В аэропорту Бен Гурион приземлился самолет из Одессы с новыми репатриантами.

На борт самолета входят представитель Сохнута и переводчик.

Сохнутчик: Где здесь Рабинович?

Рабинович: Как это где? Он еще спрашивает.

Сохнутчик: Уважаемый господин Рабинович! Мы приветствуем вас в качестве миллионного репатрианта. Просим вас пожаловать на прием к президенту страны.

(Рабинович и его жена Сара лезут под кресло. )

Сара: Я же говорила, что это добром не кончится. Изя таки стукнул. Доигрались. Ты помнишь, что он нам говорил – вернетесь в Одессу, поменяете фамилию, приедете снови в Израиль и снова получите корзину абсорбции. Решетку мы будем иметь, а не корзину.

Сохнутчик: Господин Рабинович, вас все ждут. ( Из-под кресла высовывается рука со сжатым кулаком, а ребро ладони другой руки прижато к внутреннему сгибу локтя).

Переводчик: Это жест приветствия у русских евреев.

Рабинович: Хитрый ход они придумали, ничего не скажешь. Но я так просто не дамся. Пусть танки вызывают.

Сохнутчик: Господин Рабинович, мы настоятельно просим вас принять участие в торжественной церемонии.

Переводчик: Вылезай, козел!

Рабинович: Сам козел. Мы же тоже евреи – нас так просто не возьмете. Будем обороняться до последнего.

Сводный хор пассажиров: Рабинович, вылезайте! Вы задерживаете нам всю абсорбцию!

Рабинович: Сара, а все ты виновата! После твоих скандалов в министерстве абсорбции нам только наших фотографий в газетах не хватало, чтоб нас все узнали.

Сара: Это скандал? Посмотришь, что я им устрою во второй заход. Интересно, мужа и жену в одну камеру посадят?

Рабинович: Ой, этого мне только не хватало! Я надеюсь хоть пару лет от тебя отдохнуть.

Сохнутчик: Вас ждут подарки.

Рабинович: Несите сюда. Положите под кресло.

Сохнутчик: Сюда не влезет.

Сара (высовываясь): Ой, а что же там такое? Неужели рояль для Фимочки? Фимочка, не плюй в дядю, а то он не даст тебе подарка.

Сохнутчик: Мадам, скажите ребенку, чтоб он прекратил обстреливать меня из рогатки – я же официальное лицо.

Сара: Фимочка, не стреляй дяде в официальное лицо, что у него, других мест нету? Ну несите уже ваш рояль.

Рабинович: Дура, какой рояль, всунься обратно. Они же просто хотят нас выманить. Так мы, между прочим, тоже евреи.

Сара: Нет, а мне интересно - какого цвета рояль. А правда, что увеличили пособия на съем квартиры?

Рабинович: Оно нам не понадобится – мы будем жить на государственном обеспечении. (Кричит): Я требую главного.

Сохнутчик: Господин премьер-министр сейчас подъедет.

Рабинович: Да на кой он мне сдался. Я требую председателя самолета.

Командир экипажа: Командир экипажа летчик первого класса Еременко слушает:

Рабинович: Я требую угнать самолет обратно в Одессу.

Командир: Так ну?

Рабинович: Что ну?

Командир: Я еще не слышал вашу цену.

Рабинович: Я думал, что самолеты угоняют бесплатно.

Командир: Бесплатно вы можете пойти знаете куда?

Рабинович: Спасибо, нам уже говорили.

Командир: Так у меня такое впечатление, что вы там еще побываете.

Сара: Или мы сейчас же взлетаем, или я вам устрою такой скандал, что вы долетите до Одессы без самолета.

Командир: Ша, мадам, я вас помню. Когда вы торгуетесь на Привозе, так слышно в Кишиневе.

Сара: Ха, вы же меня еще здесь не слышали. Если б я вела переговоры с этим шлемазлом Арафатом, так он бы согласился на все наши условия и еще бы доплатил.

Командир: Мадам, я не сомневаюсь, что вам заплатит любой мужчина. Чтоб только вас не видеть.

Рабинович: Так мы летим назад или где?

Командир: Так вы платите или куда?

Пассажиры: Если этот ребенок не взорвет самолет, так это будет наша первая большая удача на новой родине.

Сара: Фимочка это не аквариум, там нет рыбок. Вылезь сейчас же из бензобака, там сыро, ты простудишься. Кто дал ребенку сигарету?

Сохнутчик: Рабинович, вы вылазите или прислать армейский тягач?

Командир: А чего это самолет на взлет пошел? Кто там балуется в кабине?

Сара: Фимочка, брось сейчас же штурвал, у тебя двойка по географии. Там куда ты показываешь пальчиком, это Америка.

Пассажиры: Америка? Оставьте ребенка в покое, пусть летит.

Фимочке разжимают пальцы и под его жуткие вопли «Летим в Диснейленд» вырывают из его рук штурвал. Самолет удается остановить.

Сохнутчик: Рабинович, вы вылезете или будете проходить абсорбцию под креслом?

Рабинович: Несите мне корзину сюда.

Командир: Какую еще корзину?

Рабинович: Корзину с абсорбцией, и побольше. И положите туда две дюжины жареных гусей. С яблоками.

Переводчик: Рабинович, имейте совесть – вас все ждут, водка греется.

Рабинович: Сейчас. Разбежался. Фимочка, покажи дяде дулю. Фимочка, я же просил дулю, а ты что показал?

Сохнутчик: А почему это у вас ребенок необрезанный?

Рабинович: С вашим обрезанием! Как вы обрезаете бюджет на абсорбцию, так не дай Бог.

Сохнутчик: Я видел много детей. Но чтоб в таком возрасте - такие параметры!

Рабинович: Ничего, вы ему еще будете платить зарплату, за то что он этим параметром увеличит вам процент еврейского населения. В общем - сначала издайте указ об амнистии, а потом мы еще подумаем, стоит ли вылезать. Слушайте, а может по хорошему договоримся – я вас не видел, а вы меня. Назначьте кого-нибудь другого. Я отблагодарю.

Сохнутчик: Это невозможно. Удостоверение с миллионным номером выписано на вас. Кстати, а каков был бы размер вашей благодарности? (У сохнутчика звонит пелефон). Алло! Как ошибка? Сбой в компютере? Рабинович, вам таки повезло. Оказывается, миллионный репатриант прилетает следущим самолетом. (Идет в выходу)

Рабинович: Куда? А подарки?

Сара: Идиот, надо было вылезать – они ни о чем не догадались. Из-за тебя у Фимочки не будет розового рояля. Они таки правы – такой идиот как ты – один на миллион.