Воистину, логотип "Тенет" известен миллионам. Он аккуммулирует литературную энергию разночинной сетевой России по обе стороны океана. Всяк, кто желает реализовать себя в художественном слове, получает в "Тенетах" свой номерок и право на бесплатный вход. Входи, выдумывай, пробуй! Лозунг большевиков о приобщении к искусству широких народных масс впервые осуществлен именно на этом сайте. Здесь нет никакого преувеличения. Эпиграфом к поисковой сетевой системе Yandex служит короткое "Найдется все". Вот так же "найдется все" и в "Тенетах". Это настоящая Александрийская библиотека! "Линки", картотеки, конкурсы, ссылки, за ними новые ссылки и "линки", многие сотни имен, тысячи названий. Проза, поэзия, мемуары, литературные эссе, публицистика; славянофилы, западники, "почвенники", Юровицкий; шишковисты и модернисты, лирики и физики, вольтерьянцы и руссоисты, старый и молодой, талантливый и бездарный – настоящий ковчег, срез сегодняшнего русского литературного сознания. Именно так назвал некий Сердюченко свой академический труд о рулинете. Главы уже пишутся. Следите за рекламой.

В свое время Сталин в ответ на ябеды о том, что советские писатели пьют и нарушают моральную дисциплину, отрезал: "Других писателей у меня нет". Вот то же мог бы сказать о себе и Леонид Делицын. "Teneta-Rinet" – громадная литературная сеть - но со слишком мелкими ячейками, улавливающими любой литературный планктон, в том числе лежащий за гранью художественного и вообще всякого другого смысла. Короче говоря (но я повторяюсь), "здесь есть все".

И одновременно почти ничего нету. Это просто поразительно, сколь скудным оказался идейно-художественный резерв разночинной культуры, когда она выбралась на цивилизованную поверхность. По "Тенетам" можно судить о духовном веществе русского народа и с грустью констатировать, что оно в очередной раз иссякло. Русские превратились в иванов, не помнящих родства, в русскоговорящее скопише, растерянно бродящее по Великой пустоши и за ее пределами. Главный жрец Интернета даровал им мировую литературную скрижаль, чтобы высказаться - и что же? Увы, ни ума ни мудрости, ни блистательных дебютов и ничего такого, что позволило бы воскликнуть "новый Гоголь родился!" Редкие исключения лишь подтверждают правило. "Teneta-rinet" забиты бездарными, графоманскими текстами и таковыми же авторами, исчерпывающими свою неприязнь к бумажной литературе в основном неспособностью явить себя на ее страницах. Там, впрочем, сейчас тоже зеленая тоска, но она по крайней мере грамотно оформлена, таит некую культурную традицию, навык, "шлиф пера". Широко известный в оффлайне и инлайне Дмитрий Быков назвал русскую сетературу "детиратурой". Автор этих строк вынужден к нему присоединиться. Сетевая гора родила мышь, и к тому же неконкурентоспособную. Гигантские пишущие количества "Тенет" не перешли в качество, и нового эстетического качества тоже не создали.

Автор этих строк прекрасно представляет, какие громы посыпятся сейчас на его голову, но предложил бы оппонентам успокоиться, попить воды из-под крана и вместе разобраться в ситуации.

Зачем губят свою молодость сетераторы, колотя двадцать пять часов в сутки по клавиатуре? Вокруг переливается тысячей красок живая жизнь, она пахнет гудроном и мятой, плещет озерной щукой, стучит в окно голубиным клювом, шуршит домашним ежиком и накрахмаленным фартуком выпускного бала, из единого комочка земли вырастает сладчайшая клубника и неслыханной злости перец - ничего этого наш сетератор не видит и не слышит. От свежего воздуха он угорает, посланный в лес за пропитанием, возвращается оттуда, укушенный вороной, с пакетом мухоморов и волчьих ягод подмышкой. Изо всех земных соблазнов он знает одну, но пламенную страсть: писание и говорение слов. В телевидении есть такое понятие: "говорящая голова". Вот такими говорящими головами населены произведения наших сетераторов. Добавим, говорящими головами с гениталиями, потому что, наговорившись, эти говорящие головы начинают неистово совокупляться.

В ответ неведомый и нелепый, но чертовски самолюбивый сетератор покроет скорее всего автора этих строк матом, и будет не прав. Ибо в Интернете позволено все - но именно поэтому ничего не позволено. Это трудно объяснить, это вопрос нравственной гигиены, этической метафизики, черт возьми; умный поймет, дураку объяснять сего не обязательно. Здесь единственный цензор - ты сам. "Человек есть то, что нужно преодолеть" – учил Ницше. Входящему в Интернете нужно преодолеть в том числе свою распущенность, нарцисцизм, крикливость, многословие, зависть, кривляние, неуважение к другим и, следовательно, к самому себе. Вам хочется, чтобы ваше "Граждане, послушайте меня!" услышали по обе стороны океана и преисполнились? Во-первых, не нужно кричать. Говорящего тихо и вежливо внимательнее слушают. Соблазн явиться в Интернет крупно выпившим, с расстегнутой ширинкой и в рваных тапочках для некоторых непреодолимо велик, но и здесь (как и везде) побеждает в конечном итоге тот, кто собран, подтянут и умеет посмотреть на себя со стороны.

Высказав таковое нравоучение и стряхнув с себя первые виртуальные плевки и помидоры, автор позволит перейти к тому, ради чего замышлялась эта статья, а именно к самому конкурсу .

Не все там так уж безнадежно. Бродя по его номинациям и преисполняясь читательской мизантропии по поводу всего этого, иногда натыкаешься на такую чудесную неожиданность, что хочется ударить в ладони и воскликнуть: "Мать честная, как будто это я сам написал!" Во всяком случае, несколько имен стали для автора подлинным открытием. Да вот, например:

Андрей Красавин ("Микеланджело из Мологи"); Владислав Отрошенко ("Гоголь и паспорт"); Алексей Карташов ("В поисках башмачника Маруфа", "Еще раз о Си-Юй-Цзи");

В первом случае это ностальгическая документальная повесть о советском Китеже, в двух вторых – изысканные эссе, интеллектуальный морок. Владислав Отрошенко прекрасный "бумажный" писатель - тем больше чести сетевому обществу и "Русскому переплету". На "Гоголя и паспорт" уже появилась восторженная и даже слегка завистливая рецензия в "Сердитых Стрелах Сердюченко". Уточним, что и остальная гоголиана Отрошенко не хуже: "Гоголь и элементарные частицы", "Гоголь и рай", "Гоголь и ад". Ум, эрудиция, талант – идеальная триада, не так ли?

Так же изощрена, макабрична авторская манера Алексея Карташова. Если Владислав Отрошенко поражает скрупулезным знанием третьестепенных реалий российского 19 века, то эрудиция Карташова простирается еще дальше и глубже: в ориентальное восточное средневековье. Филологический сюрреализм – вот, пожалуй, наиболее точное обозначение жанра, в котором выступают Карташов и Отрошенко. Если "сюр" бездарен, он бездарен вдвойне. Если же талантлив, то вдвойне талантлив. Ты согласен, читатель?

Не то, чтобы остальные "Тенета-2001" являли собой совсем уж пустопорожнее зрелище. Надежные, крепко сколоченные тексты представили на конкурс Виктор Шнейдер ("Трагедия Гамлета, датского принца"), Алексей Никитин ("Рука птицелова"), Павел Андреев ("День ВДВ"), Юрий Кочетков ("Игра, в которую играют поэты, также о людях, которые играют в поэзию"), Евгений Горный ("Что такое семиотика?"), Вадим Ярмолинец (всё на уровне) и многие другие. Но они не производят впечатления новизны. От них не всплескиваешь руками. Они, так сказать, страдают противоположным недостатком: излишней добротностью, "реализмом", ожидаемостью. Этот отрицательный плюс (или положительный минус) более всего отличает прозу Вадима Ярмолинца и литературоведческую эссеистику Евгения Горного, а ведь конкурс на то и конкурс, чтобы поразить публику парочкой гоголевских ex deus machina и литературных скандалов.

В "Фантастической и приключенческой литературе" все плохо. Она и в гуттенберговском-то варианте производит гнетущее впечатление. Лев Толстой сравнил однажды поэта с пахарем, идущим за плугом и на каждом пятом шаге делающем танцевальное па. Фантастика же вообще состоит из одних таких танцевальных коленец. Исключения (Станислав Лем, братья Стругацкие) лишь подтверждают правило. Вон бежит большая собака, движутся бесконечные людские множества, мамы катят свои коляски, пенсионеры судачат на скамейках, стайка девушек с чистыми лицами, мальчишки на роликах, косые лучи заходящего солнца – а это кто, сбежавший от этого майского благолепия в темный чулан, ставший там на голову и бубнящий что-то нечленораздельное? Совершенно верно, наш неповторимый фантаст, танцующий пахарь.

Вот из таких танцующих пахарей и состоит тенетовская фантастика. Рождается подозрение, что вся она написана подростками, списывающими свои сюжеты с валяющихся рядом видеокассет. Исключение составило лишь "До рассвета" Леонида Каганова. Сильная, жесткая вещь, но она написана скорее в жанре фантасмагории, нежели фантастики. Цитировать невозможно. Здесь дамы.

"Детская литература". Всегда подозревал, что ее пишут в основном латентные педофилы. После "детской" номинации в Teneta-2001" подозрения только усилились No comments.

Наконец, категория "Повести и романы". Совершенно не сетевой литературный жанр. Читать с экрана романы – мучительное занятие.

"Традиционный читатель и читатель Интернета - разные читатели, даже если они совмещены (сужу по себе) в одном человеке. Первый благодушен и нетороплив, второй нетерпим и требователен, один Обломов, другой Штольц /.../ Чтобы писать Интернетом, нужен особый талант. Нужна краткость Устава гарнизонной службы, лаконичность Камю, афористичность Блеза Паскаля. Например, “Война и мир” не имела бы в Интернете малейшего шанса. Впрочем, и девять десятых традиционной классики тоже." (В. Сердюченко, Литература в Интернете. "Вопросы литературы", 199, вып. 5)

Корпус тенетовской романистики с блеском это подтверждает, тем более, что собственных Толстых там покамест не замечено. Единственное исключение, которое согласился бы сделать автор, так это для упомянутого "Микеланджело из Мологи" Андрея Красавина, но это настолько отдельный случай, что любая теория замолкает. Когда пером писателя движет внимание и такт, если он доверчив, открыт миру, благожелателен, когда каждая его строка светится изнутри любовью к тому, о чем он пишет или что изображает – перед такими авторами снимаешь шляпу и перепечатываешь их на принтере. (Кстати, и сами файлы этого произведения оформлены с поразительным вкусом и уважением к читателю. )

Но ваш покорный слуга, кажется, начинает противоречить самому себе. Только что он призывал не превышать в Интернете трех электронных страниц, а его собственная квота уже исчерпана.

"Тенета" таковы, каковы они есть, и больше никаковы. Они зеркально отражают культурный и духовный инфантилизм сегодняшнего общества. В оффлайне плохо, неинересно, занудно, но и в инлайне не лучше. "Других писателей у меня нет".