Альберт Хардвеев: другие произведения.

Биофилотерапия

Журнал "Самиздат": [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Регистрация] [Помощь]
  • Комментарии: 6, последний от 11/10/2002.
  • © Copyright Альберт Хардвеев (sf@mail.ru)
  • Обновлено: 10/11/2002. 7k. Статистика.
  • Рассказ: Эротика
  • Оценка: 5.45*6  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Любовь к природе никогда не бывает лишней. Главное, правильно понимать ее истоки... Рейтинг: потрясает!.. Рассказ, номинированный на ТЕНЕТА-Ринет'2002!

  •   БИОФИЛОТЕРАПИЯ
      
      рассказ
      
      
      Пете Роговскому и любителям
      ходить по грибы.
      
      
      Лес просыпался.
      Наполненный квинтэссенцией запахов трав и естественного, едва ощутимого привкуса утренней влаги, он перекликался призрачными птичьими голосами. Перестуки живых перкуссий эхом разносились по затуманенному ранне-весенним упоением лесу. Темные пятна балок и рытвин вновь обретали свою дневную глубину и наполнялись здоровой зеленью короткой, словно газонной травы.
      Но те, кто о сохранности леса заботились, проснулись гораздо раньше, еще до рассвета.
      Среди мутных от росистой влаги стволов многолетних сосен появилась фигура совершающего утреннюю пробежку лесника – Феодосипа Маркленыча, пожилого и глубокоуважаемого в окрестностях Матвеевского леса человека. Одетый по-спортивному – в синих шароварах, заправленных в неестественно белые для здешних мест шерстяные носки; в протертой майке, надетой разве что для приличия, так как не скрывала она жиденькой, по-старчески отвисающей волосатой груди, – Феодосип бежал трусцой. В неглубоком кармане потертых шаровар звякали часы с оборванным ремешком, – несмотря на отсутствие минутной стрелки, лесник носил их всегда, чтобы, не дай бог, не выпасть из времени. Солнцу и муравейникам Маркленыч не то, чтобы не доверял – искренне жалел: мол, природа создана для любви к ней, а не использования оной в качестве калькулятора.
      Утро было субботнее, а у Феодосипа уже восьмой год субботнее утро отличается от остальных. "Какая там пятница радостная? Ну и что, что с завода пролетарий распускают! Лесник – личность ответственная, без выходных работает. У меня, как у каждого добропорядочного еврея, шаббат в субботу начинается".
      Дорога к Медовой полянке была хорошо вытоптана. Здесь, под сенью крон многолетних сосен ютились домики-медосборники особой конструкции. С дырочками и пробочками-клапаночками.
      Особо ранние пчелы уже выпархивали из антропогенных ульев и уносились на дежурные промыслы. В воздухе над поляной витало приветливое жужжание. Феодосип Маркленыч притрусил к спиленной под первый сук – на уровень груди – сосенке, шумно выдохнул, вскинул руки и стянул за бретельки символическую майку. Повесил на чудом уцелевший "первый сук". Кроме майки, на природной вешалке уже находилось желто-оранжевое полотенце с затертой надписью "Москва-1980" и изображениями пяти олимпийских колец. Под сосенкой стояло ведерце с остывшей за ночь водой.
      Феодосип потрусил руками, сделал несколько незатейливых упражнений типа "насос" и "полотно", и демонстративно отдышался. Жужжание на полянке усиливалось. Ароматы трав становились сочнее, краски – осязаемей.
      Покончив с зарядкой, Феодосип Маркленыч почесал под мышками и продолжил разоблачаться. Он сбросил кеды со шнурками подозрительного вида. Стянул шаровары, уцепившиеся за пятки и закрепленные белыми носками, повесил на сук. После этого Маркленыч остался совершенно голым. Животик и прочие отвислости бесстыдно выдавали немолодой возраст "спортсмена". Наконец он живенько подхватил ведерце, стоящее у ног, и окатил себя ледяной водой. В то время как обычный человек с непривычки кричал бы непристойности, лесник проворно приговаривал: "Хорошо!"
      Принявшись качественно обтираться, Феодосип особое внимание уделил промежности. Яички от холода туго обтянулись мошонкой, а член шестидесятилетней выдержки встал жеребцом. Ученые назвали бы это "условным рефлексом на субботнее утро", но какие в лесу ученые, тем более, в такую рань? Феодосип закинул полотенце на сучок, которое чудом за него зацепилось, и схватил в большой, трудовой кулак свой орган. Подвигал рукой до упора в оба конца с молодецкой частотой две дюжины раз и, не разжимая кулака, радостно засеменил к угловому улью. Пчелы на его приближение реагировали вяло. Или вообще не реагировали.
      Набрав в легкие воздуха, как перед залповым потреблении стопочки, лесник вытащил из стенки улья одну из пробочек, на которой стояло меньше всего засечек. Выдавил ногтем очередную черту – пятую – в мягком дереве и уложил пробку на крышку медосборника.
      - Подскажи-ка пчелка, как пройти в сторожку, - пробормотал он одну из своих излюбленных фраз и рывком подался телом к деревянному ящику улья. Его орган угодил в только что открытое отверстие медосборника.
      Не дожидаясь, пока пчелы начнут операцию по умиротворению агрессора, Феодосип задвигался быстрее. Медовая масса чавкала и вылезала из дырки улья, уже полностью облепив член. Тело лесника содрогалось от первых укусов пчел. Но Маркленыч двигался все быстрей, раскачивая деревянный ящик, который крепился на таком же сосновом стволе, обрубленном, правда, почище. Пчелы вылетали из домика и жалили штурмовика в ягодицы, спину, грудь, ноги, шею – но большинство впивалось в его член.
      Кончил Феодосип с криками. Здоровое мутно-белое семя под мощным напором полезло обратно: на яички и ноги старика. Вот тогда лесник извлек орган из медосборника.
      Красный от трения и укусов член, напух и сплошь укрылся свежими язвочками – поверх успевших зажить с прошлой субботы. Мед, смешанный со спермой, поблескивал на нем в лучах рассветного весеннего солнца. Прилипшая к истерзанной коже пчелка бессильно барахталась. Сняв несчастное насекомое с пульсирующего и начинающего оседать члена, Феодосип Маркленыч поднес ее к губам и благодарно чмокнул. Потом запихнул обратно в домик и закрыл дырку пробкой с засечками.
      Как ни в чем не бывало.
      Повисший пухлым маятником член, обмякшие яички красной зоной контрастировали со старческой бледностью тела. Лесник вернулся к вешалке, оделся, на этот раз не потрудившись заправить лямки шаровар в носки – любовь к природе отнимает столько сил и энергии.
      Но что это по сравнению с той шустрой молодецкой поркой, которой он потешит свою бабку в течении недели, пока не наступит следующая "терапевтическая" суббота?
      Бросив взгляд на покалеченные часы, Феодосип не открыл для себя ничего нового: кончать он стал как по графику. Даже в полевых условиях. Хорошо-таки пчелиный яд и мед мужскую слабость вылечивают!..
      Маркленыч положил часы в карман и, прихватив ведро, отправился в обратный путь. К бабке, которая, наверняка закончила уже насаживаться на старый муравейник.
      Лес просыпался.
      
      Альберт Хардвеев
      8.10.2001 год.
      Николаев – Баку.
       (C) AS Union Press (Дмитрий Тарабанов), 2001
  • Комментарии: 6, последний от 11/10/2002.
  • © Copyright Альберт Хардвеев (sf@mail.ru)
  • Обновлено: 10/11/2002. 7k. Статистика.
  • Рассказ: Эротика
  • Оценка: 5.45*6  Ваша оценка:

    Все вопросы и предложения по работе журнала присылайте Петриенко Павлу.
    Журнал Самиздат
    Литература
    Это наша кнопка

    MAFIA's
Top100