МАРАТ ШЕРИФ

Из книги "ТРУДНО ПЕРВЫЕ СТО ГРАММ"


ИЗ ЧАСТИ 1. "ДЕТСКИЙ МАТ"


Дадим шар земной детям -
они превратят его в куб.


МАЛЫШ

Если б мне такие руки
как у дяди-великана,
я загнулся бы от скуки,
я б не смог тогда играть.-
Ни помучить таракана,
ни в носу поковырять...
Ну куда с такой рукой?
Я же маленький такой.


СТАРЫЙ ТАПОЧЕК

У тапочка пасть порвалась,
ногу невозможно носить.

Ему морду замотали
липкой лентой,
теперь ходишь как забинтованный,
и нога болит.


ЧЕБУРАШКА

Я был когда-то странной
игрушкой безымянной,
к которой в магазине
никто не подойдёт.
Теперь я - Чебурашка...
Детская песенка

Когда я в магазине жил,
никто ко мне не подходил.
Ведь я не танк, не пушка.
Я мягкая игрушка.

Теперь я с Геной, здесь мой дом.
Мне не с кем поиграться в нём,
а Гена пьёт, болеет
и сильно зеленеет.

Он старый чтобы пол помыть
и даже суп себе сварить.
Мне тоже не отрада.
Но надо значит надо.

Я до плиты не достаю -
на стул влезаю и варю.
Мне трудно управляться.
А он чуть что - ругаться.

Эх, если б этот... крокодил
хотя бы поблагодарил;
мол, славно кашу варишь!
Но он плохой товарищ.

За делом вечер настаёт,
а тут и Шапокляк придёт,
и как всегда - не в духе.
Не нравлюсь я старухе.

Она на кухне с Геной пьёт.
Он злится, а она ревёт,
кричит на Гену "лысый!".
А из кармана - крыса...

А как проспится Шапокляк,
из банки пить ей западляк,-
и я иду за кружкой.
Я - мягкая игрушка.


МАЛЫШ-2

Если б мне такие ноги
как у дяди-великана,
я пошёл бы по дороге,
стал бы гусениц пинать.
А столбы пинать не стану -
заругаются опять...
Ишь ты, вырос выше крыш!
Дурачком растёшь, малыш...


ШТАНИШКИ С КАРМАШКОМ

Мрут от зависти пижоны:
мама сшила мне кальсоны!
Поначалу было тяжко,
потому что нет кармашков.
Нет, кармашек есть один, но
как-то он посередине.
И скажу вам честь по чести -
он на очень нужном месте.
Важно в случае чего!
Я балдею от него.


МАЛЬЧИКУ, КОВЫРЯЮЩЕМУ В НОСУ

Отрыгивая сытно пищу,
засовывая пальчик в нос,
спроси себя: что ты там ищешь?
И лишь ответив на вопрос
и уяснив задачу,- тут же ,
в ноздрю засунув палец свой,
втолкай его как можно глубже
и вытащи уже с соплёй!


МЫЛЬНЫЕ ПУЗЫРИ

Наберу я слюни,
откушу я мыло.
Ни за что не сплюну,
чтобы гуще было.

Не орите в ухо,
что вы пристаёте.
Ну и что, что глупо?
Нравится, и всё тут.

Видите? - Играю.
Это очень просто. -
Выдуваю шарик.
Он смешной и толстый.

По губам стекает
ручеёчек мыльный.
В воздухе летает
шарик мой дебильный.

Весь переливаясь,
кружится, красивый.
Я в нём отражаюсь,
глупый и счастливый.


МАЛЫШ-3

Если б мне такой желудок
как у дяди-великана,-
голодать, однако, буду:
он же, прорва, как мешок.
Я жевать уже устану,
а потом ведь на горшок...
Все б смеялись так и сяк:
Вот прожорливый сопляк!


ДАЁТ КОРОВА МОЛОКО

В родном берёзовом кругу,
вблизи села родного
мычит корова на лугу,
корова как корова.

Слыхать корову далеко,
мычит она неслабо.
Даёт корова молоко,
на то она и баба.

Пасётся рядом с нею бык,
большой такой детина.
Он только спать и есть привык -
на то он и скотина.

И о корове круглый год
он думает с любовью,
но молока он не даёт,
а бережёт здоровье.


МАЯТНИК

Холодный Млечный Путь сгустился в пенки,
и месяц хмур, как будто тайну выдал
и дуется... Часы висят на стенке.
Старинные. Они видали виды...

Их маятник качается на палке
и вспоминает время беспечальное,
как в детстве он качался в колебалке
и мама ему пела колебальную.

Как бабка ему славу нагадала,
как он мечтал обресть при жизни памятник...
А мама его так заколебала,
что он ушёл. Ведь он же взрослый маятник.

Он веровал в своё предназначение,
но даже в этом начал колебаться,
столкнувшись с непонятным свойством времени
всё время ускоряться, ускоряться...

Но всё-таки смирился с этой шалостью,
негодованья больше не испытывал.
И время шло, и обращалось старостью.
А он его отсчитывал, отсчитывал...


СТРАШНАЯ СКАЗКА

Наставил месяц бельма,
презрительно глядит.
Бредут по полю ведьмы,
несчастные на вид.

На фильм про вурдалаков
сходили в сельский клуб.
И страшно было так им,
что думали - помрут.

Там бегал на экране,
обученный вполне,
такой клыкастый парень,
что холодно спине.

А все сидят, зевают.
Мол, видели таких!
То семечки щелкают,
то ржут как дураки.

Вчера алкаш попался.
Пугали ведь - так нет:
насильничать пытался,
хоть им по триста лет.

Удравши еле-еле,
ревели меж собой
над жалкою своею
над девичьей судьбой.

И раньше-то страдали,
боялись выходить:
богатыри шныряли,
ища кого убить.

Теперь и вовсе хуже -
милиция кругом.
Детишки стали - ужас:
дразнятся всем селом.

Нет, лучше уж не вздорить
с такими вот детьми.
А молодость проходит...
Как страшно, чёрт возьми!


МАЛЫШ-4

Если б мне такое что-то
как у дяди-великана,
все б хотели сделать фото,
зазывали б в туалет...
Я отказывать не стану -
только выключите свет.
Никакой я не гигант.
Просто у меня талант.


КОЛЫБЕЛЬНАЯ

Луна пузатым лэйблом
повисла в небесах.
Сижу за старым тэйблом
в заслуженных трусах.

Заря давно поблёкла,
да не уснуть никак -
и наблюдаю в стёкла
угрюмый лайф собак.

Друзья ушли на дансинг
лобзать своих девах.
Я не пошёл на танцы,-
нельзя ж в одних трусах.

Уж лучше погуляю
где степь да степь кругом...
И вот уже шагаю
я стэп бай стэп пешком.

И сзади оставляю
всю Родину свою.
Приятных снов, родная!
Гудбаюшки-баю.


* * * * *

Спят часы настенные,
дискоболы с дисками,
леди с джентльменами
и родные с близкими.

Спят Петры и Павлики,
Ниночки и Кирочки,
спят расисты в Африке
и сопят в две дырочки.

Спит звезда колючая,
стихла гладь озёрная,
спят козлы вонючие
и волки позорные.

Спят болота склизкие
с падлами и выдрами,
мальчуганы с письками
и Самсоны с гидрами.

Дремлет пляж вдоль бережка,
бублик спит и дырка в нём.
Ленин спит на денежке,
притворившись Линкольном.

Ночь ползёт медлительно,
сматываясь бухтами...
Люди, будьте бдительны!
Вы же так опухнете!


КОШКИ-МЫШКИ В ЗАЗЕРКАЛЬЕ

Тише, мыши, - кот на крыше...

Сползаю вниз по нити Времени
и вижу всё наоборот,
где в тридесятом измерении
сидит жирком заплывший кот;
мне и мышей отсюда видно:
они бегут туда, где он
их ест... И рушится бесстыдно
причинно-следственный закон.
И, этим ужасом взволнован,
хочу я вдарить по врагу,
но дематериализован
и всё проснуться не могу.


ПТИЧКА

Я просыпаюсь понемножку;
сперва зеваю, а потом
гляжу на воробья в окошке
и долго думаю о том,
что птичка Божия не тужит
и не гадает наперёд,
кого-то сцапала
и тут же
его обрадовано жрёт,
имея подлую черту
кидать какашки на лету...


МАЛЫШ-5

Если б мне хоть что-нибудь бы
как у дяди-великана,
я б имел дурные судьбы,
опозорился бы весь,
психовал бы непрестанно...
Лучше быть таким как есть.
И играться от души -
как другие малыши.


СЛОН

Я жую морожинку, а он
хлещет воду. Потому что жарко.
Всё взаправду - настоящий слон.
Весь как в Африке, но в зоопарке.

Вынул хобот,
машет как рукою,-
это хобби
у него такое.

Подойду к нему с ладошкой потною,
буду хобот гладить без конца,
ведь слоны - хорошие животные,
и у них огромные сердца.


ОТВЕТ ДЕТЕЙ ДЯДЕЧКЕ ПОЭТУ

Ты зря нас укоряешь в том,
что плохо, пацаны, живёте.
Ты, дядя, сам был пацаном,
а если нет - тогда ты тётя!



ИЗ ЧАСТИ 2. "ТРУДНО ПЕРВЫЕ СТО ГРАММ"


СЧАСТЬЕ

Я проснулся потным гадом,
знаменитым и богатым.
Никуда бежать не надо.
Дело - в шляпе. А когда-то

был я злющий и худющий,-
только это помню смутно,
и теперь лежу опухший,
весь я толстый и уютный.


ДУРА

Ещё пол-лета впереди,
как хорошо!
Она сказала: Приходи.
Ну, я пришёл.

Она слила на ногти лак,
сняла чулок,
потом сказала мне: Приляг!
Ну, я прилёг.

Устал я от её возни,
как кросс бежал.
Она мне снова: Ну прижми...
Ну, я прижал.

Не уходи, могу и днём,
хоть тыщу дней!"
Ушёл.
Останусь при своём.
Но не при ней.


КУРС МОЛОДОГО БОЙЦА

Просолены потом кители. -
Нас крепко взяли за жабры.
Я выйду отсюда бдительным,
мужественным и храбрым.

О плац сапоги стоптаны,
пыхтит мой учебный взвод.
И ждут все шеренги потные,
когда же второй "счёт".

Стоим по команде "Стой!",
бежим по команде "К бою!".
Я буду стрелять как ковбой
и бегать как лошадь ковбоя.


ВООБЩЕЖИТИЕ

Пятому общежитию
студенческого городка
Новосибирского университета

Снова ночь над этим домом.
Жизнь течёт, как и текла,
оглашаемая звоном
вновь разбитого стекла.

Это древний наш обычай,
и его не изменить:
всё разбить с победным кличем
и фанерою забить.

В коридоре кто-то пылко
хает власть большевиков.
На полу лежит бутылка
и четыреста "бычков".

Тараканы рыщут, гады.
Есть за что себя винить:
отвратительное - рядом,
если долго не травить.

Потихоньку "едет крыша",
я забился в уголок.
Кто-то заходил и вышел
и чинарик уволок.

Поглощаю макароны,
но горит огонь в крови:
из-за стенки слышно стоны.-
У соседа ночь любви.

Всё нормально, я спокоен.
И спасибо всем за всё.
Я люблю тебя, родное
общежитие моё.


ПРАЗДНИК
(Новый Год в общежитии)

Пахнет гарью. Не волнуйтесь,-
это тортик, плов и гусик.
Значит, выпьем, на ночь глядя.
Будут девушки и бляди.
Праздник - это безобразник,
он зовёт, поёт и дразнит.
Всей толпе уже за двадцать-
можно выпить и подраться.
Будет битых стёкол куча,
двери без замков и ручек.
Ляжем-встанем, морду - в воду.
Всё, ребята. С Новым Годом!


НИКОГО НЕТ ДОМА!

Потяни сильнее двери.
Не откроются - толкни.
Не помогут эти меры -
значит, кушают они.

Или спят они все, что ли...
Впрочем, это ничего:
кинь гранату для контролю,
вдруг и вправду никого?


НЕ СУТУЛЬТЕСЬ

Плёлся юноша по улице...
Не понравился. - Сутулится.
Привели.
А он: "Умрёте!..", - мол.
По спине ему нахлопало...
как из рога изобилия.
В общем, быстренько побили и
отвели опять на улицу.
Ходит. Больше не сутулится.


УДЕРЖАЛСЯ

ты на кого полез таким героем
уйди пацан да я ж тебя урою
вот так ударю правою рукою
вот так ударю левою ногою
и сдохнешь как последняя собака
но я тебя не буду бить однако
мне тренер говорил чтоб я не дрался
ты понял падла я ему поклялся
вали и чтобы здесь не появлялся
а то про всё забуду и урою
что, не уйдёшь? тогда я сам уйду


* * * * *

Жизнь как наркотик:
чем дольше живёшь,
тем сильнее привыкаешь.
Деньги, женщины, слава, удача -
всё наркотик!
А водка - это алкоголь.


ТРУДНО ПЕРВЫЕ СТО ГРАММ

Я мямлил, что не пью, забыв про гордость,
когда мне наливали эти сто.
Ребята говорили: Не позорь нас.
И вообще - мужик ты или кто...

Выпью с горем пополам,
трудно первые сто грамм.
Подышу я глубоко,
а потом пойдёт легко.

И вот пошло... И было хорошо мне,
денатурат - и то был по нутру.
Но только я всё это не запомнил,
а помню лишь - что было поутру:

У меня подбитый глаз
- раз,
шевелюсь едва-едва
- два,
проспиртован изнутри
- три.
Больше в рифму не могу.
Всё!


ЗА ЧТО МЫ ПИЛИ

Мы пили за дружбу - не очень-то бойко,-
потом за врагов - чтобы им отрыгнулось,
а вот за здоровье мы выпили столько,
что это здоровье слегка пошатнулось.

Мы пили за то, чтобы всё было в жилу,
в струю и по кайфу. Мы пили немало
за батьку Махно и чтоб нам не тужилось,
и "чтобы водились", и "чтобы стояло".

Мы пили неспешно, потом пободрее;
и был замечательный тост про евреев...-
Тут все погордились, что мы - не евреи,
и стали друг к другу немного добрее.

Мы пили "чтоб нам никогда не подраться";
а чтобы поставить последнюю точку,
мы пили за то, чтобы снова собраться,-
ведь лишь алкоголики пьют в одиночку.


УМЫВАНИЕ

Льётся струйка водяная.
В ней две штуки. Это руки.
На полу - нога. Другая
чешет первую. Приятно.
Есть какая-то одежда.
Выше - грудь мужская. Между:
видно брюхо. (Здравствуй, брюхо!)
Голова глядит на руки.
В ней есть внутреннее ухо.
Голова с руками дружит.
Руки воду к ней подносят,
с добрым утром поздравляя.


КЕФИР

Не поймёшь со всей определённостью
этот мир, занюханный невеждами.
То спокойно дышишь с обречённостью,
то вопишь, искусанный надеждами.

Бесполезны книги, даже толстые.-
жизнь не поддаётся обобщению!
То омаров (!)
жрёшь без удовольствия,
то кефир -
мыча от восхищения.


ИСТОРИЯ СРЕДНИХ ВЕКОВ

В старинное время,
в далёкие годы
дворянское племя
гноило народы.
А чтобы карман
не худел разгильдяев,
то били крестьян.
(А крестьяне - хозяев.)
Плевали на Господа,
шли в передряги,
дрались за обосранный
кончик у шпаги
и шли на дуэли,
где рвалися пасти.
(А дамы глядели,
потея от страсти.)
Рубились без дрожи,
не знали унынья.
А пили как лошади,
жрали как свиньи.
Но вышли из моды
и в мире подлунном
исчезли с приходом
Парижской Коммуны.


Д'АРТАНЬЯН

Трактирных свеч неровный свет
плывёт сквозь чад густой.
Пьёт дворянин в расцвете лет,
с ним рядом - молодой.
А нализались как скоты,
всё громче спор; и вот,
сжигая за собой мосты,
тот молодой встаёт
и всю тарелку с крем-брюле -
соседу между глаз!
- "Вы не мужчина, шевалье!
Я презираю Вас!"
А шевалье зубами: "вжик!".
Он к оскорбленьям не привык!
- "Кто - не мужик? Я - не мужик?!
Да сам ты - не мужик!"

Дуэль!
Скрестилися клинки,
противник пьян и зол;
у парня кровь течёт с руки
и пачкает камзол!
К нему бегут с колом, с дубьём
лакеи шевалье;
камзол изорван весь на нём, -
уже почти в белье
свистит он - с криком "наших бьют!"-
призывный звукоряд;
и вот друзья к нему бегут
и лупят всех подряд...
Финал!

... Откачивают дам.
Давно шум боя стих.
Все получили по зубам
и держатся за них.
А как же юный грубиян? -
Дюма раскрыл секрет:
тот паренёк был - Д'Артаньян,
а остальные - нет.


НЕ ОБИЖАЙСЯ

Ну вот, опять! -"...небрит..., несвеж..."
Ну как ты не поймёшь!
Весь день не спишь,
всю ночь не ешь...
Конечно, устаёшь.

Что я испортился совсем
и стал невыносим,
что я вожусь чёрт знает с кем,
а может, даже с ним,-

так это врут, я знаю - кто.
Но мне за них - тюрьма.
Устал я - только и всего...
Ты приходи сама!


КЛАВКА!
(Фантастическое стихотворение)

Клавке больше никого не нужно.
У неё ж там робот сексуальный.-
Папа подарил на день рожденья.
Этот козлик биоэлектронный,
уверяют, может днём и ночью,
и имеет столько и такого -
много больше всяких вместе взятых.
Клавка уже просто озверела -
на видеосвязь выходит голой.
"Мы с Тотошей только что из душа!"
И в глазах такие крокодилы...
А по коже ползает Тотоша.
Клавка!
Он же чмо на батарейках.
Клавка, слышишь, он тебя не любит!
Ведь ему программу переделать -
будет за любого гомосека.
Клавка, я же - настоящий!
Нервный!
Клавка, слышишь,
дай мне,
сука!
Клавка!!!
...............................................................
(Обрыв связи. Затемнение экрана.
Короткие гудки.)


ТРУДНАЯ ЗАДАЧА

Рву бумагу, силы трачу,
не могу ни спать, ни есть.-
Не решается задача
номер триста двадцать шесть.

Словно вызнала, зараза,
про предчувствие моё:
не придёт весна ни разу,
если брошу я её.

Напрягаясь до маразма,
я сердился безобразно.
Завернулся ум за разум,
но не сдался я, и вот -
эту формулу увидел
как невесту в голом виде,
и её я не обидел,
а совсем наоборот.

От восторга чуть не плача,
записал я каждый знак.
Я решил тебя, задача,
потому что не дурак!

Возвращается удача,
но, увы, не насовсем:
встала новая задача -
номер триста двадцать семь!


ТРУСЫ ПОДОРОЖАЛИ

Зажав свои постылые гроши,
задумчиво разглядываю ценник.-
Трусы необычайно хороши,
но стоят необычно много денег.

Во мне качаются весы:
трусы, конечно, мне нужны;
но, чтоб купить себе трусы,
я должен снять с себя штаны?


ЛАПОЧКА

- М-м-м-м-м!
Носочки белые,
губки пухлые,
лифчик розовый из-под халатика,
и чай на блюдечке подаёт
и улыбается.

Вот так сидишь у неё
и теряешь время для работы
над собой.


ПОТНЫЕ НОГИ

Ах вы ноги мои, ноги,-
ноги потные мои!
Провонялися в дороге,
ну да ладно - все свои.

Сколько лет уже везде я
вас так бережно ношу,
а теперь я вас раздену
и конечно - почешу.

Буду гладить, утешая,
вас по буйным волосам,
вправо-влево раскидаю,
посредине сяду сам.

Между пальцами потру я
и слегка пошевелю...
Дайте ж, я вас расцелую!
До чего ж я вас люблю!


КОТЛЕТЫ И АТЛЕТЫ

Чтоб поддержать себя,- атлет
съедает парочку котлет,
а чтобы стать таким как он -
их надо скушать миллион.
Но если обделить атлета,-
он превратит тебя в котлету...
Уж лучше я возьму омлет.
Ведь я поэт, а не атлет.


НЕУДАЧИ

Кончаются "на раз"
последние удачи.
Слова не строят фраз
и ничего не значат.
Глаза теряют взгляд,-
лицо глаза теряет.
Фортуна щурит зад
и по руке гадает.
Но против воли лун
и папиллярных линий
хочу сыграть без струн
похлеще Паганини.



ИЗ ЧАСТИ 3. "ЧЕГО-ТО НЕТ"


* * * * *

Они ушли из грязи в князи.
Они всё правильно учли.
Отмыли слой приставшей грязи,
переоделись и ушли.

А то, что путь был безобразен, -
так всё ж прошло уже давно!
Они ушли из грязи в князи,
но всё равно они говно.


ЛЮБИМОЕ ЗАНЯТИЕ

Друзья мои думать не любят,
от скуки в разгулы бросаются.
А мне это нравится - думать...
И странно ведь как получается!

Другой бы катался в истерике,
другой бы валялся в апатии,
а я не брожу как потерянный:
спокойно сижу на кровати я;

ничуть не страдая от скуки,
гляжу на окошко угрюмое,
беру свою голову в руки
и - думаю, думаю, думаю...



ИЗ ЧАСТИ 4. "ВРЕМЕНА ГОДА"


ОДА ЗАПАДНОМУ ЦИКЛОНУ

O wild West Wind...
Percy Bysshe Shelley

Разгромлен бедный пляж,
в грязи былой газон:
попорченный пейзаж...-
То западный циклон
наполз на небосклон
и туч наприволок.
О западный циклон! -
Ты сильный как циклоп!

Температура - вниз.
Деревьев кроны - в дым.
Атлантика, гордись
соколиком своим!
Пять суток - дождь! Но он
не удовлетворён.
О западный циклон,
упрямый как бизон!

То мелко зарядит,
то крупными, - назло! -
надулся и сопит
в оконное стекло.
Угрюмый, но герой.
Не царь нам, - но и он!

Да кто же ты такой?!

- Я западный циклон!



ИЗ ЧАСТИ 5. "ЗАКОН СОХРАНЕНИЯ КОЛИЧЕСТВА МЕНЯ В ТЕБЕ"


Я ХОЧУ БЫТЬ С ТОБОЙ

Я хочу быть с тобой,
я хочу быть тобой!
Только рядом с тобой
я могу быть собой!
Но я злой и тупой
(по сравненью с тобой).
Не хочу быть собой!
Я хочу быть с тобой!

А кругом дураки
веселятся толпой;
ведь они, дураки,
не хотят быть с тобой.
Я б подрался с толпой,
но не выдержу бой,
потому что в бою
я не буду с тобой.

Я научен судьбой
и других научу:
я хочу быть с тобой,
я хочу, 
я хочу,
я хочу быть с тобой,
потому что с тобой
я пойму, почему
я хочу быть с тобой!


КАК ПИШУТСЯ СТИХИ

Всё, что мне видится и снится,
тускнеет в перемене дат.
Но что-то же должно случиться,
чтоб это вылезло назад!
Я жду условленного часа,
и он вот-вот произойдёт:
растёт критическая масса,
идёт подспудный переход...
Я словно к выстрелу готовлюсь!
Приходит внутренняя дрожь,
в глазах мелькает смутный образ,
ещё цвета не разберёшь;
рисунок еле виден глазу,
идёт игра полутонов...
И словно
вспыхивает фраза
из самых
точных
в мире
слов!
Уже не замечаешь позу,
и только хочется: Ещё!..

Чернила мажут целлюлозу,
и целлюлоза терпит всё.