МАЛЬЧИК И БАНКИР

Владимир Юровицкий, 1981 г.

Это отрывки из научно-фантастической повести "Как мы летали на Нептун". В повести глазами шестилетнего ребенка описывается путешествие на далекую планету. Маленький "Почемучка" расспрашивает о различных вещах, которые он видит, и рассказывает нам о жизни в двадцать третьем веке, когда человек вышел на просторы Солнечной системы. В данных отрывках рассказывается о денежной системе будущего. Повесть написана в 1981 году, на ранней заре денежной электронизации при появлении микропроцессоров и персональных компьютеров. То, что двадцать леьт казалось фантастикой, сейчас становится на наших глазах реальностью.

 

Глава XXX. Откуда берутся деньги?

Пошли мы с мамой в корабельную лавку. Мне покупать засахаренные орешки и папе подарок. И кроме того мне хотелось тоже сувенир о межпланетном путешествии иметь - ведь в нашем садике ни один мальчишка и ни одна девчонка не летали на космолайнерах. Только Мриуэр летал всего-то на Луну и то хвастался этим, просто противно было слушать, ой, зачем я вру, конечно, интересно, но ведь завидки берут. Хотя, конечно, зависть плохое чувство. Это мне и мама, и папа говорят. Но что я могу поделать. Я говорю себе часто: "Ты не завидуешь. Ты ничуть не завидуешь". А сам ведь все равно знаю, что завидую. Наверное, я плохой человек. Меня это очень иногда огорчает. Но лишь бы только мама, папа и Ивонна, и Саша, и тетя Густа, и Герой Станиславович... ой, опять я заперечислялся... не заметили этого. Так о чем я? Ах, да, пошли мы в лавку. Мама купила мне сахарных орешков, папе мы купили шикарную авторучку с вечным пером из какого-то сплава и с вечным корпусом из углеродистого волокна, на которую фирма, как мы прочитали в инструкции, дает гарантию двадцать пять лет, хотя, по моему, глупо это. Кто носит двадцать пять лет авторучку? Максимум полгода, а потом она теряется.

Но не думайте, конечно, что это все, что мы везли папе. Мама везла папе в подарок колбасу собственного изготовления по какому-то ужасно секретному семейному рецепту, идущему от ее прабабки. Ивонна прочитала, что на Нептуне стоит всегда мороз минус двести градусов и связала особо толстые носки для папы из шерсти нашей Нюрки - это наша коза, что вез Саша - никто не знал, он это держал в секрете. А я вез ему картинку "Мой папа на Нептуне", которую я сам придумал и нарисовал. Я не буду ее пересказывать. Я лучше просто личную копию помещу в этой книжке.

Так, снова, о чем я? Ах, вечно я отвлекаюсь. Купили мы папе авторучку. И тут я увидел фирменную майку и фирменные штаны. "Фирменные" означает, что они изготовлены специально для продажи именно в лавке космолайнера "Владимир Арцутанов" и нигде больше не продаются. Это сувенир для пассажиров. Память о полете. Я и говорю мамочке: "Купи, пожалуйста мне штаны и майку". Мы посмотрели. На майке шло изображение космолайнера и во всю грудь шикарным шрифтом было выведено "Владимир Арцутанов". В садике все бы похолодели от зависти. И штанишки тоже были красивые с изображением Солнечной системы и корабля над эклиптической точкой и тоже с надписью "Владимир Арцутанов". Так они мне тоже приглянулись. Но тут мама и говорит: "А ты знаешь, сколько это стоит? Майка 25 деньков, а штаны - 40. Если хочешь, я куплю, но с твоего кассатора". А я знал, что у меня на кассаторе всего 500 с чем-то деньков. Я очень много израсходовал на животных и на корм. И тут я вспомнил, что за сорок деньков можно купить настоящего макакчонка, о котором я мечтал и мне стало ужасно жалко столько тратить на штаны. И я сказал маме, что что-то мне не очень нравятся и майка, и штаны. А девушка-продавец посмотрела на меня и говорит так сочувственно: "Увы, это очень дорогие вещи, потому что это спецзаказ и сувенир". Мама тогда посмотрела на меня. Она, наверное, по глазам увидела, что мне вовсе не ненравятся майка и штаны, и говорит: "Ладно, я тебе подарю эту майку. Заверните". И протянула свой кассатор.

"Ой, не надо", сказал я и сразу надел майку. Наглядевшись на себя в зеркало, я вдруг и спрашиваю маму: "Откуда берутся деньги?". "Из кассатора", отвечает мама. "А в кассатор как они попадают:". "Из стипендии, из зарплаты папы, из моих случайных заработков". "А откуда деньги берутся на стипендию и на зарплату:". Тут мама как-то пришла в замешательство. И вдруг полный и седой господин, тоже покупавший что-то в лавке, оборачивается и говорит: "Я прошу вас меня извинить., меня зовут Сайрус Нахикус. Я вижу, у вас чрезвычайно любознательный малыш. Если бы вы позволили, я бы попытался объяснить вашему малышу - как тебя звать?" - "Фома". - "Очень приятно". - И мы пожали друг другу руки. - "…Фоме, откуда берутся деньги. Я - банкир с Центрального Нептунского банка и, может быть, впрочем, не могу быть в этом абсолютно уверен, смогу это сделать".

- Ой, как интересно, дядя Сайрус - банкир. Мамочка, пусть он мне объяснит, почему у меня деньги так и вылетают с кассатора".

- О, вот это я вряд ли смогу объяснить.

Тут и мама сказала, что она была бы совсем не прочь выслушать такой рассказ. И мы направились в кафетерий. Взяли крем-сатурновой. И уселись вокруг столика.

- Только вы, пожалуйста, рассказывайте понятно, дядя Сайрус, чтоб я все-все понял.

Дядя Сайрус улыбнулся.

- Итак, откуда берутся деньги? Ну, зарплата - это понятно. Вы поработали - вам заплатили. Бумажками, золотом, либо просто перевели на счет в ваш кассатор, не важно. А вот что такое стипендия? И откуда вообще деньги берутся, где они рождаются? Вот самый главный вопрос, не так ли, мальчуган?

- Да, именно об этом я часто, ну, может не так уж часто, про животных я чаще, думаю.

- Так вот, деньги рождаешь ты сам. Ты, я, твоя мама, любой человек на Земле и в Системе порождает деньги. И никто и ничто больше.

- Вы обещали понятно, а я совсем не понимаю.

- Сейчас я попытаюсь тебе более подробно объяснить. Хотя, признаюсь, еще никогда, а мне приходилось читать лекции в десятке университетов, мне не приходилось излагать эти сложнейшие вещи таким малышам.

Итак, что такое деньги? Это средство обмена. Я вырастил свинью. Продал ее. Получил деньги. Ты связал свитер. Я купил у тебя свитер. Ты пошел и на вырученные деньги купил колбасы. Что получилось? Мы с тобой обменялись. Свитер на свинью. Хотя об этом мы даже и не знаем. А без денег, представь, я должен был бы искать и бегать может по всей Системе, кто захочет обменять свинью на свитер. Одному нужна свинья, но нет свитера, У другого есть свитер, но он вегетарианец. Представляешь себе картину, малыш?

- Почти отчетливо, дядя Сайрус.

- Вот видишь, как деньги упростили обмен. Я, ты, все все меняют на деньги, а деньги на все, что нужно, не интересуясь, кто это произвел.

Но это лишь одна сторона денег. Деньги еще регулятор производства. Предположим, я захотел заняться производством свитеров. Разработал милый, как мне представляется, фасончик и принялся за работу. Но сколько я могу произвести? Как мне это узнать? Опять носиться по всей Системе и опрашивать всех людей? Опять не очень удобно. Сколько на это я потрачу средств и времени впустую. Да и опрос ничего не дает. Ведь человек сегодня может сказать одно, а завтра поступит по другому. Ведь так, малыш?

- Нет, человек должен держать слово, дядя Сайрус. Это мне папа объяснил.

- Совершенно верно. Если ты дал его со всей "решительностью и ответственностью". Но по поводу свитера зачем тебе брать слово со всей решительностью и ответственностью. Ты скажешь "возможно" и все. Так вот, а деньги позволяют тебе это определить быстро и совсем с малой ошибкой. Ты произвел партию, повесил цену и ждешь. Если купили - производишь дальше. Нет - значит твой фасончик мил тебе, но не другим. Может еще почему. Но производство надо прекращать или перестраивать.

Деньги - мощнейший регулятор производства. Никакая ЭВМ не сможет их заменить, ибо ни в какую ЭВМ ты не заложишь человеческие желания, человеческие прихоти и многое другое, с чем деньги справляются безотказно.

Деньги, малыш - это величайшее изобретение Человечества. Это выше ракет и термоядерных станций. Если генетический код - ты, наверное, слышал это слово - есть основа, нерв всей жизни, то деньги - это основа, нерв всей Человеческой Цивилизации и особенно нашей, технической. Без денег люди до сих пор ютились бы в пещерах и грелись у костров. Деньги сделали человека тем, что он есть сейчас. Конечно, не одни. Но они направляли его усилия, регулировали его деятельность, толкали ко все новым и новым общественно полезным делам. Поверь, малыш, не потому я пою оду деньгам, что банкир, а потому, что деньги - это деньги.

- Я слышал, что "люди гибнут за металл".

- Малыш, а разве не гибли люди за космос? Разве не гибли люди за любовь? Разве не гибли матери за детей, не делали ради святого чувства родительской любви самых низменных поступков, преступлений? Все крупное, важное в жизни человека имеет и непременно оборотную сторону, так уж устроен человек. Любой сахар в большой дозе горчит. Но разве от того, что можно объесться сахаром, что от него бывает диабет, можно от него отказаться?

- Нет, нет, я люблю засахаренные орешки.

- Итак, малыш, деньги - величайшее средство и оружие в руках Человека. Но важно, чтобы это средство было в чистых руках, чтобы оно правильно использовалось. С этим вы согласны?

И банкир обратился и ко мне, и к маме.

- Вполне, мистер Нахикус, - сказала мама.

- Но возникает вопрос. Как запустить в общество это средство обмена и регулирования? Ведь если каждый бы начал запускать эти средства по собственному желанию, что бы получилось? Ерунда, не так ли?

Раньше деньги запускало в общество специально созданная общественная структура - государство. Я не буду говорить об этом подробно, мне пришлось бы прочесть университетский курс политэкономии, но этот способ оказался, в конце концов, плох. Он приводил к обесценению денег - инфляции. Он приводил к большой преступности на экономической почве. Поэтому я сразу перейду к следующему тезису.

Любишь ли ты, малыш, животных?

- Ой, дядя Сайрус, ужасно, и Попу, и Брысю, и Нюрку, и... в общем, всех-всех.

- И считаешь ли ты, что все животные имеют право на жизнь?

- Да. Но только, только наш поросенок...

- Ну, тут статья особая. А человек, как ты думаешь, имеет ли человек, любой человек право на существование?

- Дядя Сайрус, а как же...

- И тот, кто не работает на заводе или в конторе?

- Извините, - вмешалась мама, - но это же, право, слишком жестокий для мальчика вопрос.

- Простите, я действительно увлекся и забыл, что я не в университете. Конечно, посмотришь на одного - вроде бездельник и пустой человек. А может он в это время обдумывает новый и необычайный роман, разрабатывает небывалое изобретение, создает новую теорию относительности. Как определить "работает" человек или нет? Нет такого способа. Ведь другой "работает", а фактический бездельник. А другой бездельник, а для всех втайне пишет стихи, и через двадцать лет "безделья" появляются сонеты Петрарки. Никто не может оценить "пользу" человека при его жизни. По крайней мере, бесполезность человека. Всякий человек имеет право жить. Имеет право дышать, пить, питаться, иметь жилище. И многое-многое другое. Всякий. Никому не дано права отказывать в этом человеку. Но как, скажите, осуществить человеку это право, если все за деньги и без денег невозможно.

- Значит тем, у кого их нет, дать.

- Дать бедным. Унизить, на тебе, беднячек. Но почему он "беднячек"? Ведь все богатства Земли и всей Солнечной системы принадлежат также и ему, на все ресурсы сырья, жизни и прочего, на чем основано богатство тех, кто все это эксплуатирует, бедняк имеет такое же право. Почему он должен получать подачку? И, наконец, кто определит, кто бедняк, а кто богач? У одного может быть целый родовой замок, а он помирает с голоду, потому что у него нет денег, чтобы купить еды. Другой ничего не имеет, но у него есть крошечный садик, он дает ему кусок хлеба, и он считает себя богачом. Поверьте, все системы, а их в истории было множество, определения бедных неизбежно приводили к унижениям людей, обману, подлости, преступлениям, пусть мелким, но терзающим человека. Это не выход.

- Тогда я, право же, не знаю.

- Малыш, это центральный вопрос всей социологии, над которым она билась столетия - Томас Мор, Фурье, Маркс и десятки, тысячи других социологов бились в попытках совместить деньги с правом человека на жизнь. Если оставить деньги, значит отменить право на жизнь, либо заменить его "милостью" на жизнь. Таков был ответ "капиталистов". Если поставить во главу угла право на жизнь, то надо отменить деньги - таков был ответ людей, для которых гуманизм был дороже всего - коммунистов. Но, увы, этот гуманизм сразу же оборачивался расстройством механизма производства и, фактически, оказывался антигуманным, как и ответ "капиталистов". Это трагедия, малыш. Если бы ты знал, а ты еще это узнаешь, сколько людей погибло, отстаивая право на жизнь и отстаивая механизм денег. Это трагичнейшие страницы человеческой истории. И это невыдуманные трагедии. Ведь деньги - это право на развитие общества. Право человека на жизнь стояло в вопиющем противоречии с правом на жизнь общества. И потому мы не должны осуждать наших предков, они принесли неисчислимые жертвы, становясь по одну или другую сторону этой баррикады прав. И, увы, в то время просто не было механизма, который бы смог разрешить это противоречие. Не было прежде всего необходимых технических средств. А теперь мы смогли разрешить это противоречие. Само собой, что техника отнюдь не все, нужны еще определенные социальные структуры. Но ведь ты сам поймешь, что любые социальные структуры бесполезны, если нет соответствующей техники. Пока нет ракетной техники, никакая организационная структура сама по себе не способна к освоению космоса.

А эта техника - вот этот маленький приборчик.

И дядя Сайрус показал на прибор в виде часов на руке. Я сразу же узнал, это был кассатор. У меня тоже есть свой кассатор, только другой формы. Но он хранится у мамы. И у мамы, и у папы, и у Ивонны, и у Саши, у всех был свой кассатор. Это я уже знал почти как начал говорить.

- Правда, к нему еще надо добавить ЭВМ, банковские ЭВМ.

- А как он работает?

- Ты знаешь свою стипендию, малыш?

- Да, один денек в сутки.

- Вот видишь. День прожил, тебе записали один денек. Поэтому и сама денежная единица называется "денек". Год - 365 деньков. И так всем, всем без исключения людям, где бы они ни были, какие бы должности ни исполняли. Кассатор - это всего лишь электронные часы. Они отсчитывают время твоей жизни, превращая его в деньги. И никто никаким иным образом не способен создать ни одного денька. Все, абсолютно все функционирующие в обществе деньки - это сутки чьего-то существования.

Этим самым и решены одновременно две проблемы - проблема эмиссии денег и проблема права на жизнь.

- А когда покупаешь что-нибудь, то подсоединяешь свой кассатор к кассатору продавца, набираешь на клавиатуре сумму, и она списывается с твоего кассатора в кассатор продавца.

- Совершенно верно, малыш. Нынче деньги не имеют бумажного выражения, они электронные.

- А вот еще, дядя Сайрус. Иногда мама вставляет кассаторы в телефон и набирает какой-то номер. Что это такое?

- А это она соединяется со своим банком и переписывает с кассатора все проведенные за день или неделю финансовые операции в банковскую ЭВМ своего банка на соответствующий счет. Номер счета можно прочесть на самом кассаторе.

- А можно подделать кассатор?

- Нет. Вот здесь, в углу, ты видишь, маленькая точка. Это специальный кристалл, который получается под давлением несколько сот тысяч атмосфер в сложной установке, имеющейся в одном экземпляре в Центральном банке Системы. В ультрафиолетовых лучах кристалл имеет такой спектр, который нельзя ни с чем спутать. Создать этот кристалл никакой злоумышленник не способен. Это стоит безумно дорого.

- А если украсть чужой кассатор?

- Потерпевший сразу же заявит в банк. И сразу же во всех банках будут стеречь этот номер. Если преступник осуществит покупку по чужому кассатору даже одного пирожка, то очень скоро станет известно и где он покупал, и в какое время, он будет постоянно оставлять следы. Обнаружить его будет не сложно.

Самое главное. Деньги потеряли анонимность. Раньше говорили - "деньги не пахнут". Теперь деньги стали "пахнуть", пахнуть своим владельцем.

Конечно, если вы придете ко мне в банк и спросите, сколько денег лежит на счете Иванова, я вам не скажу. Тайна счета священна. Но если мне прикажет суд, я выложу всю финансовую информацию об Иванове, и сразу станет ясно, где он брал деньги, у кого, когда и т.д. Финансовые преступления стали почти невозможны. И я, как банкир, могу сказать, что за несколько лет я встречался буквально с несколькими случаями, и то это было скорее баловство, чем что-то серьезное.

Ведь именно анонимность бумажных, и золотых тоже, денег была питательной средой экономической преступности. А как только всякий денек приобрел свое имя, так она попросту исчезла. Но кроме того, отрицание права человека на существование являлось моральным оправданием преступности. Теперь, когда право на существование воплощено в социальной стипендии, это моральное оправдание полностью исчезло.

Вот таким образом удалось одновременно решить сразу несколько проблем - совместить право на жизнь с правом на развитие общества, решить проблему эмиссии денег и уничтожить всю основу экономической преступности.

- Дядя Сайрус, вы говорили, что раньше деньги обесценивались. А сейчас это возможно?

- Это интереснейший вопрос и над ним нашим финансистам пришлось попотеть. И решение оказалось ужасно простым. У нас в Солнечной системе есть высшее должностное лицо. Это Президент Высшего Совета Солнечной системы.

- О. я знаю, - воскликнул я. - Это Сикст Иванович Корзухин. Помнишь, мамочка, как мы были у него в гостях?

- О, я вам завидую. К сожалению, я не имел чести быть ему представленным лично.

Так вот, оклад Сикста Ивановича и всех его преемников на все времена установлен абсолютно жестко, он равен десяти социальным стипендиям, т.е. три тысячи шестьсот пятьдесят деньков в год. И теперь, когда человек требует какую-то зарплату, то, естественно, ему указывают на оклад Сискста Ивановича. Это не значит, что никто не зарабатывает больше. Знаменитые певцы, модные модельеры, удачливые изобретатели могут иметь и больший заработок. Но этот жесткий оклад дает меру для зарплаты и, следовательно, для стоимости товаров и, вообще, меру ценности денег. Ведь именно отсутствие такой меры после утери золотого стандарта и являлось главной причиной инфляции в прежние времена.

- А куда деваются деньги с кассатора после смерти человека?

- Тут нет никакого общего правила. В принципе, человек может завещать эти суммы родственникам. Но сейчас наиболее распространенно оставлять их в дар обществу. Взамен центральный общественный банк выдает родственникам грамоту с указанием полученной суммы. Обычно люди гордятся своими предками и, в частности, гордятся той суммой, которую подарил их родственник обществу. Ведь в сущности наследникам не нужны сами деньги покойного. У них есть собственные деньги, им интересно накопить деньги собственным трудом, умом, талантами. Ведь это же оценка полезности человека, пусть не всегда справедливая, но, увы, оценить человека ведь так трудно. И немудрено, что общество иногда ошибается. Спрашивается, а кто не ошибается?

Ну, как, достаточно ли я доходчиво объяснял, малыш?

- По крайней мере, я узнал ужасно много нового. Только одно я не понял. Что это за деньги "золотые и бумажные", о которых вы говорили? Разве деньги на кассаторе были не всегда?

- Конечно, нет, малыш. Когда-то, очень давно, в качестве денег использовали желтые лепешки из золота. Это были золотые деньги. Они были первыми деньгами. Правда, раньше были всякие "случайные" деньги. Их использовали для обмена. В разных странах - свои. Где шкурки дорогих животных, где красивые раковины, где редкие камни. Но, в конце концов, оказалось, что наилучшим материалом для денег было золото. Золотые деньги зародили нашу техническую цивилизацию, благодаря им произошла первая промышленная революция в семнадцатом веке, была создана всемирная железнодорожная сеть.

Но к концу девятнадцатого века золотые деньги себя исчерпали. Почему? Деньги не пьют и не едят, это всего лишь информация. А золото было слишком дорогим носителем информации, поэтому золотая денежная система стала стоить человечеству слишком дорого. И в двадцатом веке мир перешел на бумажные деньги. Увы, в некотором смысле более плохих денег в истории человечества не существовало. Поэтому и весь двадцатый век - это век самых страшных в истории войн, самых ужасающих зверств, самый трагичнейший период во всей человеческой истории. Бумажку ведь каждый может напечатать и объявить деньгами. Чтобы это предотвратить, пришлось создавать гигантские государственные аппараты, мир разделился на большое количество самостоятельных, как говорили, суверенных, государств. Преступность, убийства, терроризм, наркомания, угроза ядерного истребления - все это плоды бумажных дешевых неименных национальных денег. Но одновременно двадцатый век и ключевой век. Именно в этот век произошел прорыв человека в космос. Наверное, ты знаешь такое имя "Гагарин".

- Ба, дядя Сайрус, да кто его в Системе не знает? У нас даже в садике висит его портрет. Такое красивое лицо с фантастически красивой улыбкой. У нас в садике даже конкурс проходит на "улыбку Гагарина".

- Но и не только. Радио, телевидение, электронные вычислительные машины, авиация, все это было создано в двадцатом веке. Совершенно удивительный век. Когда подумаешь, как в нем уживались улыбка Гагарина и Освенцим, Хиросима и Эйнштейн, великие изобретения и две самые истребительные в истории мировые войны прямо диву даешься. Удивительный век и непонятные люди. Но этот век и подготовил переход на электронные деньги, на которые произошел переход в начале двадцать первого века, этим самым решив проблемы функционирования денег и одновременно и множество экономических, социальных и иных проблем, они объединили человечество в единую семью, что открыло пути к широкому освоению всей Солнечной системы силами не отдельных стран и героев, а всего человечества.

- А я люблю смотреть фильмы и картины из жизни двадцатого века. Мне даже иногда жаль, что я не родился в нем. Я ведь мог бы стать одним из первых космонавтов или шпионом, как Джеймс Бонд или Штирлиц. Не правда ли, мама?

Мама улыбнулась и потрепала меня по голове.

- А вы, дядя Сайрус, мне ужас как много рассказали. И все как в самом захватывающем фильме.

- Молодой человек, мне пришлось вложить почти университетский курс политической финансии в часовой рассказ на языке детского сада. И если я удачно справился с этой задачей, то лишь благодаря тому, что ты, малыш, невероятно для своих лет хороший слушатель и оппонент.

Мама расцвела от такого комплимента в мой адрес. Она была ужасно горда.

- Мам, я наверное, за это путешествие поумнею на целых пять лет, - сказал я.

- Фома, пока я тебе запрещаю вести такие умные разговоры. Три дня никаких умных бесед и расспросов. Твой мозг должен отдохнуть и переварить услышанное.

Я и сам устал от этих бесед.

И мы распростились с банкиром Сайрусом Нахикусом.

 

Глава YYY. О чем мы продолжали разговаривать с банкиром Сайрусом Нахикусом

Как я обещал маме, три дня я не вел умных разговоров. Один день был заполнен праздником Гелиоса, второй день я провел в саду, кормил обезьянок и купался и наперегонки плавал с Ивонной и еще одним дядей Окатом Кусарой. Вот это, я вам скажу, фигура. Небольшой, но все мышцы как мышки под кожей, прямо аж остолбенел от такой красивой фигуры, когда он разделся. Купались мы все обнаженными совсем, сейчас так принято, раньше, мне бабушка говорила, юноши и девушки и мальчишки и девчонки обязательно скрывали хоть что-то друг от друга. Но я считаю, что это совсем чепуха.

Нам уже в садике рассказывают, как устроен человек, и мальчик, и девочка. И на картинках можно всегда увидеть. Так что какой смысл что-то прятать и купаться в одежде, которая стесняет движения, а потом мокрая..., бр-р, ужас как не люблю мокрой одежды, как будто грудной малыш описанный ходишь. Так что, я думаю, сейчас люди стали умней и догадались, что лучше всего купаться и загорать совсем голеньким. Ну, а то, что люди рассматривают друг друга - само собой, люди всегда рассматривают друг друга и в одежде, и без одежды. Я, например, ужасно люблю рассматривать людей. И когда они в одежде, я смотрю, как они одеты, если хорошо - то любуюсь. И когда они голые, я тоже люблю рассматривать, и если красивые фигуры, то так засматриваюсь и любуюсь, что иногда даже мне мама или Ивонна замечания делают, мол, неприлично это. Но я просто люблю людей, они мне кажутся такими красивыми и разнообразными, что ни человек то что-то особенное. Вот животных, и Попу, и Густу, и Брысю, и Корсара, и Гладиатора и, в общем, всех я люблю. Но все-таки они однообразней, чем люди. Люди все-таки интересней любых животных. Может быть, это уже взрослые и доказали, но я сделал это открытие сам и горжусь им.

И потом однажды я думал, думал и даже понял, что это несправедливо. Ну то, что нужно обязательно что-то скрывать. Ведь человек имеет право гордиться тем, что у него есть хорошего. И если волосы у него красивые - может гордиться, и если лицо красивое - может гордиться, и если он умный - тоже может гордиться, и если танцевать умеет хорошо - тоже. Ведь даже в книжках пишут, что надо следить и ухаживать за своей красотой, стараться быть красивым. Но получается тогда несправедливость. Если у девушки лицо красивое - она может им гордиться, а если, например, у нее очень красивая грудь - значит ей нельзя? Но ведь это же обидно, почему так. Конечно, вы скажете, так давайте голыми ходить. И неправильно скажете. Ведь для всего свое место есть. Умом не гордятся в магазине, а только в спорах. Танцами тоже не гордятся на улицах, а в дискотеках. Так и грудью не гордятся в библиотеках, а только на пляжах. Вот я так думаю. Вообще-то сейчас, наверное, все так думают, потому и купаются обнаженными.

Только к чему это я? Ах, да, про три дня. Два дня я нашел. А вот чем третий день занимался - убей, не помню. Ну, и ладно. Я-то помню, что целых три дня никаких умных разговоров не вел. А на четвертый день я маме это объявил и сказал, что мне ужасно хочется еще поговорить с дядей Сайрусом Нахикусом. Ведь он банкир, а разговор вел только о деньгах, а о банках почти ни слова не сказал. А мне ужасно любопытно узнать, чем занимаются банки и банкиры.

Мама тогда сказала, что она не возражает, раз у меня мозги отдохнули, и набрала по телефону номер каюты банкира, и, когда он взял трубку, она извинилась и сказала, что ее сын очень хотел бы, если это, конечно, не обременит вас, еще побеседовать о банках. Тут я услышал через трубку, хоть и не подслушивал, что дядя Сайрус рассмеялся и сказал: "Мадам, у вас просто необыкновенный сын. Я первый раз вижу мальчика, который бы в этом возрасте интересовался такими сложнейшими, да, да, это наисложнейшие, проблемами, и он готов меня принять немедленно".

Я поехал на лифте на четвертый этаж, нашел каюту дяди Сайруса, постучался и вошел. Он сидел за письменным столом с бумагами и компьютером. И сразу же встал, пожал мне руку и сказал, что чрезвычайно рад со мною побеседовать. Он не ожидал, это буквально чудо, что беседуя со мною он многие вещи как-то сам стал лучше понимать. Теперь он всем друзьям-профессорам экономики и финансов будет рекомендовать беседовать о своих проблемах с детьми дошкольного возраста. Оказывается, это так необычайно обостряет ум в поисках абсолютной ясности, которая была бы доступна ребенку, что многое, наконец-то, понимаешь из того, что ты сотни раз читал студентам и описывал в различных серьезных книгах. И он смеялся и булькал, и я тоже смеялся с ним, и нам обоим стало весело и свободно, как будто это был не банкир и известный ученый, а мой садиковый приятель Аркаша.

- Так что тебя еще интересует? - спросил дядя Сайрус, когда мы уселись в кресла. - Я просто горю желанием объяснить тебе еще что-нибудь. Спрашивай меня обо всем.

- Про деньги я понял. Деньги - это лишь время человеческой жизни. Но ведь время человеческой жизни и есть человеческая жизнь, а человеческая жизнь это и есть человек. Значит деньги - это кусочки человеков, и на них идет торговля.

- Необыкновенно! Необычайно. "Деньги - это кусочки человеков". Боже, как прекрасно, малыш, ты сказал. Позволь мне это записать. Я непременно так и буду теперь говорить и писать, конечно, с полной ссылкой на Ваше авторство, сэр. Вы позволите? Замечательно.

И он подбежал к столу и быстро что-то записал.

- Итак, что же дальше?

- Вы почти ничего не рассказали о том, что такое банки, и чем они занимаются? Банки и банкиры.

- Великолепный вопрос, малыш. Великолепный. Увы, многие до сих пор представляют банк складом денег, а банкиров пожилыми людьми в котелках, сидящими на мешках денег и изредка привстающих, чтобы вытащить несколько купюр и дать их просителю под процент. Боже мой, да ведь уже и мешков с деньгами нет, а представление, созданное еще Диккенсом, живуче.

Итак, банк. Банк - это учреждение, где имеют дело с деньгами. Конечно, не бумажными или золотыми. Таких просто нет. Современный банк есть скорее рабочая станция в единой денежно-банковской системе, охватывающей весь мир. Нечто вроде телефонной станции в единой телефонной системе всего мира. Главное в любом банке - это банковский компьютер. Но не подумай, что банкир - это всего лишь оператор у ЭВМ. Нет. Его дело — это прежде всего работа с людьми. Но банк банку рознь, малыш. Есть три типа банков.

Начнем с простейшего. Промышленный банк. Это банк, куда кладут свои активы промышленные компании, предприятия. Получают на них проценты, перечисляют деньги своим партнерам через банковские каналы, получают кредиты - краткосрочные и долгосрочные. Словом, обычный коммерческий банк, известный еще Чарльзу Диккенсу.

Второй тип банков - это банк индивидуальных вкладчиков. Их еще называют сокращенно "банивками". Банивки - нечто вроде старинных сберегательных касс, от них они и ведут свое происхождение. Как известно, сберкассы раньше вели дела граждан, принимая на хранение их сбережения, выполняли их поручения по плате за газ, электричество, телефон, оплачивали по перечислению дорогие покупки, перечисляли на счета граждан их зарплату, выдавали ссуды на покупку дома и т.д. Все эти функции сохранились и за банивками. Но кроме того у них появилась принципиально новая и совершенно необычайная функция, что превратило простенькие сберкассы в важнейший банковский институт. В банивках осуществляется эмиссия денег. Твой кассатор задублирован счетом в банковской ЭВМ твоего банка, и одновременно с тем, как каждый день из твоего кассатора выскакивает один денек, так и на твоем счете в банке прибавляется одна денежная единица. Именно в них и только в них происходит таинство рождения денег, и ни в каком другом банке не может быть создана, рождена из ничего ни единая денежная единица. На вклады эти банки платят своим клиентам, естественно, проценты. Но откуда этот банк берет деньги на проценты. Все свои активы банивк вкладывает в свою очередь в промышленные банки, где уже и получает проценты на эти средства. Одновременно банивки становятся крупными вкладчиками и совладельцами промышленных банков и влияют на их политику.

А если промбанк прогорит, потеряют ли индивидуальные вкладчики свои деньги? Нет. Во-первых, такие банкротства редкость, а, во-вторых, Межпланетная Банковская Ассоциация - МБА - установила правило, по которому претензии банивков по индивидуальным вкладам имеют абсолютный приоритет по отношению ко всем остальным обязательствам промбанка. Этим самым обеспечивается полная гарантия сохранности вкладов индивидуальных вкладчиков.

Но это только в том случае, если вкладчик держит свои деньги на, так называемом, гарантированном счете. Но вкладчик может пойти на риск и поместить деньги в этом же банке на, так называемый, коммерческий счет. В этом случае он доверяет использовать свои деньги банком так, как тот пожелает для наибольшего извлечения прибыли, например, банк может вкладывать эти деньги во всякие предприятия и т.д. Проценты по коммерческим вкладам уже выше, но вкладчик теперь уже не имеет полной гарантии, он уже имеет обычный коммерческий рынок, где его деньги могут и погореть.

И, наконец, третий вид банков - это общественные банки. Их существует целая иерархия. Городские, районные, банки стран, континентальные, планетные и, наконец, Центральный банк Солнечной системы. Эти банки развились из системы государственных банков. В них размещаются уже общественные деньги. Источником поступления средств в эти банки являются налоги - между прочим, социальная стипендия налогом не облагается. Налогами облагаются только доходы частных и юридических лиц, а стипендия принципиально не относится к доходам. Второй источник и достаточно обильный - это посмертные завещания отдельных лиц.

Никаких процентов этот банк не выдает, а деньги расходуются на общественные нужды - строительство дорог, благоустройство городов, финансирование крупных проектов общественного значения, например, разработка новых перспективных космических кораблей, работы по охране окружающей среды. Все это финансируется через общественные банки.

- Но дядя Сайрус, ведь в этих банках, в конце концов, скопятся гигантские суммы, люди умирают и умирают, налоги поступают и поступают.

- Черт побери, малыш, ты просто всегда глядишь в корень. Тут ты затронул самый тонкий момент, над которым мы, финансисты, ломали головы, пока не нашли хорошего решения.

Это действительно так. В руках этих банков постепенно могут скапливаться большие средства. А это приведет к изменению соотношения между деньгами в частном и общественном пользовании в пользу именно вторых. В конце концов может случиться так, что значительная часть финансовых средств сосредоточится в этих банках, которые будут расходовать их, в основном, на всякие общественные проекты, которые, как правило, означают вложение в будущее благосостояние человечества. В результате и основная часть промышленности будет вовлечена в эти проекты, а промышленность, обеспечивающая текущие нужды людей, их повседневные потребности и финансирующаяся через систему социального обеспечения и зарплату, будет сокращаться. Ясно, что это может привести к понижению благосостояния людей. Фактически, соотношение между средствами в банкивках и общественных банках определяет соотношение между интересами современников и интересами их потомков. Банивки стоят на страже интересов живущих, общественные банки заботятся о будущих поколениях. Это, конечно, упрощенная схема. Понятно, что эти интересы имеют противоречия. В банивках средства ограничены и определяются числом живущих людей. В то же время в общественных банках может происходить достаточно быстрый рост средств как за счет завещаний, так и налогов. Этот рост всегда опережает рост первых средств. И когда это было осознано, стала проблема, что делать. Как найти и поддерживать компромисс между интересами живущих и их потомков. Было множество дебатов. Вопрос оказался невероятно сложным.

- И как же его решили?

- Необычайно, но просто. Ты помнишь, я тебе говорил, что общественные банки родились из государственных банков. А именно государственные банки раньше и были эмиссионными, они впрыскивали в общество деньги. Теперь функция эмиссии денег перешла в банки индивидуальных вкладчиков, а общественные банки получили прямо обратную функцию, функцию ремиссии денег.

- А что это такое?

- Ремиссия означает уничтожение, ликвидацию денег. Чтобы не было слишком большого скопления денег в общественных банках, принято оригинальное, но простое решение. Нужно периодически уничтожать деньги. В конце каждого года во всех общественных банках все имеющиеся на их счетах средства уменьшаются на строго определенный и единый для всей Системы процент, величина которого устанавливается Высшим Советом Планет и может пересматриваться не чаще одного раза в двадцать лет.

Этим самым устанавливается компромисс между интересами современников и потомков. Не правда ли, интересная метаморфоза. Банк эмиссионный превратился в ремиссионный. Банк, который печатал деньги, стал их уничтожать. Поэтому ты даже не представляешь, насколько ты точно, малыш, сказал "деньги - кусочки человеков". Это именно так. И как человеки они рождаются, живут, работают и тихо умирают.

Такова, малыш, генеральная схема нашего банковского дела. Но это генеральная схема, А действительность куда сложнее и запутанней. У нас существуют описанные типы банков в чистом виде. Но множество банков представляют композицию двух или даже трех банков вместе.

Но, тем ни менее, в них ведутся строго раздельно счета по всем трем категориям. Но происходит одновременно самое разнообразное взаимодействие. Деньги переписываются со счета на счет, принимая самые различные обличья, участвуя в разнообразнейших операциях, в которых непосвященному просто немыслимо разобраться. Но мы с тобой легко разобрались, потому что рассмотрели порознь работу трех главных типов банков. Понятно ли тебе стало, малыш, что есть банк?

- Я бы сказал, дядя Сайрус, что скорее понятно, чем непонятно.

- Молодец. А какие метаморфозы произошли с банкирами и банками в плане человеческих отношений. Ну, вот возьмем, к примеру, банивк. Каждый банк заинтересован, чтобы у него было больше денег. А что для этого нужно?

- Чтобы больше было вкладчиков.

- Правильно. Для этого банк стремится давать своим вкладчикам достаточно привлекательный процент, чтобы привлечь людей к себе. А еще, ну-ка, сообрази.

- А еще чтоб люди дольше жили, Ведь когда человек умирает, то его денежное сердце, которое хранится и бьется в банке, останавливается.

- Браво! Малыш, у меня нет слов. "Денежное сердце". Я это тоже запишу. Да, деньги - это кровь банка, и когда останавливается сердце человека, перестает поступать и кровь в банк. Но более того, и сам труп, извини за это грубое сравнение, но, увы, я не имею способностей к столь поэтическим сравнениям, как это удается находить тебе, труп тоже изымается, вклад переходит, как правило, в общественный банк. А это большая потеря. Значит банкир и сам банк прямым образом заинтересованы в длительной жизни своих клиентов.

Конечно, общество также заинтересовано в долгой жизни своих членов. Но общество мыслит вообще, о среднестатистическом человеке. А теперь появились люди, довольно могущественная организация, которые заинтересованы не вообще в долгой жизни человека, а в долгой жизни именно твоей, Фома, твоей мамы, твоего папы. Банкиры превратились в самых больших гуманистов - чтобы сказал Чарльз Диккенс, узнав о метаморфозе, которая произошла со столь ненавистным ему племенем? А, малыш.

- Он был бы потрясен.

- Именно, именно. И ранее было множество гуманистов - философов, писателей и других "друзей народа". Но в отличие от философов и поэтов, которые могли лишь воздействовать на чувства и прекрасно, прекрасно воздействовали, банкиры - люди практические и в их руках большая сила, сила денег, "денежного мешка", как сказал бы Бальзак. И они действуют. Не поют дифирамбов гуманизму, а действуют. Финансируют медицинские и биологические исследования и считают это лучшим вложением капиталов, они строят клиники и больницы, многие банки вместо процентов представляют своим клиентам медицинские страховки, т.е. полную оплату всех расходов по поддержанию здоровья и лечению, создают физкультурные залы, площадки и центры, агитируют своих клиентов заниматься физкультурой, наконец, они оказали мощное давление на Ассоциацию врачей по увеличению и ужесточению профессиональных требований к врачам и медработникам. И я могу сказать, что не без этого влияния возросло качество медицинского обслуживания и на Земле, и на других планетах. Средний срок жизни на Земле достиг 92 лет, на планетах он, к сожалению, существенно ниже, там все-таки до сих пор слишком сложные непривычные и стрессовые условия существования. И все это не без нашего влияния.

И теперь в беседе с тобой, когда я вновь обозрел тот вклад, который внесли мы, банкиры и финансисты, за двести с небольшим лет в произошедшую в начале третьего тысячелетия техническую и нравственную революцию, я не могу не гордиться своей профессией. Пусть меня обвинят в пристрастии, но в эту революцию вклад моих коллег не меньше, чем внесли в нее разработчики космических кораблей и пионеры планетарных троп.

Посмотри, малыш, на наш мир. Войны исчезли, армии исчезли. Ядерные и термоядерные бомбы сгорели в топках ядерных электростанций и термоядерных ракетно-космических двигателей. Танки перековали на орала. Исчезли границы, исчезли государства, хотя остались исторически сложившиеся страны как административные общности людей с одной историей, с одними привычками, традициями, культурой и языком. Вот кто ты, малыш?

- Землянин.

- Ох-хо-хо. Да представь себе, что такой ответ еще двести лет назад был бы немыслим. Ты бы сказал, что ты русский, француз, эфиоп. Но землянин? И в отмирании государств фундаментальнейшую роль сыграли банкиры, создав единые общемировые деньги и вырвав из рук общества эмиссию денег, отдав эту функцию индивидууму. А именно эти функции требовали государства как механизма слежения, подавления, распределения, борьбы с преступностью, питательной средой которой была анонимность денег, а моральным оправданием отсутствие гарантированного права на жизнь.

- Дядя Сайрус, а вот у старых фантастов я читал о межпланетных войнах. Возможны такие, если не сейчас, то в будущем?

- Ха-ха-ха, малыш. Это все сказки. Нет, нет и нет. И даже не потому, что для современных людей убийство и людоедство почти одно и то же. Но никто не может быть гарантирован, что этот психофизический настрой человека не изменится через 100-200-1000 лет. Войны между планетами невозможны просто потому, что их нельзя вести. Представь, как вести войну против Марса? Винтовкой их не достанешь. Ракетой и термоядерной бомбой? Но все марсианские города внутри Марса, под землей, точнее сказать, "под марсом", на большой глубине. Их ничем не проймешь. А вот Земля - та уязвима. Невероятно уязвима. Уничтожить ее ничего не стоит с помощью посылки нескольких термоядерных ракет. Но если ты уязвишь Землю, то и сам погибнешь через короткое время. Никакая планета не проживет и нескольких лет без Земли. Ведь она основной поставщик жизни для всей Системы, поставщик продовольствия. Она же поставщик технически наиболее сложных изделий, требующих затрат большого количества живого труда. Она же и главный рекреационный ресурс Системы. Вот и получается, межпланетные войны - это бред.

А теперь, малыш, я должен бежать на радиостанцию передать кое-какие распоряжения на Нептун. Мне беседа с тобою доставила массу удовольствия. Я вижу в тебе большие задатки. И не будь я Сайрус Нахикус, если через двадцать или тридцать лет я не увижу твоего имени на первых полосах газет.

Так закончилась наша вторая беседа с банкиром Сайрусом Нахикусом.

Написано Фомой Гряземоевым 5 марта 2281 г.