журнал" открыл Керенский, а
закрыл Лемберский.
Журнал существует, но публиковаться я там не скоро буду.
|
