Алмистов Александр Александрович: другие произведения.

Атлантида Сумрачного Солнца

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
  • Комментарии: 3, последний от 15/12/2002.
  • © Copyright Алмистов Александр Александрович (almistov@rambler.ru)
  • Обновлено: 19/01/2003. 216k. Статистика.
  • Роман: Фантастика, Фэнтези
  • Иллюстрации: 15 штук.
  • Оценка: 6.92*5  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Данная работа Номинирована на литературный конкурс Тенета-РИНЕТ'2002.

  •   Посвящается
      тому, кто сможет все-таки ее найти,
      как Шлиман - Трою!
      
      Александр Алмистов
      
       Атлантида
      Сумрачного Солнца
      Научно-фантастический роман.
      
      
      
       От автора .
      
      Человеческая фантазия, как ни прискорбно - не безгранична. Более того, она банальна и до смешного примитивна. В большинстве случаев она либо робко заглядывает в будущее. Либо безжалостно и лицемерно ворошит далекое и, потому, беззащитное, прошлое. Но никогда, повторяю, никогда она не возникает на пустом и голом месте.
      В противном случае - мы имеем бессвязный бред несчастного безумца.
      
      Неизвестное высказывание
      Неизвестного философа
      Неизвестной страны и народа
      
      
      О Г Л А В Л Е Н И Е .
      
      
      Глава первая. РОЖДЕНИЕ ЦАРЯ СВЯЩЕННОЙ АТЛАНТИДЫ
      Глава вторая. ЧЕРНЫЙ КОНСУЛ
      Глава третья. ПОД СЕНЬЮ ГОРОДА ИЗ МРАМОРА И ОРИХАЛКА
      Глава четвертая. ПРЕДСКАЗАНИЕ
      Глава пятая. СОШЕДШАЯ С НЕБЕС НА ЗЕМЛЮ АФРОДИТА
      Глава шестая. ДИКТАТОР
      Глава седьмая. ИЗУМРУДНЫЙ ПРИБОЙ НЕЗНАКОМОГО МОРЯ
      Глава восьмая. ТЕРНОВЫЙ ВЕНЕЦ ПОБЕДИТЕЛЯ
      Глава девятая. АРМИЯ НЕПОБЕДИМЫХ
      Глава десятая. ЖЕЛЕЗНОЕ "" ЧУДОВИЩЕ " ПРИШЕЛЬЦЕВ
      
      
      Глава первая
      Рождение Царя Священной Атлантиды .
      
      Тусклый, бледно зеленый диск Сумрачного Солнца неудержимо катился к закату.
      Густая пелена тумана бурным потоком растекалась по бескрайним ущельям и равнинам Священного Пелагсикона 13, подбираясь все ближе и ближе к подножию величественных гор и замершей в ночном оцепенении Атлантиде.
      Неожиданно, в самом сердце Акрополя, вознесшегося мраморным призраком над столицей атлантов, ослепительно вспыхнул и замерцал изящный шпиль на крыше Храма Посейдона.
      Еще мгновение ... и юркий изумрудный луч скользнувшего за горизонт светила прошил его насквозь, сломался пополам и как отточенный кинжал вонзился в сердце золотого диска Мойр 14.
      Диск, прежде смутно различимый в отблесках заката, чуть покачнулся, вздрогнул, засверкал и начал медленно вращаться. Его поверхность заискрилась серебром, из центра вспучилась прекрасным женским ликом и заструилась плетью из презренных змей.
      
      Десять статных, облаченных в белоснежные тоги, фигур степенно приблизились к золотым Воротам Храма.
      Покорно рухнув перед ними на колени, пришельцы вскинули в ритуальном приветствии свои правые руки, низко склонили головы к земле и замерли в тревожном ожидании.
      Прошло достаточно много времени, прежде чем один из них, с серебристым обручем - змейкой на высоком лбу, первым приподнялся с колен, поднял глаза к сверкавшим в поднебесье звездам и твердо, но с почтением произнес:
      - Великий и бессмертный бог морей и океанов, Посейдон! Молю тебя о милости и доброй воле!
      Царь сделал паузу, пал на ниц и только после этого продолжил:
      - О благородный Покровитель мира моего народа, Посейдон, дозволь нарушить твой покой Правителям Священной Атлантиды! Перед тобой Царь Атлант! Другие мои восемь братьев тоже здесь! И все мы ждем! Ждем с должным трепетом и благоговением! Ждем от тебя того, чтоб милостью своей открыл бы ты Совет Царей Священной Атлантиды. Открыл сегодня. В эту ночь. В часы почтительного поклонения Пентахрону 16 .
      Царь перевел дыхание, прежде чем закончить речь:
      - Мы будем рады провести в твоих владениях всю ночь, как требует того обычай. Держать совет друг с другом о волнующих нас всех проблемах. Судить и разбираться в том, не допустил ли кто из нас ошибок или недостойных действий. Но прежде чем мы дерзнем преступить порог твоих святилища и Храма, мы просим дозволения у тебя поймать в твоих садах быка, без применения хитрости, оружия, разных там уловок. И только лишь благодаря отваге, личной доблести и чести.
      
      Царь замолчал, бесстрашно встал с колен и неуверенно расправил плечи. Лицо его заметно просветлело.
      Прошла минута, прежде чем раздался легкий, мелодичный звон.
       Златые Врата вздрогнули, чуть слышно заскрипели и, повинуясь дерзкой, но весьма могущественной силе, растворились.
      Царь с облегчением вздохнул, вернул своей фигуре гордый вид и прежнюю осанку и, повернувшись к спутникам, добавил:
      - Братья мои, не будем медлить с жертвоприношением. Ночь коротка, а как гласит обычай: нам надо все успеть пока не встало Сумрачное Солнце. Иначе - гнев богов обрушится на земли Атлантиды.
      Царь сдернул с пояса свое оружие и торопливо сбросил тогу с плеч, в итоге оказавшись лишь в набедренной повязке и с царственным венцом на голове.
      Каждый из Царей безропотно последовал его примеру.
      И только лишь один из них покорно оставался без движения, прильнув к земле и продолжая быть глухим и безучастным к действу.
      На вид ему было чуть больше двадцати.
      Он был самым юным из правителей Священной Атлантиды. Хотя и успел уже многое повидать на своем веку. За его плечами были годы суровых лишений и боевых походов, познание Доблести и Подвиги Геракла 17, конкиста 18 варварских земель 19 и робкое служение Афродите 20, Гражданский Ценз 21 и кладезь Знаний Аполлона 22.
      Юношу звали Нереем 23, в честь бессмертного старца, знавшего все и вся об этом "белом свете" и равного самому Посейдону.
      Нерей был сыном Царя, и должен был сегодня стать Царем.
      Между тем, цари уже вступили во владения Посейдона и не спеша направились к величественному Храму и Священной роще божества.
      Нерей и грозный Царь Атлант остались одни.
      Юноша нетерпеливо заерзал коленями по песку, но так и не решился самовольно покинуть своего места. Ведь он еще не был полноправным Царем Атлантиды... А как простой смертный - не смел нарушить волю и покой владыки Посейдона.
      - Сын царя Атлантиды, - наконец оборвал безмятежную тишину ночи голос Царя Атланта.- Освободись от всех одежд и подойди к Воротам в царство Посейдона! Ты, волею богов, достоин стать одним из нас!
      Юноша с готовностью выполнил приказ царя.
      Сбросив с себя белоснежную тогу 24 и пояс, он остался совсем нагим. Осторожно ступая по заиндевевшей от ночной прохлады земле, Нерей приблизился к Царю Атланту и замер вместе с ним у самого порога Врат.
      - О Великий и могущественный повелитель морей и океанов Посейдон, - вновь простер руки к небу и громко запричитал Царь Атлант.- У нас большое горе. Два года назад в одной из жестоких схваток с мятежниками погиб наш горяче любимый брат - досточтимый Царь Священной Атлантиды Евэмон. И сегодня нас, властелинов Атлантиды, осталось только девять, вместо положенных тобой по закону десяти. О справедливейший и благороднейший из богов ! Дозволь нам, твоим покорным слугам, восстановить священные устои Атлантиды и посвятить этого достойного юношу, сына Царя Евэмона, урожденного Нереем, в полноправные Цари... Пока он все еще "простой" смертный и пока он еще не заслужил великой чести быть одним из нас, я, Царь Атлант, за него отвечаю. Дозволь ему доказать свою доблесть и право быть одним из властелинов мира. Дозволь ему переступить порог твоего храма и принести тебе положенную жертву. Будь же к нему милосерден и великодушен.
      - Ты можешь войти, - выждав какое-то время, приказал Царь Атлант Нерею. - Но помни - переступив порог владений Посейдона, ты уже не сможешь более оставаться обычным смертным, но еще не становишься Царем. Обратной дороги нет. Тебя ждет либо трон, либо вечный покой в чертогах и сумраке царства Аида 25. Ты, Нерей, сын Евэмона!
      - Да, повелитель, - смиренно подтвердил Нерей, переходя свой первый в жизни Рубикон 26: - Чтобы доказать свое право быть Царем Атлантиды, я должен первым и без чьей-либо помощи взнуздать и покорить себе священного быка. Я не могу при этом применять оружие, доспехи и защитный шлем. Надеясь только на свою природную сноровку, ловкость, силу и ... богов.
      - Ну, а если тебе вдруг не удастся этого сделать? - холодно перебил его Царь Атлант.
      - Тогда я должен, как гласит обычай, уйти с позором в царство кровожадного Аида. И тогда уже только мой сын, явившийся на свет два месяца назад, получит право стать царем в один из дней божественного Пентахрона. Но только после того, как у него самого родиться наследник, а вы, цари Священной Атлантиды, дозволите его отцу переступить порог вот этого Святилища и Храма.
      - Ну что ж, ты добросовестно познал заветы предков и законы Посейдона, благородный сын Царя Евэмона! И ты достоин стать нам братом. Но не раньше, чем с триумфом пройдешь чрез испытание. Так завещали нам первые Цари Священной Атлантиды. И так велит Владыка Посейдон, устами жрецов и священных Письмен на орихалковой стеле.
       Царь Атлант решительно двинулся вперед по направлению к Храму, роще Посейдона и лениво в ней пасущимся быкам.
      
      
      Нерей устремился вслед за ним, горя желанием узнать свою судьбу в жестоком ритуале жертвоприношения.
      Но прежде чем, они достигли рощи и ожидавших там их в нетерпении царей, Царь Атлант подвел Нерея к Храму.
      Жестом указав на золотой треножник, Царь холодно промолвил в адрес юного наследника Архонта 27 .
      - Не торопи события, отважный сын Царя! Тебе не терпится явить нам свою силу и свое предназначение?! Я понимаю это, так же как и ты. Но, все же, я должен к этому тебя всецело подготовить.
      - Но, я уже готов?! - в запальчивости выпалил Нерей.
      - Боюсь, что это не совсем так, будущий Царь Евэмон! - уверенно возразил ему Царь Атлант. - Ты все еще плохо представляешь то, что тебе предстоит совершить. Ты должен не только поймать и покорить своей воле и силе быка, но еще и с должным уважением к богам отправить эту жертву к Посейдону. А как же ты собираешься это сделать, не имея при себе священного лабриса 28?
      - Но, ведь согласно обычаю, я не могу использовать оружие?! - растерянно произнес юноша и вопросительно посмотрел на Царя Атланта.
      - Конечно, нет, - в гневе перебил его Царь.- Но для завершения ритуала у тебя должен быть священный лабрис...
      Закончив свою речь на полуслове, Царь обернулся к треножнику и бережно поднял с него сверкавший бриллиантовым блеском предмет.
      Затем он неожиданно взмахнул рукой и резким движение полоснул им по беззащитной груди Нерея, оставив на ней глубокую и кровоточащую рану.
      Нерей невольно вздрогнул от неожиданной боли и удивления. Но он не сдвинулся с места и мужественно сдержал свои стоны.
      - Теперь на нем есть и твоя кровь, сын Атлантиды, - мрачно прокомментировал все происшедшее Царь Атлант и протянул священное оружие Нерею. - Этот лабрис сделан из чистого горного хрусталя. В нем нет ни капли металла. Только с его помощью ты можешь принести Посейдону жертву и стать Царем. Но помни, если ты не успеешь обуздать и подчинить своей воле быка прежде, чем на лабрисе высохнет твоя собственная кровь... Или, что еще хуже, попытаешься использовать лабрис для своей защиты и убьешь быка раньше, чем сможешь довести его до Жертвенного Алтаря, он принесет тебе смерть. И тогда никто и ничто уже не сможет тебе помочь.
      - Я все понял, благородный Царь Атлант, но позволь мне оставить священное оружие здесь, на ступенях Храма, - неуверенно попросил юноша.- Он мне будет только мешать.
      - Нет, я не могу тебе этого позволить, - сдержанно, но твердо отказал ему Царь Атлант. - Ты вскоре сам поймешь почему ...
      - Да защитит меня милость и добрая воля богов, - громко воскликнул юноша.
      Почтительно приняв из рук Атланта лабрис, он повернулся спиной к Царям и уверенно устремился навстречу своей Судьбе.
      Рана на его груди сильно кровоточила и саднила.
      В опустившихся на землю сумерках и сиреневом тумане оливковая роща имела расплывчатые и смутные очертания. Вездесущий густой кустарник и остроотточенные камни сильно затрудняли его бег.
      Но Нерей мало обращал на все это внимание.
      С трудом сдерживая свое дыхание и стараясь производить как можно меньше шума, он осторожно подкрался к ближайшему к нему быку Посейдона.
      Животное мирно дремало под раскидистой кроной оливкового дерева.
      Нерей усилием воли собрал воедино все свои силы и приготовился к финальному прыжку. Но ... бык, внезапно учуяв опасность и свежую кровь, неожиданно встрепенулся, вскочил на ноги и с громким сопением бросился навстречу своему неожиданному врагу.
      Нерей отпрянул в сторону, но было уже слишком поздно. Острый как копье рог животного впился ему в правую лодыжку.
      Юноша буквально взвыл от невыносимой боли и в сердцах взмахнул над головой быка лабрисом, целясь ему прямо в глаз.
      И только воля богов удержали Нерея от этого рокового шага. В одно мгновение он понял, почему царь Атлант не позволил ему оставить хрустальный лабрис на пороге Храма.
      Это было еще одним жестоким испытанием для будущего Царя и правителя Атлантиды. Испытанием его воли и умения контролировать свою ярость и боль.
      Он, Нерей, должен был с достоинством пережить те мгновения, когда его жизнь оказалась в опасности. А он, верный заветам предков, не смел переступить закон и дерзко облегчить свои страдания.
      Нерей тряхнул головой и, скрипя от боли зубами, отвел руку с лабрисом в сторону от головы быка. Собравшись с силами, он предпринял попытку отшвырнуть подальше от себя его тушу и снова приготовиться к борьбе.
      С большим трудом, но все же, ему это удалось сделать. Хотя и очень дорогой ценой.
      Очередной бросок быка застал его врасплох. И только чудом Нерею удалось избежать мучительной смерти. Окровавленный рог вконец рассвирепевшего животного с гулким треском вонзился в дерево в двух дюймах от плеча юноши.
      Нерей изловчился и крепко схватил замешкавшееся животное за голову.
      Бык оторопел от неожиданности и на какое-то мгновение потерял контроль над ситуацией.
      Нерей решительно оттолкнул от себя животное, освободив тем самым свою израненную ногу.
      Бык, все еще окончательно не оправившись от замешательства и боли, отскочил в сторону и приготовился к последней, решающей схватке, грозно роя копытами землю.
      Но и Нерей времени даром не терял.
      Превозмогая боль и отчаяние, он отпрянул назад и первым бросился на быка. Стараясь держаться как можно дальше от его рогов и копыт.
      Бык явно не ожидал такого поворота событий и ошалело замер в глупом и беспечном оцепенении.
      Еще через мгновение Нерей оказался на его спине.
      Весь перепачканный своей собственной кровью, но безумно довольный победой.
      Священный лабрис он старался держать как можно дальше от потного тела животного, боясь его поранить. Но и не выпускал из рук.
      Между тем, бык неожиданно пришел в себя. Ощутив на своей спине дерзкого седока, он бросился вперед, высоко подбрасывая задние ноги, крутя жирной шеей и изрыгая из своей пасти алую пену.
      И тут уже настал черед Царям прийти на помощь новоявленному брату.
      Закон Посейдона этого не запрещал. И Нерей был искренне благодарен всемогущему богу за такую гуманность. В противном случае, у него не было бы не малейшего шанса остаться в живых во всей этой свистопляске с обезумевшим от ярости и бессилия быком.
      Очень скоро для быка все уже было кончено.
      Опутанный густой и прочной паутиной царских арканов, он обречено повалился на передние ноги и покорился своей судьбе.
      Восторженно ликуя Цари Атлантиды со всех сторон обступили поверженную ими жертву и помогли юноше спуститься на землю. Царь Атлант первым протянул ему руку и одобрительно похлопал по плечу.
      - Ты вел себя как мужественный и храбрый воин, мой юный брат, - сдержано произнес он, помогая юноше подняться. - И теперь ты один из нас. Ты честно заслужил право называться и быть Царем Атлантиды. Я приветствую тебя, Царь Евэмон!
      - Извини меня, брат Атлант, - в нетерпении перебил его Царь Мнесей. - Но у нас мало времени. Я не меньше тебя восхищен доблестью и самообладанием этого юноши, но на небе вот-вот должен появиться серп Ригадона. Пора приносить жертву. Иначе Посейдон может прогневаться на нас за то, что мы его слишком долго заставили ждать.
      - Да, да, конечно, - с готовностью согласился Царь Атлант и еще раз одобрительно похлопал по плечу Нерея.
      Но тот уже был ко всему безучастен.
      Теряя сознание от боли, потери крови и перенапряжения всех внутренних резервов своего организма, Нерей закачался и обессилено рухнул на ступени Храма Посейдона.
      
      
      Нерей не знал точно, сколько прошло времени с того момента, когда он, вконец измотанный схваткой с быком, потерял сознание.
      Окончательно пришел в себя он уже Храма.
      Он никогда прежде не был в этом святая Святых Атлантиды. И в этом не было ничего удивительного.
       Святилище Посейдона было запретным местом для всех атлантов, независимо от их происхождения и рода занятий.
      Только Царям Атлантиды и могущественным жрецам Посейдона было дозволено изредка переступать его порог. Да и то, только лишь в определенные дни, четко и недвусмысленно обозначенные в Священных Письменах основателями Атлантиды.
       Это был наиболее важный и почитаемый закон Атлантиды, нарушение которого влекло за собой неминуемую смерть. Причем не только самого преступника, но и всей его семьи. Это было жестоко, бесчеловечно, но зато никто и никогда даже не пытался нарушить этот закон.
      Хотя, возможно, это того бы стоило.
      Нерей смог в этом убедиться после первых же минут, проведенных им в Святилище Посейдона.
      Первым, что до глубины души поразило его воображение, было пышное и чарующие великолепием убранство Храма.
      Все, что предстало перед взором Нерея, сверкало черным мрамором, благородным золотом и загадочным орихалком.
      В самом центре огромного, казавшегося безграничным, зала, возвышалась дивная статуя самого бога.
       Выполненная из чистого золота и еще какого-то бледно-желтого материала, она выглядела совсем как живая, лишний раз подчеркивая божественный талант и мастерство своих создателей.
      Владыка морей был изображен стоящим в серебряной колеснице с впряженной в нее шестеркой крылатых коней. Со всех сторон его фигуру окружали сказочные чудища и монстры. О которых Нерей знал только то, что жрецы называли их дельфинами и относились к ним с нескрываемым почтением и страхом.
      Юноше же они показались очень милыми и добродушными тварями. Хотя и не похожими ни на одно из тех животных, которых он знал.
      Их тут было не меньше сотни. И каждый из них был оседлан прекрасной наездницей - нереидой29, выполненной в натуральную величину все из того же, незнакомого Нерею материала (слоновой кости - Пр. авт.). И именно эти фигуры придавали всему скульптурному ансамблю неподражаемую законченность и красоту.
      Стены святилища тоже не могли не вызвать искреннее восхищение Нерея.
      И, поистине, было от чего потерять дар речи, при виде тех искусно исполненных золотых и серебряных статуй, что заполняли ниши в них.
      Статуи, не смотря на царивший в храме сумрак, тоже выглядели совсем как живые. Хотя и изображали мифических божеств моря, которых простому смертному было недозволенно видеть своими глазами.
      Ближайшая из статуй являла миру несравненную супругу Посейдона Амфитриту 30. Нерей узнал ее сразу, без колебаний.
      А вот своего божественного тезку - старца Нерея, он долго и пристально рассматривал, прежде чем уловить знакомые ему по фрескам и барельефам черты.
      Ну а распознать в двух следующих за Нереем статуях коварного Протея 31 и титана Океана 32 юноше не составило большого труда. Хотя ему и пришлось слегка напрячь свою память и воображение.
      Нерей с трудом отвел свой зачарованный взгляд от замерших в вечном покое божеств, чтобы вновь насладиться прекрасным изваянием их Владыки.
      Теперь он уже мог рассмотреть его до мельчайших подробностей и деталей.
      Властелин морских пучин выглядел величественно и неприступно.
      Взоры всех других статуй были прикованы к его грандиозной фигуре и покорно просили его покровительства и доброго расположения. Но Посейдон, казалось, их не замечал. Гордо и надменно правил он своей колесницей. Суров и грозен был его взгляд. Страшная кара грозила любому, кто смел покуситься на его покой и величие. Или бы опрометчиво рискнул приблизиться к Стеле. Стеле, служившей для атлантов Алтарем и содержавшей на своей поверхности бесценную святыню - изложенные в Письменах законы Посейдона и Священной Атлантиды.
      Но кроме Священных Письмен, на Стеле была еще одна отчетливая надпись.
      Никто точно не знал, кто был ее автором и что она гласила. Но жрецы уверенно утверждали, что надпись была сделана одним из первых основателей Атлантиды. И что она несла в себе жестокое и страшное проклятие. Проклятие тому, кто вдруг надумает нарушить все изложенные в Письменах законы.
      
      
      Между тем, цари Атлантиды, убедившись, что юноша пришел в себя, все вместе подошли к нему и подвели его с быком к божественному Алтарю.
      Юноша приблизил к шее своей жертвы хрустальный лабрис и резким взмахом руки навсегда прекратил ее страдания.
      Кровь из шеи быка фонтаном ударила в орихалковую стелу и заструилась по Священным Письменам.
      Цари поспешно расступились в стороны и пропустили к юноше Царя Атланта.
      Тот протянул к груди Нерея руку и провел по ней открытой ладонью. Затем он поднял руку вверх, и все Цари увидели на ней багряные разводы свежей крови. Как того и требовал обычай.
      - О великий и могущественный Покровитель Атлантиды, Посейдон, прями нашу жертву, - торжественно провозгласил Царь Атлант, поворачиваясь лицом к изваянию. - Отныне и вовеки веков пред тобой новый царь Атлантиды. Он бесстрашно прошел через все испытания. И не уронил при этом своего достоинства и чести. Теперь он равный среди Великих и великий среди равных. Будь славен, благородный Царь Евэмон!
      Царь Атлант сделал шаг назад и, продолжая ритуал, отсек быку хвост и поспешил предать его огню. Каждый из царей немедленно последовал его примеру, передовая из рук в руки жертвенный лабрис и с трепетом бросая в пламя клочья жертвенного мяса.
      Они делали это до тех пор, пока Царь Атлант не поднял руки вверх и не дал всем собравшимся понять, что Посейдон доволен принесенной ему жертвой.
      Царь Атлант нагнулся к основанию стелы и бережно взял в руки чашу с выдержанным сотню лет вином.
      Затем соскоблил со стелы и Письмен налипшие на них остатки бычьей крови и осторожно опустил их в вино.
      Остальные Цари, обступившие стелу с разных сторон, стали также соскабливать со стелы бычью кровь и бережно мешать ее с вином.
      Они так делали, пока поверхность стелы вновь не засверкала в своем первозданном виде и стало возможным прочесть Священные Письмена от самого начала до конца.
      Бросив в чашу последний сгусток крови, Царь Атлант зачерпнул из нее фиалой 33 вино, совершил положенной Посейдоном возлияние в огонь и царственно воскликнул:
      - Великий и Всемогущий Владыка Атлантиды, Посейдон!
      - ...Владыка Атлантиды, Посейдон! - хором подхватили Цари.
      - ...Владыка Вечности, Прошлого, Настоящего и Будущего Атлантиды! - продолжал вещать Царь Атлант.
      - ...Прошлого, Настоящего и Будущего Атлантиды, - вторили ему его братья.
      - Дозволь нам принести на твоем Алтаре Царственную клятву,- Царь Атлант опустился на одно колено и, дождавшись, пока все Цари повторят его слова, вновь заговорил: - Мы, Правители Атлантиды: Царь Атлант ...
      - Царь Евмел, - подхватил слова клятвы другой из царей и тоже опустился на одно колено перед стелой.
      - Царь Амферей, - присоединился к своим товарищам третий из царей.
      - Царь Мнесей! ...Царь Автохтон! ... Царь Мнестор! ...Царь Азаэс! ...Царь Диапреп! ... Царь Еласипп! - перебивая друг друга затараторили оставшиеся цари.
      - Царь Евэмон! - последним из царей громко выкрикнул свое имя новоиспеченный правитель Атлантиды и с подобающим его новому сану достоинством опустился на одно колено рядом со своими братьями.
      Каждый из Царей по примеру Атланта повторил церемонию с ритуальной фиалой и совершил возлияние в жертвенный огонь.
      - Мы клянемся за себя самих, за весь свой род и своих потомков в том, что будем свято и неотступно следовать Священным Письменам! Творить свой суд! Карать любого, кто в чем-то преступил закон. И сами никогда его не нарушим. И если кто-либо из нас, здесь собравшихся, дерзнет нарушить эту клятву, то пусть на наши головы падет твое проклятие. А в сердце отступника пусть вонзится твой справедливый трезубец, владыка Атлантиды Посейдон!
      Закончив Царственную клятву, Царь Атлант поднес к губам фиалу, глотнул вина и выплеснул остатки жидкости на орихалковую стелу.
      Один за другим Цари повторяли грозные слова Царственной клятвы, пока последний из них не осушил свою фиалу и не вернул ее к подножию орихалковой святыни.
      Первым встал с колена и облачился в иссиня-черную столлу 34 царь Атлант.
      За ним последовали и другие Цари.
      Каждый из них, облачившись в ритуальные одежды, направился в сторону одного из светильников, пылающих по периметру храма. Почтительно взял его в руки и без тени сожаления швырнул на мраморный пол.
      Святилище погрузилось во мрак.
      Только лишь один жертвенный огонь тщетно пытался выбиться из еле-еле тлевшей жаровни.
      Цари Атлантиды молча образовали полукруг перед орихалковой стелой и присели на мраморный пол, готовясь к долгой, продолжительной и чрезвычайно важной для каждого из них беседе.
      Первым нарушил безмолвие Царь Мнесей.
      - Братья мои, правители Атлантиды, - заговорил он слегка обеспокоенным тоном. - Мы собрались сегодня здесь, в ночь перед священным Пентахроном, прежде всего, для того, чтобы принять в наш союз нового Архонта - Царя Священной Атлантиды. И уже вместе с ним обсудить и решить все волнующие нас и наши государства чаяния и неотложные проблемы. Но, все же, я хотел бы начать наш совет и справедливый суд с досадного ...
      Легкий мелодичный перезвон оборвал Царя Мнесея на полуслове.
      Цари Атлантиды встревожено переглянулись.
      Что бы это могло быть?
      Каждый из них поспешил выхватить из складок своих одежд ритуальный лабрис и поспешил обернуться в сторону таинственного звона.
      - Кто, здесь, - грозно выкрикнул в темноту Царь Атлант. - Если ты смертный, то знай - дни твои сочтены. Ты умрешь неминуемо и в страшных муках. Если ты Бог, ты обрекаешь себя на гнев Посейдона. Если ты ...
      Что-то большое, черное, смутно напоминавшее человеческую фигуру возникло из мрака и не спеша направилось в сторону царей ...
      
      Глава вторая
      ЧЕРНЫЙ КОНСУЛ
      
      - Кто здесь? - гневно повторил в темноту свой вопрос Царь Атлант.
      Странное существо не ответило и упрямо продолжало двигаться по направлению к Царям и орихалковой стеле.
      Царь Мнесей не выдержал напряжения и в сердцах метнул свой лабрис в загадочного и дерзкого незнакомца.
      Остро отточенный клинок гулко просвистел в воздухе и, натолкнувший на незримую преграду с громким звоном разлетелся на тысячи осколков.
      Зловещая черная тень даже не вздрогнула и невозмутимо продолжала свой путь.
      - Остановись, пришелец, - резко вскочил на ноги и грозно произнес Царь Атлант.- Еще один твой шаг, и ты умрешь! Каким бы ты могущественным не был.
      Фигура остановилась.
      - Не горячись, благородный Царь Атлант, - раздался хрипловатый голос пришельца.- Ты многим рискуешь, бросая мне вызов ...
      - Как ты смеешь так говорить с Царем Атлантиды, пришелец?! - вскипел Царь Атлант. - Кто ты такой?
      Незнакомец глухо и надменно засмеялся.
      Его черные, сливающиеся с темнотой, одежды пришли в движение.
      Еще через мгновение костлявая, лишенная признаков жизни рука незнакомца возникла из недр черного бархата и потянулась в сторону Царей.
      Две юркие, светящиеся адским пламенем змейки стремительно взвились над ладонью незнакомца и горящие рубиновым светом глазки гадин15 угрожающе уставились на Царей Атлантиды.
      - Черный Консул?! - вырвался возглас изумления у Царя Атланта. - Как ты посмел нарушить наш покой и царское уединение? К тому же накануне Пентахрона - освященного богами дня? Ты должен умереть!
      - Ты ошибаешься, благородный Атлант! - холодно осадил его незнакомец. - Похоже, ты забыл седьмую заповедь Закона Посейдона. Она гласит - Верховные служители Сумрачного Солнца вольны появляться в любое время и в любом месте. Святилище нашего Покровителя не является тому исключением!
      - Но, но, - замялся в растерянности Царь Атлант. - За последние триста лет вы, жрецы Сумрачного Солнца, ни разу не пользовались этой привилегией?!
      - Ты прав, благородный Атлант, - кивнул верхней частью своего таинственного одеяния жрец.- Мы не нарушали ваш покой, потому что в этом не было необходимости. Вы свято соблюдаете законы, кодекс царской чести и положенную веру. Жрецам Сумрачного Солнца нет нужды вмешиваться в ваши дела. Но сегодня, когда накануне Пентахрона вы собрались все вместе, я вынужден вас потревожить. Чтобы донести до вас волю богов! На то у меня есть особые, чрезвычайные причины.
      - Извини нас, святейший Черный Консул - посланник богов, - сдержанно и без особого на то энтузиазма пробурчал Царь Атлант, жестом приглашая жреца к орихалковой стеле и царской компании. - Ты волен говорить от имени богов. Мы все готовы тебя слушать. Какую весть принес ты нам с Олимпа?
      Жрец зажал в кулак двух золотистых змеек, самодовольно усмехнулся и неподвижно замер перед взорами Царей.
      - Дорогой мой брат, Мнесей,- украдкой наклонился к уху своего соседа Нерей и приглушенно зашептал. - Почему этот жрец пользуется такой властью? Он что, могущественнее нас, Царей Священной Атлантиды?
      - Мой юный брат, - тоже шепотом поспешил ему ответить Царь Мнесей. - Ты слишком молод и пока еще не посвящен во все обряды и таинства Атлантиды. Так знай же! Тысячелетия назад, когда наши благородные предки создали Атлантиду, наш Великий Прародитель - Посейдон повелел своим сыновьям стать царями, а каждому второму ребенку в их семьях - жрецом Сумрачного Солнца. Первым, то есть нам, Царям, он завещал всю Атлантиду: прекрасный дворцы, столицу государства - Посейдонис, огромный флот, армию и серебристый обруч власти над своим народом. Жрецам же он оставил храмы, право быть посланниками Посейдона на земле и давать советы нам, Царям. Еще он завещал им мудрые Скрижали35 Знаний и Долину Амфитриты. Жрецы Сумрачного Солнца стали верными и мудрыми советниками вождей, хранителями законов и знаний Атлантиды. Так продолжалось много тысячелетий. Но однажды, когда армия атлантов вела тяжелую войну с давно исчезнувшим и всеми нами забытым врагом - сынами царственной Афины, жрецы Сумрачного Солнца неожиданно исчезли из нашего мира. С тех пор они появляются только в самые трагичные для Атлантиды моменты. И всегда помогают нам найти выход из самых сложных и неразрешимых проблем. Никто из смертных не ведает того, откуда они появляются и куда потом уходят. Даже мы, Цари Атлантиды, не смеем им взглянуть в лицо. Хотя и много раз пытались. Еще одной загадкой является то, что никто и ни разу не видел их женщин. Хотя раз в семь лет мы отправляем к ним семь прелестных девушек Священной Атлантиды. На целый день они становятся служительницами Храма Клейто 36, проводят в его стенах ночь и с первой зарей исчезают. Исчезают навсегда. И лишь одна из них однажды возвращается обратно. И то лишь для того, чтоб стать на сутки преданной супругой принцу Атлантиды, родить ему наследника и тут же умереть. Вот - это все что я знаю о жрецах и жрицах.
      - Тише, тише, братья мои! - зашикал на Нерея и Царя Мнесея Царь Автохтон. - Черный Консул не доволен вами. Он сердится и постоянно смотрит в вашу сторону, Цари!
      Нерей гордо вскинул голову и бросил дерзкий взгляд на Консула жрецов.
      В следующее мгновение острая боль пронзила его сознание и мертвой хваткой сжала его мозг в своих цепких объятиях.
      Юноша встрепенулся, чисто инстинктивно пытаясь оказать сопротивление. Но все его усилия были тщетными.
      Некто могущественный и вездесущий ворвался в его мысли, чувства, память.
      Нерей вдруг услышал внутри себя чудовищный и чуждый ему голос, говоривший очень быстро и на странном, незнакомом Нерею языке. Языке, показавшимся юноше бессмысленным и грубым.
      Голос был то злым, надменным, величавым. То, напротив, мягким, вкрадчивым, коварным - вызывающим в душе Царя восторг и сладостное упоение.
      Голос исчез из сознания Нерея столь же внезапно, как и возник. Оставив после себя гнетущий осадок и ощущение полной опустошенности. В сознание Царя все перевернулось вверх дном. И юноша уже не был твердо уверен в том, что полностью владеет своей волей. Доказательством тому стало странное чувство, заставившее юношу покорно обратить свой взор на черного жреца и замереть в постыдном ожидании.
      - Благородные и всемогущие Цари Атлантиды, - между тем нарушил воцарившуюся в святилище тишину жрец. - Теперь я вижу, что каждый из Вас готов меня выслушать и правильно понять смысл моих слов. Прежде чем я донесу до вас волю богов, я хотел бы открыть вам одну из величайших тайн Атлантиды... О которой более никто не должен узнать.
      Черный Консул замолчал и пристально вгляделся своим леденящим взором в лица Царей.
      - Великие Правители Атлантиды, - вновь продолжил он.- Каждому из вас известно о том, что тысячелетия назад наш Мудрый покровитель разделил народ священной Атлантиды на лишенных чести смертных, благородных атлантов и своих преданных слуг - жрецов.
      Голос жреца зазвучал раскатисто и громко.
      Создавалось даже впечатление, что он просто возникал из ничего в сознании царей. И никто из них не в силах был ему сопротивляться.
      - Вот уже более двенадцати тысячелетий мы строго и свято соблюдаем этот закон и традиции предков, - самозабвенно вещал жрец.- За долгие столетия царствования ваших предков Священная Атлантида сумела сохранить и укрепить свое Могущество и власть. Ваши владения простираются с запада на восток и с юга на север. По всем материкам Пелагсикона. Некогда грозные и своенравные племена туземцев давно и успешно поставлены вами на колени. И стали верными рабами Атлантиды. На землях Атлантиды царят спокойствие, благополучие и мир. Редкие и сумасбродные бунты некоторых подвластных вам племен не в счет. Воины Атлантиды прекрасно обучены, сильны духом и несокрушимы. Им ничего не стоит обуздать взбесившихся и дерзнувших проявить свое неповиновение рабов. Но два Солнца назад произошло событие, способное ввергнуть Атлантиду в анархию и хаос. И, к тому же, позволить человекоподобным животным возомнить себя равными нам, благородным атлантам ...
      Жрец неожиданно прервал свой монолог и медленно приблизился к священной стеле и жаровне Посейдона.
      - Властью, данной мне Посейдоном и мудрым моим учителем Евенором37, разверзнитесь недра Истории, забудьте про Вечность, явите нам всем свою суть! - торжественно воскликнул он, протягивая руки к огневищу.
      Безумный вихрь из пламени, слепящих искр и ярко синего сияния вырвался ему в ответ из мрачных недр божественной жаровни. Вихрь рос, ширился, закручивался по спирали, устремляясь ввысь. Пока не заполонил собой весь храм.
      Цари были в шоке, от всего, что увидели.
      Если бы не закон Посейдона, если бы не царский этикет и строгое понятие о чести, они готовы были броситься вон из храма, в смятении и ужасе, и до конца своих дней вымаливать у Посейдона за это прощение.
      - Смотрите и внемлите, - вновь раздался повелительный голос жреца и гулким эхом отозвался в самых дальних закоулках храма.
      Один за другим Цари Атлантиды стали терять контроль над реальностью, проваливаясь в какой-то иной, неведомый и отличный от их собственного, мир.
      Хотя нет, этот, безусловно, чуждый и враждебный мир, имел весьма знакомые черты. Те же храмы, тот же Акрополь, купальни, дворцы, ипподром, морские гавани и верфи ... Это была Атлантида, и в то же время нет ... Все что их окружало, было до боли привычно и хорошо знакомо. И в то же время все это они как будто видели впервые...
      Первым пришел в себя и догадался взглянуть на небо Нерей.
      И в тоже мгновение искры ужаса и удивления брызнули из его глаз.
      Ярко-оранжевый, ослепительно сверкавший и пышущий нестерпимым жаром шар сиял над необычным, иссиня-лазурным горизонтом.
      Он был так непохож и так уродлив по сравнению с Сумрачным Светилом, что этот мир никак не мог быть Пелагсиконом.
       Это был чужой мир! Хотя и очень, очень похожий на Атлантиду.
       Нерей нетерпеливо тряхнул головой, силясь отогнать от себя навязчивое наваждение.
      Но все вокруг него оставалось на своих местах. И что самое ужасное, юноша неожиданно потерял из виду других Царей Атлантиды.
      Рядом с ним никого из них уже не было. Не было и статуи Посейдона, и ритуальной жаровни, и жреца, и даже величественного храма...
      Внезапно кто-то выразительно и мягко коснулся его плеча, желая привлечь к себе внимание.
      Нерей обернулся и с удивлением увидел воина - атланта, в привычных его взору красных латах, с боевым щитом и в шлеме копьеносца.
      Воин Атлантиды был взволнован, выглядел устало и сдержано пытался что-то объяснить Царю. Нерей не понимал его, пока не обратил внимание на стройные ряды атлантских легионов, застывшие на косогоре конницу, слонов и боевые колесницы.
      Нерей решительно взмахнул рукой и армия рванулась вслед за его жестом.
      Нерей, не знал, что делает, зачем и даже - кто он. Его тело было для него чужим, лишь изредка покорным. И, казалось, жило своей собственной жизнью.
      - Вперед, мои солдаты, вперед, во Славу Атлантиды! - неестественным голосом воскликнул он под грохот колесниц и рев взбесившихся от ярости слонов.- С нами Посейдон, и Ника 38, и Тюхе 39. Вперед!
      - Почему мы стоим на месте, мой верный Актион, - гневно и сурово набросился Нерей на копьеносца и рассерженно блеснул глазами. - Я должен быть среди моих солдат! Я сам хочу попробовать врага на крепость рук и нервов.
      - Слушаю и повинуюсь, мой Царь и повелитель, - с готовностью ответил тот и отпустил поводья царской колесницы.
      Нерей схватился за свой царский меч и вскоре был уже в пылу сражения.
      Бой был жестоким и казался бесконечным.
      Ряды атлантских копьеносцев между тем редели. Противник брал числом и яростью, и натиском, и мощью странного вооружения. Их необычно длинные и прочные мечи ломали в щепки драгоценные доспехи, копья и клинки легионеров Посейдона. Доспехи ж воинов врага казались для атлантов неуязвимыми.
      Нерей был в ярости, кипел от негодования. Его солдаты гибли, падали захлебываясь собственной кровью и отвагой. Все громче и наглее раздавались возгласы триумфа на незнакомом в Атлантиде языке. Все ближе подбирались к царской колеснице шлемы и округлые щиты эллинов. Все вокруг Нерея клокотало кровью, стоном раненых атлантов, лязгом колесниц, зловещим свистом стрел и треском копий.
      Царь был в самой гуще схватки, плечом к плечу с гвардейцами Священной Атлантиды.
      Как вдруг его залитой кровью колеснице преградил дорогу воин в орихалковых доспехах, в высоком шлеме и с белым ликом солнца на груди. Это был посыльный. Посыльный от царя Атланта и полномочный Вестник Посейдона.
      - Мой повелитель, прошу тебя, смени свой гнев на милость, - с трудом переводя дыхание, прохрипел он в адрес благородного Нерея. - Остановись, царь Евэмон! Позволь мне донести тебе слова Царя Атланта! Это очень важно!
      Вестник Посейдона поперхнулся и на его губах возникла кровь. Теряя силы, воин закачался, но все же умудрился выполнить свой долг.
      - Мой повелитель! Армии Царей Мнесея, Диапрепа, Азаэса более уже не существуют! Боги отвернулись от нас. Эллины празднуют триумф. Над землями Священной Атлантиды нависла страшная угроза - быть порабощенной. Цари Священной Атлантиды взывают к твоей мудрости и вере. И просят тебя срочно отступить к столице. Войска и флот ...
      Вестник Посейдона не успел закончить фразы и рухнул замертво к ногам Царя. Из его спины торчал короткий, черненый серебром клинок эллинского легионера.
      - Все кончено, мой благородный повелитель, Царь Атлантиды Евэмон! - раздался за спиной Царя убитый горем голос Актиона. - Я более не вижу впереди оранжевых плащей, ни шлемов твоих воинов, ни сладостного блеска их доспехов. Твой первый легион, увы, исчез! Ушел в Историю и ныне уж наверно в Царстве грозного Аида. Второй и третий легионы ждут приказа. Тебе решать, что с ними будет - смерть в этой мясорубке, иль отступление к стенам наших городов?!
      - Да будьте прокляты все вы, коварные, жесткие и злые Покровители эллинов! И ты прекрасная Афина! И ты жестокосердный Арес 40! И ты могущественная Гера 41! И даже ты, царь всех бессмертных - Зевс! - воскликнул юноша в отчаянии и бросил дерзкий вызов небесам.- О Великий и всемогущий владыка, Посейдон! Почему ты так жесток к твоим детям? Чем мы тебя прогневили?
      - О Благороднейший из атлантов, Царь Евэмон! - бесцеремонно перебил Нерея Актион, заворачивая царскую колесницу и отдавая гвардейцам приказ немедленно сомкнуть свои ряды. - Извини, что я прерываю тебя, твои речи к богам ... Но враг слишком близко. А до наших боевых триер не менее двух сотен стадий. Нам надо спешить, чтоб сохранить всю армию твою и флот!
      Царь не ответил.
      Он был всецело погружен в себя.
      В его душе боролись два непримиримых чувства: безжалостная ненависть и робкое благоразумие.
      Цари Атлантиды не привыкли поворачиваться к врагу спиной. И, уж тем более, отступать.
      Но в то же время Нерей, Царь Атлантиды Евэмон, не мог себе позволить нарушить волю Священного Совета и своих братьев Царей. Он должен был во что бы то ни стало вернуться в Атлантиду и любой ценой спасти ее от варваров - эллинов.
      Атлантида все еще имела свой бесчисленный и всемогущий флот. И в этом то была ее последняя надежда.
      Главное только, чтобы ни одна из триер не попала в руки проклятых эллинов. Иначе их несметную армаду уже ничто не остановит ...
      Царь смерил ненавистным взглядом армию врага, лавиной захлестнувшую остатки легионов Атлантиды, и приказал трубить сигнал к немедленному отступлению.
      Выжившие в этой страшной бойне легионы Атлантиды поспешно устремились к побережью и своим прекрасным кораблям. Враг их преследовал буквально по пятам, уже смакуя свой презренный триумф и право победителя - глумиться над врагом.
      Густое, черное облако пыли, поднятое кавалерией эллинов становилось все ближе и ближе. Но, о чудо, впереди спешащих к спасению легионов Атлантиды чарующе блеснул морской прибой и кособокие борта триер.
      Армия Царя Евэмона была спасена.
      Нерей зажмурился и ... вновь оказался в сумраке божественного Храма Посейдона.
      Священная жаровня снова чуть заметно тлела.
      Из недр ее уже не вырывался прежний вихрь огня и синего таинственного света. Все вокруг предстало пред взором юноши заброшенным, покойным, безмятежным.
      - Что, что это было? - взволнованно и громко воскликнул царь Священной Атлантиды Автохтон.
      - Вы все видели то, как много тысяч лет назад чуть не погибла Атлантида. Но не спешите делать выводы, Цари! - с пренебрежением в голосе ответил ему жрец.- То, что каждый из вас лицезрел - это был не сон. Все это было на самом деле. Наш повелитель, владыка мира Посейдон, снизошел к моим молитвам и позволил посвятить вас, благородных Царей, в самую сокровенную из тайн Атлантиды.
      - Но где мы все были, жрец? - не вытерпел и вставил свое слово Царь Атлант. - Ведь это не было так хорошо знакомой нам Священной Атлантидой. Хотя я и узнал ее прекрасную столицу - Посейдонис! Но я не видел над своей головой ни Сумрачного Солнца, ни знакомого мне неба ... То, другое, было голубым и синим! Ведь так не бывает! Может быть ты все-таки нам объяснишь все это, жрец?
      - Вы были в НАСТОЯЩЕЙ Атлантиде! Откуда родом наши предки и где находится божественный Олимп! - холодно процедил сквозь зубы жрец. - Волей богов и всемогущего владыки Посейдона, я посвящаю Вас, царей, в величественную тайну наших предков. Чьи золотые изваяния окружают этот храм. Да простят мне боги эту мою дерзость!
      - Говори, жрец, говори! Не томи нас в бессмысленном и постыдном ожидании! - громко перебил его Царь Атлант, начиная сердится.
      - Да будет вам известно, величайшие Цари Священной Атлантиды, - невозмутимо продолжал жрец, не обращая внимания на реплику Царя Атланта, - что эта земля, на которой стояла, стоит и будет стоять Атлантида, ее города, дворцы и пышущие орихалком храмы, никогда не была истинной родиной наших предков. Много, очень много веков назад народ Атлантиды жил совершенно в другом мире... В благодатном мире Золотого Солнца ...
      - Да, да, я видел, видел его,- взволнованно воскликнул Нерей.
      - И я тоже, видел, - поддержал его Царь Мнестор.
      - Вы все видели этот мир, - покорно согласился жрец.- Силой и волей разума, данного мне Посейдоном и божественной Клейто, я на какое-то время перенес ваши души в далекое Прошлое, в мир Золотого Солнца. Перенес вас туда, чтобы вы сами его увидели глазами ваших предков. Каждый из вас видел разное, но именно то, что видели ваши предки в страшные часы позора и крушения НАСТОЯЩЕЙ Атлантиды.
      - Но я почему-то я не видел там, в том мире Золотого Солнца, ни прекрасных Храмов, ни почтенной гавани столицы, ни ее дворцов и стен, ни даже грозного трезубца Посейдона, жрец, - с сомнением в голосе вспылил Нерей.
      - А ты и не мог их видеть, благородный Царь Евэмон! - ехидно усмехнулся жрец. - Твой благородный предок, тоже Царь Священной Атлантиды Евэмон, не был в Посейдонисе в те роковые дни и жуткие часы, что предрекли собой чудовищную катастрофу. Он в это время был в колониях Пелагсикона и более, увы, уже не смог увидеть Атлантиду. Должно быть варвары расправились с ним. Он навсегда остался в мире Золотого Солнца и, может быть даже, был принесен эллинами на жертвенный алтарь своим богам. Кто знает ...
      - Нет, он остался жив, я твердо уверен в этом! - скрипя зубами, выдавил из себя Нерей. - Не знаю почему, но я уверен в этом. Мой предок избежал варварского плена и позора. Он вместе с легионами ушел на север. Там создал государство и великий город, достойно переживший не только варваров, но даже их потомков. Да, кстати, почему мы ранее не слышали про эллинов и столь таинственное Золотое Солнце, жрец? Или мы не Цари Священной Атлантиды? Или Посейдон не доверяет нам?
      - Ты слишком горяч и нетерпелив, благородный Царь Евэмон,- умело парировал его реплику жрец. - Позволь же мне закончить свой рассказ!
      Нерей от ярости сверкнул глазами, но сдержал себя.
      - Начну с того, - бросая на Нерея взгляд триумфа, прогнусавил жрец, - что в мире, о котором пойдет речь, величие и мощь Священной Атлантиды были безупречны. Никто не смел быть равным нам и спорить с нашей властью. Так продолжалось долго, слишком долго для того, чтоб опрометчиво признать себя непогрешимым. И боги не замедлили напомнить нам об этом. Они обрушили свой гнев на Атлантиду, узрев среди атлантов дерзкое презрение к законам и богам, потерю доблести, величия и веры.
      Мир Золотого Солнца был прекрасен и богат. В нем жили разные народы, к которым тоже были благосклонны боги. Цари тогдашней Атлантиды решили всех их превратить в рабов, разрушить города и завладеть богатством. И этим самым прогневили Зевса, Ареса, Афину, презрев надменно их достоинство и власть.
      Война и бедствия обрушились на земли Атлантиды.
      Вначале, правда, нам сопутствовали слава и триумф. Атлантам быстро покорились Ливия, Египет, Северные Царства и половина Тиррении. Победы принесли атлантам, кроме Славы, пышные трофеи: золото, безропотных рабов, невольниц, просторные дворцы и загородные виллы.
      Атланты безрассудно утонули в роскоши, постыдной неге и чудовищном разврате. Законы более никто не соблюдал. И боги наказали нас за это.
      Наши легионы и прежде грозный флот стремительно утратили свою былую мощь и силу. В то время как, противник наш уверенно пришел в себя. Он начал действовать - коварно, вероломно, хитро и жестоко. Таков у варваров - эллинов нрав. И боги в этом покровительствовали им.
      Шло время. Армия эллинов становилась грозной силой. И словно птица Феникс возродилась вновь из пепла. Атланты не заметили этого. Точнее, просто не хотели видеть.
      Гефест снабдил эллинов мудростью и ратным мастерством и подарил им свой "живой", немеркнущий огонь. Арес вручил им в руки грозное оружие - мечи с широким лезвием, булавы, топоры на длинных ручках, надежные как камень копья и железные тараны для триер. Афина же одела их в неуязвимые и прочные доспехи из таинственной плетеной стали (кольчуги - Прим. авт.).
      Теперь уже ничто их не могло остановить.
      Они залили кровью весь Пелагсикон, сметая словно пыль со своего пути все наши крепости и доблестные легионы.
      И что теперь скрывать, атланты уступали им и в дерзости, и в натиске, и в воинском чутье, и в безрассудной доблести, и даже в тяге к Славе.
      Атланты под прикрытием флота отступили. Эллины почему-то не преследовали нас. Их план был более жесток, коварен и, в общем, остроумен. Они застали нас врасплох, внезапно вторгнувшись на северное побережье Атлантиды. Где их никто не ждал и где наш флот был однозначно бесполезен. Что мог он сделать в царстве мелей, узких мелководных бухт и фьордов.
      Эллины мастерски воспользовались этим.
      Их армии неудержимо двинулись к столице.
      Очень скоро к ним примкнули и восставшие рабы.
      Еще немного, и Атлантида б пала. Но... Посейдон подобного не допустил. Он в ярости обрушил на эллинов океан и страшное землетрясение. Их войско сгинуло, исчезло без следа.
      Но в тот же день и час из мира наших предков таинственно исчезла Атлантида. И оказалась здесь, где мы поныне и живем. Все, что случилось, боги повелели нам забыть. Однако, завещали нам, жрецам, немедленно раскрыть пред вами эту тайну! Как только мы услышим вновь о мире Золотого Солнца и эллинах.
      - И что же, до вас дошли такие вести? - настороженно спросил Царь Атлант.
      - Увы, да! - подтвердил жрец.- Три солнца назад мои жрецы случайно натолкнулись на пришельцев. И узнали их. Это были варвары-эллины. И прибыли они из мира Золотого Солнца. Жрецы успели прочитать их мысли и даже подчинили их сознания себе. Но что-то или кто-то помешал им в этом деле. Пришельцам удалось бежать из плена. Но зато теперь мы точно знаем, как найти их мир! И как в него вернуться. И как мы сможем отомстить эллинам за позор и унижение наших предков. Но и эллины теперь способны оказаться в нашем мире! Вот почему я, Черный Консул и служитель Храма Сумрачного Солнца, нарушил ваш покой, обычное течение Совета и прошу всех вас принять незамедлительно решение о войне. Войне с потомками эллинов!
      - Но как мы сможем в их этот мир - Золотого Солнца попасть? Как попадут туда все наши легионы, боевые корабли, слоны, - высказал свое сомнение и неуверенность Царь Диапреп.
      - Жрецы Сумрачного Солнца уже позаботились об этом, царь, - с готовностью ответил Черный Консул. - Наши первые посланцы уже достигли мира Золотого Солнца. И мастерски внедрились в сознание врага. Через како-то время все будет готово к вторжению в этот мир и наших доблестных легионов.
      - Ты хочешь сказать, жрец, - перебил его царь Атлант, - Что вы, жрецы Сумрачного Солнца и Владыки Морей Посейдона, нашли способ как переправить в мир эллинов наших воинов, флот, осадные орудия и боевых слонов?
      - Нет, благородный царь, - уверенно отрезал жрец.- Наш Владыка Посейдон своим законом запретил нам развивать науку и выдумывать машины. Как это сделали и делают презренные эллины. Но он взамен нас одарил особым даром - возможностью развить до бесконечности свой мозг и организм. Мы, жрецы, уже давно способны жить и странствовать в нематериальном теле. Мы можем запросто переносить свое сознание в любую точку мира. И, если это будет нужно там - вновь создавать себя из мяса, кожи и костей. Мы можем сделать то же самое и с воинами Атлантиды. Мы превратим их в бестелесных тварей, направим в мир эллинов и затем опять из них возникнут наши доблестные легионы. Они вступят с эллинами в бой и, безусловно, одержат победу. Это все, что я могу и волен вам сказать, Цари Священной Атлантиды!
      Жрец замолчал и замер в ожидании.
      Каждый из царей был погружен в глубокие раздумья: "Поверить Консулу жрецов, доверить его власти судьбы и жизни атлантских легионов? Или же, напротив - посчитать его слова чистейшим бредом, отказаться от войны, забыть про варваров и месть, оставить все как есть в их царствах, не лишая их покоя и благополучия?".
      Первым взял слово Царь Атлант:
      - Я за войну и полностью согласен с Черным Консулом и волей Посейдона. Этим своим решением мы выполним наш долг и волю наших предков, жестоко отомстим за их позор эллинам, завоюем новые народы и навсегда обезопасим мир наш от пришельцев-варваров из мира Золотого Солнца.
      - Я тоже выступаю за войну, - присоединился к Царю Атланту Царь Амферей. - Мои воины устали от безделья, безмятежной жизни. И у них, в конце концов, мало рабов!
      - Мы тоже поддержим решение о войне, - хором заявили Царь Евмел и Царь Автохтон, даже не пытаясь мотивировать свое решение.
      - А я выступаю против войны с эллинами, - гордо заявил Царь Азаэс и выступил вперед к орихалковой стеле. - Война принесет много крови моему народу и еще больше власти жрецам. Прошло слишком много времени, чтоб вспоминать о мести, да и потом, мы совсем не знаем нашего врага. Прошли тысячелетия. Многое что могло измениться. Быть может, мы окажемся по сравнению с эллинами дикарями и ничего не сможем противопоставить их оружию и опыту нам неизвестных войн.
      - Я тоже не хочу, чтобы мои легионеры бросили свои семьи и одели на себя орихалковые латы и шлемы, - поддержал Царя Азаэса Царь Диапреп. - Кроме того, я не верю жрецам и их могуществу. Мы и так неплохо живем. Зачем же опять испытывать терпение богов, бросая вызов Зевсу и Афине.
      - Мы с Царем Еласиппом тоже против войны! Она нам не нужна! У нас и так куча забот с племенами эдеррров, - выкрикнул со своего места Царь Мнесей.
      - А мне как то без разницы, братья, что мир, что война ... И то, и другое мне не по нраву. Так, что я вообще не поддерживаю ни одно из решений, - флегматично заявил Царь Мнестор, даже не поднимаясь со своего места.
      В храме Посейдона воцарилась тревожное затишье. Взоры всех Царей были прикованы к юному Царю Священной Атлантиды Евэмону. Все терпеливо ждали от него решения.
      Наконец, Царь Атлант не выдержал и раздраженно произнес:
      - Что ж ты молчишь, Царь Евэмон. Мы ждем твоего слова! Тебе оказана богами честь - поставить точку в нашем споре. Ты знаешь закон - на Священном совете мы все равны. Но если от воли одного из царей зависит принятие решения Советом, то его голос сразу же становится решающим. Так, говори же, ты за войну, иль нет?!
      - Я за войну, хотя и не совсем уверен в этом, - быстро произнес Нерей и тут же пожалел о том, что сделал.
      - Я так и думал, мой юный брат, - одобрил выбор юноши Царь Атлант. - Ты настоящий Царь и гордый воин! Такими мы должны быть все! Когда-нибудь тобой гордится будут Атлантида и ее народ!
      Нерей смущенно побледнел и попытался вновь вернуться в темноту и глухое безмолвие Храма. Но Царь Атлант нагнулся к стеле с Письменами, взял в свои руки священную золотую скрижаль и властно протянул ее Нерею.
      - Ты должен записать здесь Приговор Священного Совета! Быть войне! И всем Царям положено вести к ней подготовку! - произнес он в адрес юноши и чуть обеспокоено добавил: - Ты должен поспешить все это сделать. С первыми лучами Сумрачного Солнца мы немедленно покинем Храм. Осталось очень мало времени, мой друг!
      Нерей кивнул, почтительно склонился над скрижалью, взял в руки острый как стрела резец и поспешил оставить запись о решении Царского Совета. На память будущим Царям, жрецам и гражданам Священной Атлантиды.
      
      Глава третья .
      Под сенью города из мрамора и орихалка.
      
      Первые лучи Сумрачного Солнца бесцеремонно окрасили в сиреневый цвет горизонт и вырвали из мрака и забвения величие Горы Атлас 42 и неприступного Трезубца Посейдона.
      Это грандиозная по своей мощи и красоте горная цепь с трех сторон обступала Посейдонис - древнюю столицу Атлантиды. Делая ее неприступной, величественной и еще более прекрасной.
      Но кроме естественной, созданной самой природой защиты от стихии и вечно голодных дикарей Трезубец Посейдона выполнял еще одну, немаловажную для государства атлантов роль.
      Он служил маяком для мореходов Атлантиды.
      Три самых мощных его пика были видны на добрых десять тысяч сажен с моря. И даже в самую ненастную погоду указывали скитальцам морей вход в бесчисленные бухты и порты столицы.
      
      У самого подножия горных острогов, у древних и сверкавших орихалком стен столицы, раскинулась ее морская гавань.
      Она всегда была забита до отказа кораблями: чопорными перамами 43, розовобокими биремами 44, грозными и алчными до побед триерами, огромными многопалубными контриемами 45.
      Жуткий шум и суматоха извечно царили в порту.
      Купцы, рабы-носильщики, облаченные в орихалковые доспехи воины, оборванные нищие, моряки со всех окраин света - кого здесь только не было. Каждый был занят своим делом, куда-то спешил, суетился и мало обращал внимание на красоту и гордое величие Посейдониса.
      
      
      Нерей, подобно мраморному изваянию, стоял на ступенях Храма Посейдона и зачаровано любовался столицей Атлантиды.
      Он никогда ранее не был в Посейдонисе.
      Его детство и беспокойная юность прошли в долине Царей и далеких Колониях.
      Таков был мудрый закон Посейдона - Царь Атлантиды должен был познать мир раньше, чем он сможет вкусить пышность и великолепие столичной жизни.
      Никогда ранее не приходилось Нерею переступать порог и Акрополя.
      Для обычных граждан Атлантиды это было священным и, потому запретным, местом. Гордые и безмолвные амазонки, закованные в серебристые латы и орихалковые шлемы, день и ночь охраняли Верхний Город от всех без исключения гостей. Под их бдительной и неусыпной охраной также были и его неприступные сторожевые башни, дворец Царя Атланта, казармы благородных копьеносцев и десять серебряных ворот.
      Кроме того, Акрополь со всех сторон был окружен глубоким и непреодолимым рвом с девятью роскошными, отделанными слоновой костью, золотом и орихалком мостами. Каждый такой мост соединял Акрополь с дворцом одного из Царей - архонтов, и никто другой даже думать не смел о том, чтобы против воли властелина пройтись по его мосту. Если конечно, ему все еще дорога была жизнь?!
      - Приветствую тебя, мой благородный Царь, - раздался за спиной Нерея чей-то незнакомый голос.
       Царь обернулся и увидел пред собой высокого, хорошо сложенного атланта с серебристым обручем жреца на голове.
      Он стоял прямо перед Нереем, скрестив на груди свои руки и покорно потупив свой взор.
      - Мое имя Тритон, - вновь заговорил атлант, опускаясь перед царем на одно колено. - Совет Жрецов Священной Атлантиды назначил меня твоим главным советником, благородный Царь Евэмон. Но я бы хотел стать еще и твоим другом. И верным помощником во всех твоих великих делах. Такова воля богов и мое собственное желание. Ну а для начала, я хотел бы посвятить тебя, Царь Атлантиды, во все наши традиции и порядки. Царящие в Акрополе и Вечном Городе Священной Атлантиды.
      - Что ж, благородный Тритон, - Нерей искренне улыбнулся и в знак своего хорошего расположения к атланту прижал свою левую руку ладонью к груди. - Пожалуй, ты мне нравишься. Я доволен выбором жрецов. Но что же мы здесь стоим. Сумрачное Солнце уже высоко. Самое время отправится в мой новый дворец и, наконец, познакомиться с ним.
      - Слушаю и повинуюсь, благородный Царь,- поспешно выразил свое согласие Тритон.
      Жрец медленно приподнялся с земли и жестом пригласил Нерея следовать за ним.
      - Как тебе понравился Священный Акрополь, храм Посейдона и изваяния богов, мой повелитель, - вежливо поинтересовался атлант, когда Нерей уже спускался по ступеням Храма.- Не правда ли, они прекрасны в своем величии и красоте?!
      - Что ж, ты прав! Я в восторге от всего, что увидел, - с готовностью подтвердил юноша, с опаской ступая на свою израненную ногу.
      Рана, нанесенная ему жертвенным быком вновь напомнила ему о прошедшей ночи и, каждый шаг Царю давался дорогой ценой.
      Тритон заметил это и спросил Нерея о причине:
      - Что случилось с вашей ногой, мой повелитель?
      - Сегодняшняя ночь прошла для меня слишком бурно и не совсем так, как я ожидал,- сдержанно ответил Нерей.
      - Позвольте мне взглянуть на ваши раны, благородный царь, - тутже предложил Тритон. - Возможно, я смогу вам чем-нибудь помочь! Ведь мы, жрецы, знаем много чего такого, что неведомо простому смертному! И даже Царям! Но прежде, чем я смогу облегчить ваши страдания, я хотел бы проводить вас в царскую купальню. Чтобы смыть с вас тленные остатки вашей прошлой жизни. Так велит закон Посейдона и наши обычаи.
      - Что ж, я не буду против этого возражать! - усмехнулся Царь, ловя себя на том, что жрец читает его мысли. - Тем более, такова воля еще и Посейдона!
      Увлеченные легкой и ни к чему не обязывающей беседой, они прошли через Золотые Ворота, миновали Верхний город, личный мост Царя Евэмона и очень скоре оказались на террасе, ведущей в царскую купальню и Дворец.
      Расцвеченная золотом, серебром, драгоценными камнями и орихалком терраса была густо увита плющом и диким виноградом.
      Как и верхний город, ее охраняли прекрасные как нимфы амазонки. Их грациозные, к тому же абсолютно нагие фигуры казались выточенными умелой рукой из цельного куска гранита.
      Каждая из амазонок крепко сжимала в своих руках боевую секиру и длинное атлантское копье. На головах златоволосых дев сверкали изумрудами венки - символы царской гвардии и культа несравненной Клейто.
      - Они прекрасны как богини?! - вырвался возглас восторга и удивления из уст Царя Евэмона. - Но почему они без доспехов и добротных орихалковых шлемов? Они что, неуязвимы для стрел и вражеских копий? Подобно бессмертным богам и титанам?
      - Не совсем так, мой повелитель, - улыбнулся ему в ответ Тритон, прежде чем дать пояснения. - Эти амазонки принадлежат к твоей личной охране. И посему наши традиции и законы Посейдона требуют от них особой доблести и ратного искусства. Они должны поистине виртуозно владеть оружием и всеми приемами рукопашной борьбы, чтобы суметь тебя надежно защитить. Поэтому они и не носят доспехов. Их жизнь ничто по отношению к твоей. Кроме того, наличие защитных доспехов и шлемов обычно расслабляет, притупляет бдительность и делает воина беспечным. А это может серьезно сказаться на твоей безопасности, мой благородный Царь.
      Тритон на минуту замолчал и после паузы добавил:
      - Есть еще одна причина, почему амазонки не носят доспехов. Она состоит в том, что они женщины. Хотя и предназначенные только для Царей. Каждая из них обязана удовлетворить любое твое желание. И в любую минуту. Как только ты об этом подумаешь. Таков закон Посейдона.
      - Ну, а если, я вдруг захочу полюбить одну из них и сделаю ее своей женой? - с легкой ехидцей в голосе спросил юноша.- Что тогда? Мне прийдется заменить всех других амазонок на царских копьеносцев или верных мне легионеров, а?
      - Ты меня не понял, благородный Царь Евэмон, - сдержанно возразил Тритон. - Ты просто не сможешь полюбить ни одну из них. И уж тем более надеяться на взаимность. Потому что они, амазонки, вообще не люди! И даже не рабы. У них не может быть имени, семьи и даже права на самостоятельную жизнь. Они преданны только одному тебе и больше никому. Их готовят для этого с детства. Они жрицы богини Клейто. И, это ко многому обязывает. Если кто-нибудь из них позволит себе дерзость - проявить свои чувства к кому бы то не было, она немедленно умрет. Умрет под пытками на Алтаре своей богини. В их душах чувствам места нет. За исключением лишь двух: ненависти ко всем смертным и безграничной преданность их повелителю и Царю Атлантиды. Так что, благородный Царь, сделать своей женой амазонку. Этим ты сразу же обречешь ее на верную смерть. Но и заменять их верными тебе копьеносцами тебе нет нужды. Даже если в твоей жизни появиться женщина, которой ты захочешь быть верен всегда. Во-первых, ты не можешь нарушить закон Посейдона - амазонки избраны им. Во-вторых, никому из смертных, даже твоей будущей избраннице, не суждено переступить порог Акрополя и твоих личных покоев. В - третьих, твоим амазонкам под страхом смерти запрещено говорить с кем бы то ни было, кроме тебя.
      - И много их, амазонок, в моем Дворце, - бесцеремонно перебил Тритона Нерей, когда они встретили еще четырех воительниц у входа в царскую купальню.
      - Всего Царская гвардия насчитывает в своих рядах около семи сотен амазонок. В твоей же личной охране их чуть более пяти десятков. Кроме них в твоем личном распоряжении еще и две когорты 46 царских копьеносцев и три сотни гвардейцев. Так что, тебе нечего беспокоится о своей безопасности!
      - А что случится, если у амазонки появятся дети, - неожиданно спросил Нерей.
      - Ничего особенного, благородный Царь, - невозмутимо ответил тот. - Сия амазонка будет выведена из твоей личной охраны. Затем, если у нее родиться ребенок женского пола, то впоследствии эта девочка станет либо обычной жрицей, либо благородной амазонкой. Если родиться мальчик, то он станет жрецом Посейдона или одного из других богов.
      - Так, значит, твоей матерью была амазонка, благородный Тритон? И в твоих жилах тоже течет царская кровь? - мелькнула крамольная мысль в сознании Нерея и он тут же поспешил высказать ее вслух.
      - Нет мой Повелитель, твоя догадка не верна, - многозначительно усмехнулся Тритон. - Советников Царей, так же как и жрецов Сумрачного Солнца, порождает Вечность. И моей матерью не могла быть смертная женщина. Мне так же неведомо, кто был моим отцом. Эту тайну свято хранит Посейдон. И я не смею даже думать о том, чтобы ее раскрыть.
      - А жаль, очень жаль, - посетовал Нерей, освобождаясь от одежд и неуверенно вступая в мраморный бассейн купальни. - Будь на то воля богов, ты мог бы быть моим кровным братом, благородный Тритон. Но, видно, Посейдон рассудил иначе...
      Царь грустно улыбнулся и с головой погрузился в воду.
      И вскоре ощутил покой, и негу, и сладостную свежесть.
      
      Сумрачное Солнце было уже почти в зените, а Нерей все еще пребывал в полудреме. Он был не в силах покинуть тишину и живительные ласки Царской купальни.
      Он с трудом верил в реальность всего того, что произошло с ним за последние сутки.
      Ураган чувств и эмоций разрывал его сердце и душу. И он был не в состоянии с ним совладать. Он испытывал те же ощущения, что и робкий птенец, впервые вставший на крыло и упивающийся радостью свободного полета.
      - Мой Повелитель, - вывел его из задумчивости почтительный голос Тритона. - Позволь мне нарушить твое наслаждение безмятежностью и тишиной.
      - Что?! - растерянно переспросил Нерей, оборачиваясь в сторону говорившего.
      Тритон стоял у входа в царственный покой и озабоченно смотрел на благородного Царя Священной Атлантиды.
      Они были знакомы всего лишь несколько часов, но Нерею казалось, что черные как смоль глаза жреца сопровождали его с самого его детства. Знали о нем все, до мельчайших подробностей, и видели его насквозь.
      - Я понимаю, благородный Царь, - между тем продолжал Тритон. - Прошедшая ночь отняла у тебя много сил и эмоций. Но сейчас не время отдыхать и предаваться раздумьям. Народ Атлантиды жаждет с тобой встречи. И ты не вправе обмануть его надежд.
      - Да, да, конечно, - без особого энтузиазма в голосе, согласился с ним Нерей.
      Он медленно подплыл к краю бассейна и, подтянувшись на руках, вскарабкался на его бордюр.
      - Ну, и что же день грядущий нам готовит?! - с сарказмом спросил он Тритона, накидывая на свои плечи серебристый плащ и одевая царский золоченный пояс.
      - Мой благородный Царь, - в ответ ему заговорил Тритон. - Вся Атлантида уже готовится к войне. И ты, Царь Евэмон, как полководец ее непобедимых армий, должен сделать им военный смотр, учения и проверку их готовности к войне. Но прежде, мы должны почтить своим присутствием Священную Экклесию 47 Царей и граждан Атлантиды.
      - И много у нас осталось в запасе времени до начала Священной Экклесии и смотра моих легионов? - безучастно спросил Нерей, направляясь к выходу из царской купальни.
      - Вполне достаточно для царской трапезы и осмотра дворца, мой повелитель, - ответил жрец, следуя вслед за Нереем.
      Тритон поднял правую руку вверх и громко щелкнул в воздухе пальцами.
      Уже через мгновение из глубины коридора, ведущего от купальни во дворец, раздался легкий шелест ткани и приглушенный звон доспехов.
      - Я вызвал твоих верных стражников и слуг! - пояснил Тритон, поймав недоуменный взгляд Нерея.
      Как бы в подтверждение слов жреца, пред взором юноши возникли грациозные фигуры амазонок и с десяток верных слуг - рабов.
      
      Дворец Царя Священной Атлантиды Евэмона был нечто большее, чем просто дворец.
      Это было грандиозное сооружение из черного мрамора и орихалка. К тому же утопавшее в зелени висячих садов и залитое ярким солнечным светом.
      Дворец имел три этажа, уютный дворик, два бассейна, личную гимнасию царя, просторную веранду и тенистый грот.
      Бесчисленное множество статуй из мрамора и серебра, окружали царскую тропу с обеих сторон. Некоторые из них изображали бессмертных богов, другие - царей - прежних владельцев дворца, третьи - мифических существ и незнакомых юноше животных.
      Помимо амазонок и царских копьеносцев, дворец охраняли несколько живых леопардов и львов. Они вальяжно расхаживали по царскому саду, время от времени скалясь и рыча друг на друга.
      Внутреннее убранство дворца отдавало роскошью и сказочным богатством.
      Изысканные фрески украшали стены большого тронного зала и царской опочивальни. Черные как смоль колонны подпирали высокий, выложенный мозаикой потолок. Мраморный пол был устлан шкурами и толстой мягкой тканью.
      Сверкающие перламутром, расписные сосуды, стеклянные столики и хрупкие треножники заполняли комнаты, залы, подвалы, сокровищницы и даже мрачные и навевавшие уныние темницы Царского дворца.
      Малый тронный зал, в котором царь трапезничал, изучал науки и предавался размышлениям, выглядел скромнее, чем другие залы.
      Его темно синие стены не были украшены фресками. Не было в нем и черных мраморных колонн. Но зато, там были уютное царское ложе, ковры, золотые светильники и всевозможные орудия Муз. Атлансткие штандарты и бесценное оружие золотом сверкали на его стенах.
      В самом центре зала блистал своим величием и мощью царский стол.
      Он был уставлен яствами, серебряной посудой, кубками, кувшинами с вином и охлажденным соком фруктов.
      Закончив трапезу, Царь встал, оправился и поднял с пола кем-то оброненную табличку с письменами.
      - На землях Атлантиды правит истина и справедливость, - с интересом прочитал он вслух и, обернувшись к верному Тритону, уже от себя добавил. - К тому же доблесть, Честь и Слава!
      - Ты абсолютно прав, мой повелитель, - откликнулся на вызов жрец. - Однако, уже полдень. Сумрачное Солнце осветило форум и золотую статую Дикэ 48. Нам надобно спешить, мой Царь. Священная Экклесия вот-вот начнется. Нам следует там быть.
      - Да, да, конечно, - быстро согласился с ним Нерей и выпустил из рук табличку с текстом. Та рухнула на пол и вдребезги рассыпалась на мелкие куски.
      - Мудрость древних - хрупкая вещица, - многозначительно усмехнулся Нерей, покидая свои покои и с сожалением бросая взгляд на кучу глиняных осколков. - Следует с ней быть поосторожней ...
      
      
      Экклесия еще не началась, а форум 49 был уже заполнен до отказа.
      Здесь были знатные атланты, высокомерные жрецы, легаты 50, прокураторы земель, подвластных Атлантиде, купцы, ремесленники, легионеры и просто граждане столицы.
      Нерей в сопровождении Тритона прошествовал с достойной его сану помпой к Царской Ложе и, поприветствовав Царей, занял свое место справа от Царя Атланта.
      Он был спокоен, холоден и с интересом наблюдал за столь обычными для Экклесии суетой и суматохой.
      Наконец, когда все из Царей были в сборе, Царь Атлант встал, поднял руку вверх, потребовав к себе внимания, и громко произнес:
      - Народ Священной Атлантиды, тебя приветствует твой Царь - Атлант!
      Форум замер в ожидании и безмолвной тишине.
      - Прежде чем начать Экклесию, народ и граждане Священной Атлантиды, позволь тебе представить нового Царя - Царя Лемурии и Гисперид - благорожденного и доблестного Евэмона.
      Нерей с готовностью привстал и поклонился гражданам Священной Атлантиды.
      Форум был безмолвен. Юный Царь ему был незнаком.
      Царь Атлант жестом подбодрил Нерея, прежде чем продолжить свою речь к народу Атлантиды:
      - Народ Священной Атлантиды, наш покровитель и владыка Посейдон был к нам все эти годы благосклонен. Мир и покой царят на землях Атлантиды. Но пару дней назад, произошло событие, из-за которого мы всех вас здесь собрали.
      Царь Атлант умолк, довольный своей речью.
      Форум начинал в нетерпении бурлить.
      Все ожидали от Царя Атланта объяснения его не всем собравшимся понятных слов.
      Но он молчал, уверенно ведя собрание.
      Он знал, что гражданам Священной Атлантиды известно о решении Царей не начинать войны с неведомым врагом. Он сам распорядился распустить подобный слух и довести его до всех атлантов.
      Это был тщательно обдуманный и мастерски подготовленный ход с его стороны - разбудить патриотизм и вызвать интерес у граждан Атлантиды к тайнам царского двора. Это давало в его руки серьезные козыри и выбивало почву из под ног противников войны.
      Царь Атлант выждал еще минуту и под нетерпеливый ропот граждан Атлантиды, продолжал:
      - Граждане Священной Атлантиды, нам, Царям, стало известно о попытках алчного и дикого народа напасть на наше государство и превратить всех нас в своих рабов. Вы слышали уже, наверное, об этом ...?! Так вот, все это правда. Но, возможно, нам удастся избежать войны и разрушений наших городов. Наш враг жесток и обладает грозной силой. Когда-то, много тысяч лет назад, под натиском его чуть не погибла Атлантида. Мы не хотим испытывать судьбу. Покой и благоденствие для нас важнее ...
      - А как же наши легионы, флот, могущество!? - раздались недовольства крики из толпы.
      - Наш флот и легионы ничего не смогут сделать,- скрывая радость в голосе, парировал негодование толпы Атлант. - Враг далеко от нас. Он угрожает нам из мира, в котором прежде жили наши предки. И нашим легионам будет сложно до него добраться. Хотя, конечно, с помощью жрецов мы можем кое-что и сделать, но ... лучше б было бы пойти на хитрость и не позволить варварам найти дорогу в Атлантиду. Я думаю, владыка Посейдон нам поможет в этом деле...
      - Нет, не бывать тому!- взорвалась яростью толпа. - Чтоб мы скрывались от врага!? Нет, это не в традициях Священной Атлантиды. Быть войне! Войне! Нас не страшат коварство и могущество врага... Веди нас в бой, Атлант, мы жаждем отомстить проклятым Варварам за дерзость! А также за позор и унижение наших предков...
      - Я так и думал, - подумал про себя Атлант. - С таким народом мы должны и сможем победить!
      Царь Атлантиды ликовал.
      Теперь уже никто не смел ему перечить. Ни добродушный Царь Азаэс и его народ. Ни гордый Диапреп, чье царство утопало в роскоши и неге. Ни грозные правители восточных царств Мнесей и Еласипп. Да и жрецам достанется немного от победной славы и захваченной у варваров атлантами добычи.
      - Раз мой народ решил, так значит быть войне, - с наигранной покорностью воскликнул в адрес форума Атлант и тутже перешел контрнаступление: - Однако, граждане Священной Атлантиды, у нас еще есть несколько проблем. Мы их должны решить задолго до того, как наши легионы и гвардейцы выступят в поход.
      Форум озабочено притих. Переглянулись с удивлением и Цари Священной Атлантиды.
      - Я говорю о том, что армией Священной Атлантиды должен управлять Диктатор 51, - произнес в нависшей тишине Атлант: - Что скрывать. Мы плохо знаем варваров - эллинов. Их силу. Их оружие. Их мощь. К тому же нашим легионам, скорее всего, прийдется воевать на территории врага. Там будет неоткуда ждать подмоги. Споры и разногласия среди центурионов могут стоить нашим воинам жизни и победы. У нас нет выхода. Нам без Диктатора никак не обойтись.
      Из форума донесся ропот одобрения. Цари Священной Атлантиды настороженно переглянулись, но не рискнули возражать толпе.
      - Будь ты, Диктатором, Атлант! Мы тебе верим! Армия тебя боготворит! - взорвался возгласами форум.
      Возможно, будь Царем Атлантом кто другой, он, не задумываясь бы, согласился.
      Но Царь Атлант был мудр, хитер и, может быть, немножечко коварен. К тому же, он прекрасно знал народ Священной Атлантиды. Народ, способный в одночасье возвеличить и с тем же рвением, коль что будет вдруг не так, низвергнуть избранного им же вниз, в объятия унижений и позора.
      - Нет, граждане священной Атлантиды, я не могу возглавить армию и бросить без присмотра государство, - с наигранным сомнением в голосе отрезал Царь Атлант. - Диктатором стать должен кто-нибудь другой. Тот, кто меня моложе. Но так же тверд в решениях, отважен, смел, находчив, искусен в ратном мастерстве и столь же благороден. Я говорю о молодом Царе Священной Атлантиды Евэмоне!
      Нерей, услышав свое имя, чуть не поперхнулся от подобного стечения событий.
      Однако, форум и Цари, похоже не были согласны в выборе Диктатора с Атлантом.
      - Он слишком молод! Мы его не знаем, - донесся до Нерея крик толпы.
      - Он так неопытен, горяч и своенравен, - услышал шепот он уже из уст Царя Мнесея.
      - Нет! Царь Евэмон нам не подходит! Царь Атлант, мы требуем в Диктаторы тебя! - кипели страсти среди граждан Атлантиды.
      - Так пусть же нас тогда рассудят боги, - смиренно подытожил Царь Атлант. - Мы завтра узнаем их волю. Пусть выскажет свое суждение Оракул. Что скажут нам гаруспики и пифии - тому и быть. А предсказание их пусть для нас получит Царь Евэмон!
       Нерей смутился, но не подал вида.
      - Я это сделаю, каким бы не было услышанное мной предсказание, - громко произнес он в сторону Царей и замершего в нетерпении народа.
      - Я в тебя верю, благородный Царь, - без тени фальши поддержал Нерея Царь Атлант и, обратив свой взор к Экклесии, добавил. - На том и порешим. Завтра мы узнаем, кто поведет все наши армии к победам и триумфу!
      Форум отозвался эхом одобрения и вскоре быстро опустел.
      
      
      Глава четвертая
      
      Предсказание
      
      Утренняя роса еще только-только коснулась своей непревзойденной свежестью древних стен Посейдониса, а Царь Евэмон уже был на полпути к Храму Кроноса и Святилищу Мойр - обители мудрых гаруспиков 53 и прорицательниц - пифий 54.
      Нерея сопровождала скромная процессия, состоявшая из верных амазонок, хранившего молчание Тритона и нескольких жрецов.
      Они были уже у самых ворот Святилища и Храма, когда им преградили путь две мощные, широкоплечие фигуры.
      Но узнав в Нерее благородного Царя Священной Атлантиды, Хранители покоя Мойр поспешно распахнули перед ним ворота.
      Царь одарил Хранителей невозмутимым взглядом и жестом приказал своей процессии продолжить путь.
      Он все еще отказывался верить в то, что с ним происходило: в пышные дворцы и храмы столицы Атлантиды, в свой царский жезл, в Совет Царей, в прекрасных амазонок, в скорую войну с неведомым ему народом ...
      Последнее особенно тревожило его.
      Да, конечно, он, Царь Священной Атлантиды, свято чтивший заповеди предков, не смел даже думать о том, чтобы пойти вразрез с решением Царей и своего народа. Но ... что-то все же ему не давало покоя.
      То сладострастное чувство мести за попранную честь, величие и гордость Атлантиды, что он испытывал в своей душе, нет-нет да уступало место вкрадчивому недоумению и вопросу: "Зачем? Кому все это нужно? Минуло столько лет, ушло в небытие так много поколений ..."
      Еще вчера, когда он был всего лишь принцем и наследником Царя Священной Атлантиды, ему все эти мысли были почему - то чужды. Он слепо и наивно следовал традициям, законам, этикету. И, что скрывать, он никогда и ни о чем всерьез не размышлял. Он просто жил. Жил без сомнений. Жил правилам, которые ему установили. Жил без забот, без дерзких мыслей и без собственной инициативы. Жил так, как будто вчитывался в книгу, где все известно наперед и невозможно ничего исправить.
      Теперь же в его сознании как бы все перевернулось.
      Он вдруг позволил себе думать, размышлять, собственноручно делать выводы, суждения и, даже ставить под сомнение то, что просто был обязан сделать.
      И чем больше Нерей об этом думал, тем больше вопросов возникало в его душе.
      
      
      Погруженный в свои мысли, Царь Атлантиды не заметил, как оказался на ступенях Храма. И гулкий звук шагов вернул его в реальность мира.
      Нерей недоуменно оглянулся и с удивлением понял, что рядом с ним нет никого из свиты.
      Он был один.
      Но, что все это значит?!
      Храм Кроноса и священная обитель пифий не были запретным местом для атлантов?! И уж тем более для неподвластных никому жрецов и царских амазонок!
      - Я знаю, что тебя тревожит, благородный Царь! - в ответ ему раздался незнакомый голос. - Совет Жрецов послал тебя в Оракул 52 - узнать у пифий и гаруспиков их предсказание об исходе твоего похода. Но ... почему мне приказали привести тебя, Царя Священной Атлантиды, сюда, в сей Храм, а не в святилище Мойр, мне непонятно так же, как тебе.
      Юноша смутился.
      Перед ним возникла черная фигура.
      Конечно, он прекрасно знал, что многие жрецы владеют необычным даром - читать чужие мысли и возникать из пустоты. Но ни одна из заповедей Посейдона не позволяла никому вторгаться в мысли и поступки благородного Царя Священной Атлантиды. И уж тем более что либо делать без ведома его и добровольного согласия.
      Его же смутно различимый собеседник, вел себя до оскорбительного вызывающе и вольно. Он дерзко говорил, держал себя с Царем надменно, бесцеремонно вторгся в его мысли и даже смел прокомментировать их вслух.
      Это было уже слишком. Жрец, пусть даже Сумрачного Солнца, превознес себя превыше царского венца?! Превыше воли Посейдона?! Он ...
      - Да, благородный Царь,- вновь вероломно прочитал все мысли юноши пришелец. - Я только что нарушил все законы Посейдона. Ты прав! Я заслужил быть принесенным в жертву на священном Алтаре! Но мы пока что здесь, у самого порога Вечности и Мрака, где многие законы Атлантиды просто не имеют силы. И только одному из нас удастся вновь увидеть Сумрачное Солнце ...
      - Что все это значит, жрец! - вспылил от ярости Нерей и попытался выхватить из ножен царский меч. - Ты смеешь угрожать Царю Священной Атлантиды?!
      Нерей осекся и смертельно побледнел.
      Он был безоружен. Его царский меч бесследно ИСЧЕЗ!
      Это было немыслимым, но это было именно так.
      - Не горячись, Царь Атлантиды, - холодно продолжал жрец. - Ты меня не понял. Ты в полной безопасности. А мне же, если боги захотят, будет суждено расстаться с жизнью. Таков обычай наших предков: жрец, познавший Черный Камень и раскрывший его тайну одному из Царей, обречен. Обречен никогда более не видеть солнечного света...
      - Я никогда не слышал ранее про Черный Камень и про сей обычай, жрец! - надменно бросил вызов юноша жрецу. - Должно быть, это заговор! Иначе, жрец, ты мог все мне рассказать у врат Святилища и Храма. Но ты этого не сделал! Значит...
      - Это значит, что в мире Сумрачного Солнца не бывает сокровенных тайн! - бесцеремонно перебил Нерея жрец. - Даже в стенах дворцов Царей Священной Атлантиды. Только здесь, в Храме Кроноса, нет и быть не может посторонних глаз и ушей. Поверь мне, благородный Царь. Моими устами говорит сейчас с тобой сам Посейдон.
      - Что ж, будь по твоему, - взяв себя в руки, успокоился Нерей. - Можешь начинать свой ритуал. Но прежде, я хотел бы лично осмотреть весь Храм и выслушать все то, что ты о нем расскажешь.
      Жрец не ответил.
      Повернувшись к юноше спиной, он странно замахал руками и неожиданно исчез.
      Нерей неуверенно переступил с ноги на ногу, но шагнуть в темноту вслед за жрецом не решился.
      Что, что могло означать столь странное исчезновение жреца? Еще одно испытание для Царя, рискнувшего раскрыть все тайны Атлантиды? Гнев богов? Своеволие жреца? А может...
      Нерей непроизвольно вскинул голову и посмотрел на потолок.
      О, боже, там мерцали звезды! Миллиарды разноцветных огоньков!
      Нет, этого быть не могло. Еще мгновения назад над Атлантидой властвовало Сумрачное Солнце и ... И вдруг наступила ночь?!
      Нерей не верил в то, что видел.
      Между тем, мрак, окружавший юношу, начал быстро таять.
      Перед Царем отчетливо возникли стены, изваяния богов, укутанный туманом пол и странные, полупрозрачные колонны храма.
      Вскоре, пред юношей возник и Черный Куб.
      Он выглядел величественно и неприступно. Блеск звезд тонул и растворялся в его гранях.
      Нерей, завороженный совершенством Куба, не сразу обратил свое внимание на жреца. Тот, как оказалась, вовсе никуда не исчезал. Его укутанная в мантию фигура была прижата к полу у подножия Куба. Жрец был безмолвен и зловеще неподвижен. Казалось, он был мертв.
      Нерей с опаской сделал шаг по направлению к Кубу, но что-то вдруг заставило его оцепенеть и замереть в тревожном ожидании.
      То, что случилось перед ним мгновение спустя, потом ему казалось фантастичным.
      Царь неожиданно увидел ЧЕЛОВЕКА.
      Незнакомец был похож на статую из серебристого металла. И столь же странным образом располагался в Кубе.
       Он изучал Нерея без особого восторга, сквозь свой полупрозрачный шар, сверкавший на его плечах. Черты лица его казались юноше знакомы, хотя и непривычно для атланта четки и заострены. Он был светловолос, имел несвойственную детям Сумрачного Солнца бледно-розовую кожу.
      Человек, возникший перед взором Царя из Черного Куба, был без сомнения пришельцем из другого мира. Он был чужим для мира Атлантиды.
      Между тем, незнакомец неожиданно покинул Черный Куб и, бесшумно ступая по мраморному полу, направился к Нерею.
      Царь тщетно пытался пошевелить рукой или ногой, но тело его более ему не подчинялось. Оно застыло, превратившись в монолит.
      Незнакомец, вскоре оказавшись пред Нереем, вдруг остановился и теперь, казалось, чего то терпеливо ждал.
      Царь и незнакомец пристально смотрели друг на друга, и каждый думал о своем.
      Прошло не менее получаса.
      Робкий, едва заметный солнечный лучик дерзко ударил в Черный Куб и змейкой заскользил по его граням. В туже секунду Куб внезапно заискрился и начал быстро таять на глазах Царя.
      Незнакомец встрепенулся, как-то неуклюже склонил голову на бок и протянул к Царю свою тонкую, изящную длань.
      Легкое, едва уловимое облачко пара вырвалось из его пальцев и тут же превратилось в ослепительный шар.
       Два ярких пурпурных лучика вспыхнули в центре шара и неудержимо устремились наружу. Один из них скользнул по безмолвной фигуре жреца и в считанные мгновения превратил ее в пыль. Другой же бесцеремонно вонзился в сознание Нерея, несся с собой целый сонм чарующих звуков и необычных чувств.
       В глазах Царя все потемнело, он затряс в отчаянии головой и ...
      
      
      ... Солнечный свет ярко освещал Святилище Мойр и водруженный в самом его центре Алтарь Аполлона.
      Воздух был пропитан пьянящим ароматом благовоний и приглушенным бормотанием ко всему безучастных пифий.
      Нерей нетерпеливо огляделся по сторонам и вновь обнаружил рядом с собой и верного Тритона, и амазонок, и безмолвных жрецов.
      Нерей поднял голову вверх и бросил взгляд в сторону дымящегося внутренностями жертвы Алтаря и колдующих над ним гаруспиков.
      Он ждал. Ждал от них воли богов и приговора будущему Атлантиды.
      Наконец, после суетливой перебранки и приглушенных споров, старейший из гаруспиков приблизился к Царю и громко произнес:
      - Боги донесли до нас свою священную волю, благородный царь! Выслушай ее и поклянись исполнить до конца!
      - Клянусь! Именем Посейдона и своей Царской властью! - уверенно произнес слова клятвы Нерей.
      - Боги будут благосклонны к армиям Атлантиды до той поры, пока во главе их будешь стоять ты, благородный Царь Евэмон! Твои легионы одержат сокрушительную победу над армией варваров и возвеличат Священную Атлантиду! Так будет, пока ты Царь! И так перестанет быть, если ты лишишься своего царственного обруча власти и перестанешь быть атлантом! В этом случае, Атлантиду ожидает неминуемая и страшная гибель! Запомни это прорицание, благородный Царь!
      
      - Что это значит, жрец?! - в недоумении перебил гаруспика Нерей. - Как я могу перестать быть Царем? И, уж тем более, атлантом? Объясни свое прорицание. Мне что, суждено погибнуть в этой войне, жрец?
       - Нет, Царь Атлантиды, ты вернешься с этой войны целым и невредимым! К тому же победителем на крыльях Триумфа! Но Атлантида может погибнуть, если ты перестанешь быть ее Царем!
      - Но как же я смогу перестать быть Царем Атлантиды, если вернусь с войны живым? Да еще с победой! Ты что то напутал, жрец! Боги не могли вложить в твои уста такое предсказание!
      - Я не ошибся, благородный Царь! Я в точности передал тебе волю богов! Если ты перестанешь быть Царем, Атлантида погибнет!
      - М-да, кажется, с ним спорить бесполезно, - многозначительно усмехнулся Нерей и, обернувшись к Тритону, добавил: - Может быть ты, благородный Тритон, сумеешь объяснить мне и народу Атлантиды смысл предсказаний Оракула?
      - Я думаю, да, мой повелитель! - с готовностью откликнулся тот. - Боги предрекают нам победу в войне с племенами эллинов. Но только в том случае, если ты встанешь в главе легионов Атлантиды. Если нет, Атлантида погибнет! Кроме того, из слов гаруспика ясно, что ты живым и с Триумфом вернешься с войны. Что же касается того, что ты можешь перестать быть Царем ... То это невозможно! Пока существуют боги и Священная Атлантида, никто и никогда не сможет тебя лишить царского сана. Но, может быть в предсказании идет речь о том, что ты можешь потерять в походе свой царский венец - символ власти?! Тогда все становится ясным. Ты потеряешь жалкий символ, а не саму власть! И если это может прогневить богов, то нам следует загодя позаботиться о сохранности всех атрибутов твоей царской власти. Ну, хотя бы, на время похода...
      - Я думаю, ты прав, благородный Тритон, - в задумчивости согласился с ним юноша. - Смысл предсказания мне теперь понятен. Прежде чем уйти в поход, я непременно оставлю в храме Посейдона свой золотой венец и выставлю к нему охрану. Тем самым, с ним не сможет что-либо случиться. И мы не прогневим богов!
      
      Нерей поспешно приподнялся с пола и, искренне довольный Предсказанием, решил покинуть Храм и донести до всех Царей столь важную для Атлантиды весть.
      
      
      Глава пятая
      Сошедшая с небес на землю Афродита .
      
      Ночь, последовавшая за походом Царя Евэмона в Оракул и столь странным Предсказанием гаруспиков о его триумфе в предстоящей войне, прошла для Нерея скомкано и невыносимо.
      Он постоянно просыпался от мучивших его сознание кошмаров. Ему не давала покоя ноющая боль в израненной ноге. Его раздражали и приводили в бешенство робкие ласки белокурой невольницы, коротавшей с ним эту ночь.
      Но больше всего юношу беспокоило то, что сон, преследовавший его всю это ночь, не мог быть просто игрой воображения и результатом нервных стрессов, обрушившихся на юношу за эти дни.
      Скорее наоборот. Этот, преследовавший Царя, сон выглядел настолько живым и волнующим, что казался Нерею большей реальностью, чем вся его предшествующая жизнь.
      И эти мрачные стены незнакомого ему храма. И миллиарды звезд. И таинственный Черный Куб? И распластавшегося у его подножия тело жреца ...
      Несомненно, он все это видел. Вот только где и когда?
      На этот вопрос он ответить был не способен.
      
      Нерей глубоко вздохнул и открыл глаза навстречу предстающему дню.
      Рядом с ним, в уютном амфитеатре из покрывал и мягких подушек мирно посапывала Дэвис.
      Ее безукоризненно прекрасное лицо, тонкие линии загорелого тела, изящные плечи и руки не могли не привлечь внимание Царя и разбудить в нем страсть.
      Нерей не удержался и, протянув руку к девушке, нежно провел пальцами по ее обнаженной груди.
      Узкие губы Дэвис расплылись в сладострастной улыбке. Ее тонкие изящные пальчики жадно обхватили руку Нерея и потянули ее к щеке их прекрасной хозяйки.
      Нерей не сопротивлялся.
      В его теле неожиданно проснулось чувство любви, жажда блаженства и божественных ласк.
      Юноша приподнялся на локтях и склонился к лицу девушки.
      Губы его прикоснулись к ее горячим щекам и, он уже был не в силах с собой совладать, заключая невольницу в жаркие и страстные объятия.
      - Мой повелитель, - неожиданно и бесцеремонно прервал его любовные утехи чей-то властный голос. - Смени свой гнев на милость! Не вели меня казнить, но выслушай и внемли! Совет Царей Священной Атлантиды меня послал к тебе ...
      - Как ты, презренный, смеешь нарушать мой покой, - рассвирепел от такой наглости Нерей.
       Бросив презрительный взгляд на своего обидчика и узнав в его одеянии мантию Тритона, Нерей зловеще процедил сквозь зубы:
      - Ты, похоже, забыл свое место, жрец!
      В следующее мгновение Царь Евэмон был уже на ногах. Гримаса ярости и презрения исказила благородные черты его лица.
      Дэвис в ужасе зарылась в подушки, первый раз в жизни видя своего повелителя в таком состоянии.
      - Время твоей жизни истекло, дерзкий жрец. Лишенный сострадания Бессердечный Аид ждет тебя к себе в гости! - острый как бритва царский меч просвистел в воздухе и с приглушенным треском вонзился прямо в горло незваному гостю.
      В царской опочивальне запахло кровью.
      Густая, темно-бордовая лужа медленно растекалась по мраморным плитам пола и дорогим домотанным коврам.
      Нерей тяжело вздохнул, с отвращением поморщился и отшвырнул в сторону от себя опустевшие ножны.
      Затем он обернулся и как-то виновато, чисто по-детски взглянул в округлившиеся от ужаса глаза Дэвис.
      - Смею заметить, у тебя горячий темперамент, мой благородный Царь, - неожиданно раздался с порога царских покоев до боли знакомый Нерею и слегка ироничный голос. - Но зачем же так грубо и безжалостно травмировать психику и чувства своих прекрасных невольниц?!
      - Это ты, благородный Тритон?! - неуверенно произнес Царь, с трудом скрывая свое удивление. - А как же этот... Вот?!
      Юноша обескуражено протянул руку в сторону распластавшегося на полу мертвого тела и вопросительно сдвинул брови.
      - А, это, - Тритон равнодушно перевернул носком своей сандалии окровавленное тело и без тени смущения ответил Царю. - Участь этого раба была заранее предрешена. Жаль только, одежду он мою испачкал... Ну да ладно ...
      - Так значит, ты сам обрядил этого раба в свои одежды и послал его в мою опочивальню? - негодующе воскликнул юноша.
      - Конечно, мой повелитель, именно так все и было, - усмехнулся жрец. - Неужели ты и вправду думаешь, что я такой невежа и легкомысленный идиот, чтобы самому рискнуть нарушить твой покой? Даже ради чрезвычайно важных государственных дел?! Знаешь, жизнь моя пока меня не обременяет, благородный Царь!
      Тритон брезгливо поднял с пола окровавленный царский меч и, резко взмахнув им, с силой обрушил его на груду разбросанных по царскому ложу подушек.
      Дэвис в ужасе вскрикнула и в отчаянии протянула свои руки к Нерею. Но было уже поздно. Предсмертная судорога зловеще заскользила по всему ее прекрасному телу.
      - Как ты смеешь такое..., - подобно разъяренному тигру набросился на жреца Нерей. - Ты, презренный жрец...
      - Остановись, благородный сын Священной Атлантиды! - ловко увернувшись от сильных рук царя, твердо произнес Тритон. - Ты переходишь все границы дозволенного! Не забывайся, перед тобой почти что тебе равный! Если не больше! А невольница ...?! Поверь мне, жизнь ей была уже ни к чему. Она слишком многое случайно видела и знает.
      - Будь по-твоему, жрец, - скрепя сердце согласился Нерей, набрасывая на свои плечи белоснежный царский плащ и одевая на ноги сандалии. - Ну, говори, с какой целью за мной посылает Совет Царей? Что-нибудь случилось?
      - Что ж, я доволен, благородный Царь, тем, что ты не уронил достоинства и царской чести!- произнес Тритон, делая вид, что не расслышал вопроса, и жестом приказал сбежавшимся на шум рабам убрать из царской опочивальни трупы и навести порядок.
      Те проворно принялись за дело.
      - Цари Атлантиды ждут твоего прибытия в Акрополь и купальню всех царей Священной Атлантиды! - между тем продолжал Тритон. - У меня есть для тебя важные новости, благородный Царь. Но я не могу сообщить тебе их здесь - в опочивальне. Я ...
      - Хорошо, благородный Тритон, - вызывающе грубо перебил жреца Нерей. - Мне необходимо принять ванну и привести себя в порядок. Встретимся за завтраком. А пока я прошу тебя оставить меня одного. Такова моя воля.
      - Слушаю и повинуюсь! - с легким раздражением в голосе, кивнул жрец. - Да хранит тебя Посейдон, мой благородный Царь.
      Нерей многозначительно хмыкнул, бесцеремонно отстранил жреца со своего пути и, не спеша, направился в глубину дворцовых покоев, где его уже с нетерпением ждали мойщицы и царский парикмахер.
      
      
      Большая Царская Купальня, примыкавшая к Дворцу Царя Атланта, располагалась в западной части Акрополя и представляла из себя помпезное сооружение из розового мрамора и орихалка.
      Она включала в себя несколько просторных бассейнов: отдельно для царей, отдельно для их свиты. Священный источник Посейдона, источавший родники с холодной и горячей водой. Многоярусный сад с беседками и сонмом изваяний нимф и морских чудовищ. Три маленьких дворца для трапезы и отдыха царей и знати.
      Весь этот комплекс, находившийся под покровительством самого Посейдона был отгорожен от внешнего мира высокой, выложенной из красного песчаника стеной и бдительно охраняемой безмолвным строем копьеносцев и личной гвардией Царей.
      По воле Посейдона - каждый гражданин священной Атлантиды, не только знать и грозные Цари, мог пользоваться милостью богов и находить себе покой и негу в теплых водах, бьющих из источника Владыки. И за всю многотысячелетнюю историю Атлантиды ее Цари ни разу не нарушили священной воли Посейдона. Вот почему сразу же за стеной Царской Купальни располагались более скромные купальни для граждан Посейдониса и простых атлантов.
      Между тем, другой из его же законов не допускал в Акрополь никого, за исключением Царей, жрецов и знати.
       И только изредка, у Священного Чрева Кита - огромного бассейна из мрамора, серебра и черного гранита - граждане священной Атлантида смели лицезреть своих Царей и знать.
      Один раз в семь лет, по сложившейся традиции и ритуалу, все благородные атланты собирались возле этого бассейна. Собирались вместе, чтобы отпраздновать Торжества Посейдона и принести ему положенную жертву.
      В этот день всем строжайше запрещалось ссориться друг с другом, держать в руках оружие и заниматься домашними делами.
      
      Ровно в полдень, у серебряной спирали, из которой бил источник Посейдона, появились Цари Священной Атлантиды. Они были одеты в дорогие, темно-синие одежды и были безоружны.
      Каждый из них подходил к Чреву Кита, брал из рук своих невольников большие венки из благоухающего лавра и с почтением бросал его в воду.
      Вслед за венком цари, а за ними и другие атланты, бросали в воды Посейдона все, что было дорогого в их руках: бесценные произведения искусства, золото и дорогие украшения. Выполнив свой долг, они удовлетворенно отходили прочь, освобождая место для других.
      Наконец, когда последний из атлантов, достойных сделать Посейдону свой подарок, отошел от бассейна прочь, над Чревом Кита нависло безмолвие и гнетущая тишина.
      Настал черед Жрецам прекрасной Клейто продолжить свой обряд.
      Их появления ждали с трепетом и благоговением.
      Ведь от того, как примет жертвы их Владыка Посейдон зависела дальнейшая судьба Священной Атлантиды...
      Между тем, на устланной речным песком и нежной галькой тропе появилась и чинно спустилась с подножия Акрополя к бассейну безмолвная процессия жрецов.
      Они шли медленно, сгибаясь под тяжестью своей громоздкой ноши - сверкающей золотом ванны. К тому же, доверху заполненной водой.
      Время от времени, при неосторожном шаге кого-либо из жрецов, безмятежная водная гладь неожиданно вспучивались и взрывалась фейерверком изумрудных брызг. В тоже мгновение раздавался странный свист и из воды высовывалась вооруженная опасными как смерть зубами пасть. И тут же уходила вновь под воду.
      Как только пышная процессия жрецов достигла бассейна и осторожно опустила свою странную ношу у самой кромки воды, их главный жрец немедленно взмахнул рукой. И уже через мгновение содержимое жертвенной ванны в нетерпении било хвостом по воде в самом центре бассейна.
      Все благородные атланты, включая Царей и их грозную свиту, опустились на одно колено пред бассейном и стали ждать исхода жертвоприношения.
      Два жреца, одетых в черные одежды, вывели из толпы намеченную ими жертву - самую красивую из девушек столицы и завязали ей черной повязкой глаза.
      Девушка знала, какое страшное испытание ее ожидает. Но все же держалась на удивление стойко и достойно.
      Даже тогда, когда жрецы грубо сорвали с нее одежды, вручили ей сверкавшую на солнце статуэтку Бога и хладнокровно подвели к бассейну.
      Но прежде чем отдать Владыке океана его жертву, главный жрец стал бормотать себе под нос какие-то слова. Он говорил долго и нудно.
       Но никто из атлантов не слушал его слов. Все их внимание и взоры были сосредоточены на девушке, на ее прекрасной наготе и гордом презрении к смерти.
      Нерей, пожалуй, был единственным атлантом, оставшимся безучастным ко всему происходящему.
      Он был далеко. В таинственной бездне своих мыслей и чувств. И только восторженный возглас Царя Амферея и непривычные безмолвие и тишина, как-то в одночасье поглотившие собой место жертвоприношения, заставили Нерея резко поднять голову вверх и бросить пристальный взгляд в сторону бассейна.
      "- О, боже, как она прекрасна, - огненным смерчем пронеслось в его сознание.- Так прекрасны не бывают даже боги!"
      Широко раскрыв глаза и мертвенно бледнея, Нерей застыл подобно изваянию, не в силах даже и пошевелиться.
      Выточенная из цельного куска розового мрамора фигура, пьянящая своей грацией и изяществом линий. Узкие, строго по канонам атлантского понятия о красоте бедра, крепкая и сильная грудь, тонкие руки, безукоризненные плечи и сказочно красивые и длинные ноги. Девушка была без всякого преувеличения была достойной соперницей самой Афродиты!
      Нерей с огромным трудом сделал вдох и чудовищным напряжением воли удержал себя от того, что бы не высказать вслух своего восхищения.
      Секунды превратились для него в столетия. Все вокруг утонуло в тумане.
      Он смотрел только на нее одну. Ту, которую он видел впервые и без которой уже себя не мыслил.
      Он жадно поедал глазами ее прекрасные черты: маленький, слегка вздернутый носик, высокий лоб и белокурые локоны, небрежно ниспадавшие ей на плечи. Он был не в состоянии определить цвета ее глаз, скрытых черной повязкой. Но готов был разорвать на части любого, кто стал бы спорить с тем, что они томны и чувственны.
      Все, прежде казавшееся ему важным и значимым отошло в его мыслях на второй, а то и третий, план.
      Его сознание более ему не подчинялось - оно всецело было во власти образа прекрасной незнакомки.
      
      Тем временем жрец неожиданно кончил читать свое странное заклинание и замолчал.
      Девушка, величественно ступая по раскаленному от солнца песку, сама подошла к краю бассейна, изо всех сил прижала к груди драгоценную статуэтку и самоотверженно бросилась в воду.
      Нерей с трудом удержал себя от того, чтобы не броситься вслед за ней.
      Он судорожно перебирал в своем сознании все, что знал о Торжествах Посейдона, пытаясь отыскать в закоулках своей памяти путь к спасению девушки и, теперь уже он нисколько в этом не сомневался, самого себя.
      Он знал, что никто из смертных и даже Царь ничем не мог помочь девушке, пока Владыка Атлантиды Посейдон не высказал своего отношения к жертве.
      Знал он и то, что только дельфин - любимец богов - мог спасти жертву Посейдона от неминуемой смерти - страшного водоворота, в самый разгар церемонии внезапно возникавшего в самом центре Чрева Кита. Чаще всего, все именно так и происходило: грозный воин подводного мира - дельфин, не раздумывая, бросался на помощь оказавшимся в водовороте девушкам. Он старался вытолкнуть их наверх, не дать захлебнуться. И тем самым давал понять, что божественный Посейдон не желает смерти своей жертвы. Что он доволен тем, как атланты его почитают и как они соблюдают его законы. Отвергая жертву и сохраняя ей жизнь, Посейдон, давал свое благословение атлантам на семь лет спокойной и беспечной жизни. До следующих Торжеств. А его прекрасная жертва становилась Нереидой - верной жрицей Амфитриты... Но страшные пытки и верная смерть грозили девушке, если она ненароком роняла статуэтку Посейдона в воду и тем самым бросала дерзкий вызов Небесам.
      Тут уже не мог помочь даже дельфин.
      За всю историю Атлантиды было немало случаев, когда драгоценная статуэтка все же оказывалась на дне бассейна или божественный дельфин не успевал спасти девушку.
      Это были страшные для Атлантиды и ее правителей дни: цари Атлантиды теряли уверенность в себя, свое могущество и власть. То тут, то там неожиданно вспыхивали восстание рабов и бунты дикарей, жестоко покоренных армией атлантов. Страшные ураганы и смерчи обрушивались на Атлантиду и Пелагсикон. Кровавый водоворот войн и междоусобиц захлестывал города и царства благородных атлантов.
      Нерей в ужасе содрогнулся при одной только мысли о том, что Посейдон сегодня может быть не в духе.
      Нет, этого быть не могло. Его покровитель не мог быть таким жестоким. Если бы это случилось - Нерей был готов на все. Даже на то, чтобы дерзко бросить вызов богам, обратить на их храмы всю свою ярость и злобу, переступив тем самым кодекс царской чести и священной веры.
      Но было еще кое-что, помимо воли Посейдона и его причуд, что ускользнуло пытливых глаз и чуткого сознания Нерея.
      Не он один был очарован красотой и грацией прекрасной жертвы.
      Злой, мстительный и алчный огонек сверкал в глазах Царя Священной Атлантиды Амферея. В душе его бурлила ненависть и злоба.
      В отличие от других Царей и юного Нерея, Царь Амферей был знаком с красавицей давно. Задолго до Торжеств.
      Он даже как-то признавался ей в любви. Но девушка его отвергла. Отвергла гордо и надменно.
      Тогда он посоветовал жрецам, чтоб те избрали ее жертвой Посейдона.
      Так и случилось. И теперь коварный Царь ждал в нетерпении развязки.
      Однако была еще одна весомая причина для того, чтоб Царь Священной Атлантиды Амферей желал для жертвы Посейдона смерти. Она возникла несколько минут назад, когда он неожиданно заметил восторг и обожание в глазах Нерея...
      Царь Амферей был много старше юноши и, уж конечно, много опытней него в войне и боевых походах. Но все же, Царь Атлант и вместе с ним жрецы назначили Диктатором Нерея... Теперь вся слава и почет достанутся другому!
      Нет, этого царь Амферей ему простить не мог. Он жаждал мести и реванша. И боги, судя по всему, решили сжалиться над ним...
      
      Тем временем, виновница страстей, бурлящих в царских душах юноши и Амферея, барахталась в фонтане брызг и белой пены. Ее голова то возникала над водой, то исчезала вновь в пучине.
      Дельфин был рядом и искренне старался ей помочь. Он нежно тыкал мордой девушку под мышки, отчаянно свистел и всеми силами пытался отпихнуть ее подальше от бурлящего водоворота.
      Нерей не выдержал и первым бросился на помощь жертве Посейдона.
      За ним к бассейну устремились и другие.
      Царь Амферей был тоже среди них. И только ждал удачного момента.
      Еще мгновение, и Нерей был у заветной цели.
      Раздался громкий, долгожданный стук. Стук статуэтки Посейдона о бордюр бассейна. Владыка Атлантиды был к Нерею благосклонен. Он пощадил свою божественную жертву и подарил Нерею шанс ее спасти.
      Но что-то вдруг Царя насторожило.
      Он резко обернулся и увидел то, что лучше бы ему так никогда и не увидеть.
      Царь Амферей решил его опередить: его тяжелая и крепкая рука едва-едва коснулась подбородка жертвы и с громким всплеском заскользила по воде.
      Будь Амферей чуть попроворнее и ловчее, жертва Посейдона была б обречена. Обречена на то, чтоб выпустить из рук божественную статуэтку и этим самым навсегда закрыть себе дорогу в мир живых существ и Солнца.
      И девушка, казалось, это поняла. В ее застыли ужас и отчаяние.
      Нерей, в одно мгновение оказавшись между жертвой и Царем Священной Атлантиды Амфереем, стал для нее единственной надеждой.
      Их взгляды встретились. И друг в друге потонули. Все было ясно и без лишних слов.
      Нерей не знал что делает и как.
      Но действовал он мастерски и быстро. Уже через мгновение Амферей был в туче брызг и посреди бассейна.
      Жизни нереиды более ничто не угрожало. Царь Евэмон зажал ее ладонь в своей руке и дерзко вырвал ее тело из пучины.
      Атланты и Цари восприняли поступок юноши с восторгом и всеобщим одобрением.
      Лишь только один человек, с искаженным ненавистью и яростью лицом, был раздосадован победой юноши над смертью и стихией.
      Этим человеком был благородный Царь Священной Атлантиды Амферей.
      - Однажды, мы еще встретимся, щенок, - зловеще прошипел он в адрес равнодушного к нему Нерея. - Мы встретимся на узкой тропе... И ты, самовлюбленный выскочка и любимчик богов, вспомнишь свою дерзость, и бассейн, и нереиду ...
      
      
      Глава шестая .
      Диктатор.
      
      - Я хочу, чтобы прекрасная госпожа была помещена в самый лучшие из моих покоев! И ни в чем бы не было ей отказа! - тоном, не терпящим возражений, приказал Тритону Нерей, переступая порог своего дворца и пропуская впереди себя носилки с бездыханным телом нереиды. - За любую оплошность или своеволие, ответишь мне головой, жрец!
      Нерей на минуту замолчал и, несколько смягчив свой тон, добавил:
      - Да, еще, Тритон, узнай у своих братьев жрецов имя моей прекрасной богини. И как можно быстрее!
      - Слушаю и повинуюсь! - без особого энтузиазма в голосе откликнулся жрец. - Все твои приказания будут немедленно исполнены, мой повелитель! Что же касается имени твоей божественной пленницы, то когда-то ее звали - Юлия. Не правда ли, имя - вполне достойное своей хозяйки?!
      - Почему ты говоришь о ней и ее имени в прошедшем времени, жрец?! - настороженно переспросил жреца Нерей и угрожающе сверкнул глазами. - Ты даешь мне понять, что ей уготовлена роль очередной невольницы в этом Дворце, не так ли? Забудь об этом, жрец! Эта девушка моя гостья и твоя госпожа! И не дай бог с ней что либо случится...
      - Смени свой гнев на милость, благородный Царь! - в легком замешательстве возразил Тритон. - Я не имел ввиду ничего такого, что могло бы обидеть тебя или твою прекрасную нереиду. Я просто хотел напомнить тебе о том, что ты, как ее повелитель и Царь, в праве дать ей новое имя. Имя, которое тебе больше по нраву. Или оставить прежнее ... Вот и все?!
      - Хотелось бы в это верить, - недоверчиво процедил сквозь зубы Нерей, все еще не в силах простить жрецу утреннего инцидента.
       - Можешь заняться своими обязанностями, жрец! Если ты мне вновь понадобишься, я за тобой немедленно пошлю, - выдавил из себя Царь, устало опускаясь на мягкое ложе и морщась от боли в ноге.
      - Воля твоя для меня закон, благородный Царь! - поспешил откланяться жрец.
      Однако в дверях он чуть было не столкнулся с атлантом, закованным в орихалковые латы и с символикой царского посыльного на груди.
      Вестник смерил жреца с головы до ног надменным взглядом и сунул ему прямо под нос личный перстень Царя Атланта.
      Тритон благоразумно уступил дорогу и трусливо скрылся в глубине дворца.
      Несмотря на дерзость воина жрец даже в мыслях не держал осадить его пыл и грубость.
      Посыльный самого Царя Атланта был явно Тритону не по зубам. Если не сказать большего.
      - Не вели казнить, вели слово молвить, грозный Царь Священной Атлантиды, - между тем скороговоркой выпалил Вестник и покорно опустился перед Царем на одно колено.
      - Что ж, говори! - с трудом превозмогая усталость и страстное желание покоя, кивнул ему в ответ Нерей.
      - Вам срочное и сугубо секретное послание от Совета Царей и лично от царя Атланта, - быстро и четко отрапортовал Посыльный, опуская вниз глаза и почтительно протягивая Нерею золотой Диск с иероглифическим письмом и серебром тесненным леопардом.
      Нерей быстро пробежал диск глазами и громко приказал прислать к нему писца.
      - Что здесь написано? Мне не знаком этот язык! - властно произнес он, когда писец бережно взял диск в свои руки и с ужасом уставился на символ царской власти - леопарда. - Читай!
      - Это специальный царский шифр, мой повелитель, - смертельно побледнев, пробормотал писец и чуть не потерял сознание. - Я не смею ... Только жрецы имеют на это право...
      - Я сказал, читай! - бесцеремонно перебил его Нерей и по его лицу заскользила тень ярости и раздражения. - Если ты понимаешь текст, тогда читай. Если нет, тогда ...
       Царский Вестник ловко выхватил из ножен свой клинок и угрожающе занес его над шеей писца, ожидая от Царя приказа.
      - Волей Могущественного Царя Царей Атланта и божественного Посейдона, - забубнил писец, прощаясь с жизнью. - Цари и твой народ нарекают тебя Диктатором всех войск и флота Атлантиды. Теперь ты выше нас и за твоей спиной стоит неистовый и кровожадный Арес. Будь достоин этой чести, Диктатор Евэмон! Стань во главе атлантов и принеси нам всем Победу!
      - Ну что ж, свершилось! - подытожил Царь, с трудом скрывая ликование.
      Его усталость как рукой сняло.
      - Отныне бог войны Арес почетный гость и повелитель в этом доме! - торжественно добавил Царь и жестом приказал убить писца.
      Царь отвернулся в сторону и в его глазах сверкнуло нетерпение.
      Его сознание устремилось в объятия войны. Он в мыслях был уже в пылу сражений и у подножия Славы. Там, где с адским грохотом и лязгом проносились колесницы. Там, где звенел и лопался от напряжения металл. Там, где свистели вражеские стрелы, ржали кони, гулко топали слоны и на врага с отвагой бросались легионы.
      "- Зачем тебе все это, благородный Царь, - неожиданно ворвался в его душу робкий голос. - Опомнись, что ты делаешь?! Зачем?! Ты даже не знаком с народом, который ты готов назвать своим врагом и рвать на мелкие кровавые кусочки... Ты молод, ты умен, красив ... влюблен, в конце концов! Что побуждает тебя все это отринуть? Что пробудило в тебе ненависть и жажду крови? Остановись, подумай! Что с тобой станет ... Что станет с Юлией, в конце концов? Война безжалостна! Особенно к таким как ты - излишне честным, гордым, благородным. Ты можешь стать ее законной и лишенной воли жертвой!? А может ... и ее жрецом! Таким, как брат твой - Амферей!"
      Голос смолк. Смолк так же неожиданно, как и возник в сознании Нерея.
      Диктатор грозно огляделся, в надежде отыскать того, кто смел так дерзко говорить с Царем.
      Но тщетно.
      Голос не был собственностью человека. Он принадлежал Царю. То есть, самому Нерею.
      Редко когда ранее он слышал и, уж тем более, хотел бы вслушиваться в этот голос.
      Быть может, его раньше и никогда не было?!
      Перед глазами Царя всплыли далекие воспоминания из детства.
      Это случилось, когда Нерею еще не исполнилось и двенадцати лет.
      Он еще не был признан полноправным наследником трона и жил в небольшом тихом полисе 55 на северном побережье Пелагсикона.
      Однажды вместе со своим ментором Радимом он оказался в городском амфитеатре на гладиаторских боях.
      В самый разгар одного из поединков один из гладиаторов неосторожно поскользнулся и выпустил из рук свой меч.
      Тот взвился в воздух и упал в песок к ногам Нерея.
      Амфитеатр замер в ожидании.
      Все смотрели на него, Нерея и в нетерпении ждали от него достойного поступка.
      Мальчик знал, что значило сие на языке атлантов.
      Но все же, он не выдержал, и искренне желая спасти жизнь побежденному, поднял с песка клинок и, размахнувшись ... так и остался без движений.
      Чужая, властная и злая воля бушевала у него в сознании, диктуя что и как он должен делать.
      "- Ты сын атланта и сам благородный атлант, Нерей, - бесцеремонно убеждала его эта воля. - Как смеешь ты жалеть презренного раба. Как смеешь ты, будущий правитель Атлантиды, заботиться о сохранении его никчемной жизни. Оставь в покое меч и навсегда запомни сей урок. Ты, знатный сын царя, не смеешь чувствовать что-либо, кроме презрения и ярости ко всем, кто не достоин твоего внимания. Запомни это навсегда, Нерей. Мир принадлежит царям и только им. И ты не кто иной, как будущий его хозяин. Выше и могущественнее тебя могут быть только боги. Все остальные - жалкие, никчемные людишки. Будь равнодушен и жесток по отношению к ним - это твой удел и право".
      Между тем, нерасторопный и злосчастный гладиатор был давно уж мертв.
      Его палач с триумфом собирался покидать арену, лишь ожидая от Нерея и народа Атлантиды достойного проявленной им доблести суда.
      Но ... и его Нерей не пощадил! Взмахнув рукой и резко опустив вниз палец, он приказал тем самым гладиатора убить.
      Бои были окончены и благородные атланты неторопливо покидали городской амфитеатр.
      Только один Нерей продолжал оставаться на месте и до боли в суставах сжимал в свой ладошке тяжелый гладиаторский меч. Он все еще не мог прийти в себя от принятого им решения - забрать у человека жизнь и заслуженное право на победу.
      Он отчаянно искал в глазах Радима сочувствия и понимания, но, увы, в своих сомнениях Нерей был одинок.
      
      - Ваш приказ исполнен, мой Диктатор! - прервал воспоминания Царя Посыльный, почтительно кладя к ногам Нерея диск с посланием Царя Атланта и брезгливо щурясь в адрес мертвого писца.- Какие будут еще распоряжения? Прикажете готовить вашу боевую колесницу?
      - Можешь исполнять свой долг, солдат! - быстро приходя в себя, приказал Нерей и вскинул вверх свою левую руку - как того требовал воинский этикет и традиции.- Да, еще, чуть не забыл! Твое служебное рвение, вестник, мне по нраву! Я хочу, чтобы ты стал моим личным адъютантом! С Царем Атлантом я обо всем договорюсь. Так ты согласен?
      - Я в полной вашей власти, благородный царь! - с готовностью откликнулся воин, не скрывая в своем голосе искренней радости и восторга.
      - Ваши доспехи и оружие, Диктатор, - между тем, раздался с порога опочивальни учтивый голос царского оруженосца.
      Атлант был необычно смугл, с густыми, черными как сажа волосами, высок, широкоплеч и назывался Паном.
      - Можешь положить все это на пол, у самых моих ног, - распорядился Царь и поспешил добавить уже в адрес обоих воинов. - Вы больше мне пока не нужны. Можете удалиться и продолжить подготовку к боевому походу.
      Оба воина почтительно кивнули и поспешили выполнить приказ Царя.
      Диктатор выслал вслед за ними из своих всех рабов, прислугу и даже вездесущих амазонок.
      Затем он быстро облачился в царские доспехи, походный шлем из золота и орихалка, и кожаные сапоги, украшенные крылышками из серебра и золотым рисунком.
      О чем то вспомнив, юноша поспешно вставил в ножны царский меч и торопливо вышел из своей опочивальни.
       Пройдя в сопровождении эскорта через двор, он вскоре оказался в женской половине дома.
      Светлица и горница царицы встретили Нерея ароматом роз и легким птичьим щебетанием.
      На ложе, среди вороха подушек и роскошных одеял лежала та, которую так жаждал лицезреть Диктатор.
      Она была измучена всем тем, что с ней случилось утром. И пребывала в сладком сне. Ее прекрасный лик казался безмятежным. Дыхание было ровным, без надрывов. Рубиновые губы плотно сжаты.
      Нерей беззвучно усмехнулся в адрес замерших в оцепенении амазонок. Стараясь не шуметь и не греметь своим вооружением, он наклонился к девушке и нежно в лоб ее поцеловал.
      - Кто здесь, что со мной? - сквозь сон и ласки Гипноса 56 промолвила она и поднесла к лицу Царя свою обворожительную руку.
      - Тс-с-с-с, - целуя девушку в ладонь, чуть слышно произнес Диктатор. - Не беспокойтесь, Юлия! Я ваш друг. Меня зовут Нерей. Я Царь Священной Атлантиды и Диктатор ее армии и флота. Я тот, кому могущественные боги великодушно разрешили вам помочь.
      - Так значит это все не сон?! - широко раскрыв глаза и с легким замешательством в голосе, прошептала она.
      Ее прекрасные глаза сверкнули неподдельной радостью и восхищением. Они смотрела на Нерея трепетно и нежно. И в тоже время гордо и без страха.
      Прошла минута.
      Нерей и девушка молчали. За них все говорили их глаза.
      - Я знаю ваше имя, Юлия, пусть это Вас не удивляет! - заговорил Диктатор вновь. - Я так же знаю, что вы та, о которой я мечтал всю жизнь. Я до сих пор отказываюсь верить в свое счастье и свершение мечты. Не надо, ничего не говорите. И даже не смейте за что либо меня благодарить.
      Нерей на время потерял дар речи, не в силах оторвать свой взор от бирюзовой бездны глаз прекрасной Нереиды.
      - Увы, нам суждено в сей час расстаться, - с дрожью в голосе продолжил он свой монолог. - Но я клянусь! Клянусь любовью Посейдона к Клейто! Клянусь Вам в том, что разлука наша не продлится слишком долго. Я обязательно! Вернусь с Победой и в лучах Триумфа. Вернусь, чтобы припасть к Вашим ногам, моя богиня!
      - Нет, что, Вы, я не подобной чести не достойна, мой повелитель, - смущенно попыталась возразить Царю "богиня".
      - Ну, это уже мне решать! Молчите, - жестко, но вежливо, прервал ее Нерей.
      Его ладонь непроизвольно заскользила по ее рубиновым губам.
      - Все, мне пора, меня ждут в нетерпении легионы, - произнес он на прощание.
      Не в силах боле сдерживать себя, Диктатор резко отвернулся и устремился прочь из комнаты царицы.
      Его душили слезы, но он был воин и стыдился малодушия. Он жаждал и горел желанием никуда не уходить, но в него поверили Цари и верные ему легионеры. А их предать он был не в праве.
      Он знал, что оказавшись далеко от дома, он оставляет свою гостью без присмотра и своей защиты. Но поступить иначе он не мог.
      Покой и прежняя уверенность в себе вернулись в сердце юноши не скоро.
      Выйдя из дворца, он подозвал к себе охрану и холодно, надменно произнес:
      - Я, Царь Священной Атлантиды Евэмон, должен, к сожалению, покинуть свой дворец... И оставляю вам на попечение ту, за жизнь и счастье которой я готов сразиться даже с богом. Вам надлежит ее беречь как зеницу ока. Тот, кто причинит ей вред иль беспокойство пусть не ждет пощады.
      Царь вновь одел на голову свой царский шлем и жестом подозвал к себе одну из амазонок. Склонившись к ее уху он отдал последнее, известной лишь ей одной, распоряжение.
      Та понимающе кивнула и помогла Диктатору взобраться на платформу колесницы.
      Встав за спиной у Пана и бросив грустный взгляд на стены своего дворца, Диктатор жестом приказал вознице трогать.
      Боевая колесница вздрогнула и, поднимая тучи пыли, понеслась.
      Однако не проехав даже стадий, Царь Евэмон вдруг приказал вознице придержать поводья. Тот резко дернул вожжи на себя, кони взвились на дыбы и колесница замерла на месте.
      Нерей поспешно обернулся. Казалось, он чего-то ждал.
      - Что, что-нибудь случилось, благородный Царь? - первым пришел в себя Тритон и устремился к царской колеснице.
      Но не успел сделать даже шага, как в воздухе раздался странный свист. Жрец неуклюже спотыкнулся, вскинул к небу руки и обречено рухнул в дорожную пыль.
      Две стрелы, сверкая благородным блеском орихалка, торчали из его спины.
      Еще через мгновение, к корчившемуся в предсмертных муках телу подоспели амазонки и помогли жрецу избавиться от мук.
      - Это так ... На всякий случай, мой благородный и наивный друг Тритон, - процедил Нерей сквозь зубы и злорадно усмехнулся.
       Колесница вновь рванулась с места и очень скоро оказалась у восточных Врат столицы.
      Там, за воротами, Нерея ждал нелегкий и сопряженный со смертельным риском путь. Путь в горы. К лагерям атлантских легионов.
      Путь к страшным и лишенным чувства меры схваткам и боям.
      Но Царя Священной Атлантиды Евэмона, быть может, первый и последний в жизни раз, не прельщали Слава и Триумфы.
      Он с грустью и отчаянием покидал столицу, свой дворец и ту, которую он там оставил.
      Это было только начало. Начало большого пути. И только боги твердо знали, когда и где закончиться сей путь.
      
      
      Глава седьмая
      Изумрудный Прибой незнакомого моря.
      
      Прошло чуть более недели с того момента, как Нерей покинул древнюю столицу Атлантиды - Посейдонис.
      Позади уже была Великая равнина, гряда Скалистых гор, воспринимаемая с моря как Трезубец Посейдона, и Священная Долина мертвых и теней.
      Впереди была граница.
      Граница царской власти и земель Священной Атлантиды.
      Там, за краем Атлантиды, начиналась Дикая Страна, где не было Атлантских городов и дивных храмов. Где не было каналов и ухоженных полей. Где в царстве неприступных скал, каньонов и ущелий извечно жили племена пеласгов и воинственные фобы.
      Когда-то, на заре возникновения Священной Атлантиды, пеласги тоже жили на равнине. Их города и скромные селения соседствовали с городами и поселками атлантов.
      И это соседство было вполне мирным и приемлемым для обеих сторон.
      Но в Эпоху Смутных Войн и грозного Правителя Тимея пеласги неожиданно восстали против царской власти и правителей Священной Атлантиды.
      Восстание жестоко подавили, города пеласгов разрушили, а пленных обратили в рабство.
      Кто уцелел и избежал позорного пленения - ушли на северо-восток и более о них никто не слышал.
      Другое дело, были фобы - исконные хозяева Скалистых Гор.
      Они имели пепельную кожу, чуть желтоватые глаза и грубые черты лица. Они не были знакомы с языком атлантов. Они вели кочевнический образ жизни, ходили в шкурах и не строили из камня городов. Они были воинственны, жестоки и не ведали законов. Они крушили все и вся, что им казалось незнакомым. Их бесконечные и нацеленные лишь на откровенный грабеж и насилие набеги держали в страхе города и форпосты атлантов.
      
      Сумрачное Солнце уже почти зашло, когда Нерей и его свита достигли наконец Ущелья Белых Змей.
      Атлантский лагерь выглядел пустынно.
      Только тени часовых лишь изредка мелькали в сумраке у вышек и сколоченной из дерева ограды.
      Окруженный кавалькадой всадников, Диктатор въехал в лагерь своих войск и торопливо соскочил на землю с царской колесницы.
      - Мы рады твоему прибытию, Диктатор, - почтительно приветствовал его Верховный Жрец и верные ему легаты.
      Нерей кивнул, небрежно вскинул руку в "отдания" чести и, отдав распоряжение слугам разбивать свой походной шатер, направился к палатке Штаба и святилища Ареса.
      Несмотря на поздний час, в палатке Штаба было многолюдно. Все терпеливо ждали появления Нерея и Верховного Жреца.
      Нерей уверенно откинул серебристый полог и вошел.
      Штаб был устроен пышно, но со вкусом.
      В самом его центе располагался хорошо знакомый Нерею Черный куб и жертвенный треножник. Чуть в глубине, в мерцании тусклых ламп и свеч, был водружен огромный стол, заваленный дощечками приказов, подробной картой местности и свитками с отчетами разведки.
      Диктатор холодно приветствовал жрецов и командиров легионов, прошел к столу и царственно уселся во главе стола.
      - Все рады твоему прибытию, Диктатор, - вновь повторил свое приветствие Верховный жрец. - Легионы смогут выступить в поход хоть завтра, ты только прикажи! Решением Царей смотр твоей армии пройдет в реальном боевом походе. Ты в это посвящен, я знаю. Но, я склонен полагать, что ты довольно смутно представляешь цели и задачи предстоящего похода. Я прав, не так ли, благородный Царь?!
      - Пожалуй, ты читаешь мои мысли, жрец, - с готовностью кивнул Диктатор.
      - Что ж, прежде чем откроешь ты Совет своих легатов, уважаемый Диктатор, я постараюсь донести тебе все то, что ты имеешь право знать, - продолжил свою речь Верховный жрец. - Начну с того, что верным твоей воле легионам оказана большая честь - освободить все северо-восточные районы Атлантиды от диких, необузданных племен. Туземцы и пеласги, о которых ты, наверное, наслышан, уже в течение столетий грабят и сжигают наши города. Они беспощадно убивают благородных атлантов, разрушают храмы и дома, угоняют в горы скот и презирают власть и все законы Атлантиды. Мы мирились с этим слишком долго. Терпению пришел конец. Нам надлежит под корень истребить все эти племена, разрушить их селения и навсегда восстановить закон и власть царей на северо-востоке Атлантиды.
      Три сотни лет назад твой благородный предок, уважаемый Диктатор, уже пытался это сделать. Его поход прошел вполне успешно. Атланты разгромили армии врага и нанесли болезненный урон. Но все же, предок твой, не смог тогда разбить противника по корень, смести с лица земли его селения и заставы. Волей богов, Царь Евэмон, был вынужден тогда остановиться. Остановиться здесь, в Ущелье Белых Змей.
      С тех пор минуло много лет. И дикари немного присмирели. Но так не сможет продолжаться вечно. К тому же армиям атлантов вскоре предстоит война врагом, возможно, более серьезным и опасным чем пеласги. Пеласги, я уверен, непреминут воспользоваться этим. Ты должен отвести подобную угрозу от своей земли. Да и нашим легионам это испытание лишь пойдет на пользу. Ты сможешь их к большой войне и вместе с тем разведать новые, доселе не известные атлантам земли и владения. А таковые за горами есть. Жрецам про то известно.
      Известно также нам и о безбрежном море Тетис. Тот, кто его найдет, заслужит славу и почет в веках.
      В палатке воцарилась мертвая и гнетущая сознание тишина.
      Каждый из членов Военного Совета тщательно обдумывал все им услышанное из уст Верховного Жреца.
      Между тем, жрец наклонился к самому уху Нерея и зашептал так тихо, чтобы его никто, кроме Диктатора не мог бы слышать:
      - Это еще не все, что я хотел сказать, мой благородный Царь. Ты в праве знать немного больше, чем другие. Ты поведешь в поход не 60, а 40 тысяч самых храбрых воинов Атлантиды. Тот, кто проявит себя лучшим в доблести и ратной Славе - должен будет стать одним из тех, кто отправится с тобой в мир эллинов и Золотого Солнца. Все остальные знать об этом не должны. Ты поведешь свое войско и отвечаешь за то, чтобы оно достигло таки морского прибоя и встретило там атлантский флот. Твой предок не дошел до моря совсем немного и повернул назад. Ты должен завершить им начатое, или даже больше! В этом состоит твоя задача. На самом деле, дикари нас беспокоят мало. Но об этом тоже никто, повторяю, никто кроме тебя не должен знать. Это единственный и самый надежный способ выбрать самых достойных и смелых. И избавится от трусов и лишенных силы воли солдат. Пусть все легионеры верят, что путь их не близок и никому не ведом. Что до моря Тетис очень далеко... Пусть они явят тебе в схватках и сражениях с дикарями не только свою доблесть, но и воинское мастерство. Только самые отважные из них не струсят и пойдут с тобой до конца. Другие посчитают, что вернуться, той дорогой что они пришли, куда уж проще, чем искать мифическое море. Благо у них будут еще силы и дикари не смогут оказать серьезного сопротивления. Помни это и безжалостно казни любого, кто тебя предаст, струсит или будет слаб. Иначе, там, в мире варваров - эллинов и Золотого Солнца, предатели тебя погубят и лишат победы. И еще. Ты должен будешь отобрать отряд, который будет предан только лишь тебе. Подобных воинов не должно быть более когорты. Ты должен знать их каждого в лицо. И каждый должен знать тебя. После окончания похода ты вместе с ними будешь посвящен в секреты Храма Сумрачного Солнца. Жрецы обучат вас тому, чего не знают даже боги. Вы станете подобны им и овладеете оружием, перед которым нет преград. Да сохранит в походе твою жизнь Владыка Океана Посейдон! Помни, Царь, твоих удачи, славы и триумфа тебя ждут в нетерпении земли предков и бескрайние просторы Ойкумены!
      - Да, но зачем все эти тайны, жрец? Я доверяю своим воинам, также как себе! - с недоумением в голосе вспылил Нерей.
      - Не торопи события, Диктатор! - с почтением парировал Верховный Жрец. - Наступит время, ты поймешь, как был я прав! Однако, мы, похоже, несколько заговорились. Ночь властвует над вовсю Атлантидой. Я смею предложить тебе перенести Совет на завтра. Да и тебе не помешало б отдохнуть! Вели своим легатам разойтись и продолжать готовиться к походу.
      Жрец был прав. Диск Сумрачного Солнца уже давно не освещал просторов Атлантиды.
      - Я думаю, что мы продолжим наш Совет позднее... Скажем, завтра, - произнес Диктатор громко, привставая с трона. - Все свободны. Немедленно проверить караулы и послать в дозор солдат. Мы на чужой земле и в праве ожидать со стороны врага коварства.
      Командиры легионов встали и безропотно исполнили приказ.
      Палатка Штаба быстро опустела.
      Только теперь, когда все, даже жрецы, растворились в ночной тишине и мраке, Нерей всецело убедился в том, что жрец был прав, столь дальновидно настояв на прекращение Совета.
      Диктатор ощущал смертельную усталость и жуткое стремление ко сну.
      И если бы не услужливые руки и внимание верных амазонок, Нерей бы так и рухнул замертво у самого порога Штаба. И спал бы там до самого утра.
      Сиренево-зеленые зарницы уже давно сверкали над Трезубцем Посейдона, когда носилки с юношей достигли царского шатра и плавно опустились возле его ложа.
      Амазонки торопливо скинули с него доспехи, подняли его тело на руках и опустили бережно на ложе.
      Затем одна из них, гремя доспехами и шлемом, проворно выскользнула вон из царского шатра и замерла на страже тела и покоя господина. Другие же, напротив, с нежностью и пылом склонилась над его челом и попыталась ласками привлечь его внимание.
      Но, грозный Царь и повелитель армий Атлантиды, был глух и безучастен к ним. Хотя сквозь сон и чувствовал их страстное дыхание.
      Нерей был в мыслях далеко отсюда.
      Ему казалось, что он снова в Орихалковой столице. В своем Дворце, в роскошной царской спальне, у ног своей столь нежной и прекрасной госпожи ...
      
      
      Сто двадцать семь раз огненный диск Сумрачного Солнца занимал свой трон с того момента, как войска атлантов выступили в поход и вошли Ущелье Белых Змей.
      За это время их ряды заметно поредели.
      Две первые недели славного похода дикари упорно избегали стычек с армией Священной Атлантиды. Более того, они почти без боя оставляли все свои извечные владения, пропахшие дерьмом и гнилью шалаши, стада овец и даже лошадей.
      Воодушевленная столь легкой победой армия сынов Посейдона миновала уже дюжину ущелий и каньонов, так ни разу не встретив противника на своем нелегком пути.
      Легаты и командиры конницы уже с большим трудом могли поддерживать порядок и спокойствие среди своих солдат.
      Так продолжалось до тех пор, пока перед войсками не возникла первая и ставшая чуть позже роковой преграда - каменистая пустыня, испещренная холмами и покрытая безжизненной травой.
      Вот тут-то все и началось.
      Успев продвинуться в пустыню на каких-то десять стадий, атланты тутже оказались в самой гуще схватки.
      С диким воем, гиканьем и свистом примитивных стрел на них обрушились бесчисленные орды.
      Врагов было много, много больше чем атлантов. Он вели себя без всяких правил: без боевого построения и мало-мальски четкой тактики и целей. В руках они сжимали нечто, лишь сродни с оружием: камни, колья, пращи из кожи диких тварей, деревянные дубинки и даже каменные топоры.
      И хотя атланты в первом же бою заставили противника нести огромные потери, праздновать победу легионы не спешили.
      Грязные, одетые в звериные шкуры фобы, с детства привыкшие добывать себе пропитание охотой и грабежом, оказались непростой задачей для атлантов.
      Каждый из фобов в отдельности чем-то походил на волка - одиночку - злого, хитрого, упрямого в своем стремлении воевать сам за себя и потому то был довольно сложно уязвим. К тому же каждый варвар с малолетства уже умел стрелять из лука и владеть дубиной. К тому же, их тяжелые, из "железного" дуба щиты служили им вполне приемлемой защитой. Их неимоверно длинные, но легкие и прочные, копья из кости приносили много неприятностей атлантам.
      У фобов было лишь одно уязвимое место - их полная беззащитность перед клинками и стальными копьями легионеров. Они прекрасно это понимали и потому старались не вступать с атлантами в серьезные сражения.
      Они коварно нападали на своих врагов - атлантов под покровом ночи.
      Подобно стаям саранчи они стремительно проносились по зыбучим пескам и барханам пустыни, наваливаясь всей толпой на плохо защищенные обозы, манипулы, отставшие от главных сил, конные дозоры и разведотряды. И тут же исчезали в тучах пыли песка, едва завидев издали ядро атлантских войск.
      Однако, очень скоро, дерзкие набеги дикарей необъяснимо и внезапно прекратились.
      Фобы как-то разом все исчезли, оставив воинов Диктатора в покое. Но только лишь до той поры, пока последний из солдат атлантов не оказался вновь перед зловещим чревом гор, каньонов и ущелий.
      И тут для армии Священной Атлантиды вдруг наступил ее Армагеддон.
      Фобы нападали беспрерывно, отрядами по двадцать - сорок человек, и истребляли по крупицам армию атлантов. Любая щель в скале, пещера, лаз - таили для солдат смертельную опасность. Остроги скал мгновенно превращались в крепость, а каждое зловонное селение - в мощнейший неприятельский редут.
      Схватки продолжались даже ночью, когда терявшие сознание от голода и напряжения атланты уже не в силах были различать врага.
      Легаты и начальник конницы атлантов с отчаянием и ужасом вели подсчет немыслимых потерь.
      К концу второго месяца похода и таких боев с врагом, Нерей был вынужден сменить систему и устройство верных Атлантиде армий.
      Он приказал немедленно отправить в тыл всю конницу и боевых слонов. Он снарядил из самых ловких конников летучие отряды. И теперь они как призраки носились по хребтам, стоявшим по краям ущелий. Он приказал обшить щитами боевые колесницы и выправить коням доспехи-панцири из кожи и металла. Он отобрал из копьеносцев самых ловких и отважных воинов, создал из них отряды "пионеров" и посылал теперь их загодя вперед. Для более надежного ведения разведки и для того, чтоб выбить дикарей из скал, пещер, расщелин и уступов. Он даже выдумал для армии - "вперед смотрящих".
      Он делал все, что только мог.
      Армия Диктатора стремительно меняла прежний вид и ставшей вдруг неуместным величие.
      Легионы, под прикрытием щитов и обшитых листовым металлом колесниц, слились в единого, сверкавшего на солнце медью, гада. И точно также, как змея, они ползли вперед по дну ущелья, пренебрегая каменным дождем и вражеским терпением.
      
       Шли дни. Армия атлантов упорно двигалась к заветной цели.
       Теперь уж дикари вели себя "примерно". И не особо досаждали легионам.
       Возможно, их, дикарей, осталось слишком мало. Возможно, они не хотели покидать своей Дикой Страны и Скалистых гор. А может быть, своим упорством и отвагой атланты их вынудили признать свое фиаско.
       Абсолютно точно это знали только боги.
      Нерея беспокоило другое. Мрачные, безжизненные горы и лишенные воды ущелья. Невыносимый зной пустыни и сотни лет назад истлевшая трава. Отсутствие воды, оазисов, животных...
      И никаких намеков на конец пути.
      Запасы продовольствия в обозах таяли как снег.
      Угроза голода и недостатка питьевой воды нависли над огромной армией атлантов.
      И даже Царь не знал, как долго это будет длиться.
      Большинство его солдат вели себя с достоинством и честью. Однако, жрец, оставшийся в долине у подножия гор, был прав, предупреждая юношу о том, что в этом мире всякое бывает.
      На исходе сто двадцатых суток, часть армии атлантов вдруг остановилась ... и самовольно повернула вспять.
      Ярости Нерея не было предела.
      Но он не мог, что либо предпринять. Он не хотел терять в бессмысленном бою остатки верных ему армий и, в кровь кусая от бессилия губы, позволил "отщепенцам" отступить.
      Он провожал их ненавистным взглядом, моля богов о страшной каре за измену.
      Он мало сомневался в том, что ожидало трусов и предателей в Священной Атлантиде. Тех, кто дойдет. Тех, кого великодушно пощадят оставшиеся фобы. Тех, кто не умрет в пустыне, не заблудится в каньонах, не рухнет в пропасть раскаленных скал ... Но самым неприятным для Нерея было то, что верховодил армией, его предавшей, благородный, царского происхождения легат. Он прежде был всегда прилежным и умелым воином. Нерей безмерно доверял ему. Он даже сделал из него начальника бесстрашных "пионеров". И вот, он первым его предал. Почему? Зачем? И как?
      В сердцах швырнув об землю жезл верховной власти, Нерей в отчаянии набросился на камни. Он бил по ним мечом, пинал ногами и проклинал, как только мог.
      Диктатор был собой недоволен.
      Хотя и выполнил как мог все то, что обещал жрецам, царям и благородному народу Атлантиды. Но все же, он был предан. Предан теми, кому так доверял. И если бы не миссия, возложенная на Царя жрецами Сумрачного Солнца, Нерей готов бы был сам отдать себя во власть Аида.
      Однако, пять сотен самых доблестных атлантов уже носили в его армии едва приметный знак - иссиня-черную повязку на шлеме. И только сам Диктатор знал об истинной цене подобного отличия. Другие же - центурионы и легаты - считали эти ленты прихотью Царя. Его не более чем личной наградой. Признанием их ратной доблести и славы. В общем то, все так оно и было ...
      - Мой Диктатор, позволь прервать твои печальные раздумья, - раздался за спиной Царя ликующий и страстный возглас Адъютанта. - Мы дошли до цели! Наши конные разъезды и дозоры доносят мне о том, что впереди нас море! Море Тетис! И к тому же, несколько "впередсмотрящих " заметили на море корабли. Возможно это враг?! Какие будут Ваши приказания, Диктатор? Армия твоя готова к новой схватке и победе ...
      - Что ж, Верховный Жрец меня не обманул, - чуть слышно подытожил Царь и громко приказал своим легатам. - Отставить панику! Пред нами Флот Священной Атлантиды! Без страха и сомнения выводите легионы к морю. И готовьте их к погрузке на триеры! Нас ждет с триумфом Посейдонис! И мы не в праве обмануть его надежд!
      Легионы встретили его слова с восторгом, трижды прокричав Диктатору "Ура!"57 и громко бряцая оружием.
      Нерей "отдал им честь" по царски сдержанно и чуточку небрежно.
      Вновь обернувшись к Адъютанту Царь вдруг запнулся и застыл на полуслове.
      " Как жрецы узнали, о том что армия моя достигла побережья? Верховный жрец не мог предполагать, что их поход затянется так долго?! Так значит, эти корабли ..." - сверкнула молнией в его сознании тревожная догадка.
      - Жрецам всегда и все известно, благородный Царь, - раздался за его спиной знакомый голос.
      Нерей мгновенно обернулся и по привычке выхватил из ножен царский меч.
      Но то что он увидел, заставило его окаменеть от ужаса и искреннего удивления. Лицо его покрылось мраморной маской смерти, глаза расширились и сердце замерло в груди.
      Перед ним стоял воскресший и восставший из страны Аида жрец - Тритон. Он пристально смотрел в глаза Нерея и, казалось, улыбался.
      - Ты удивлен, мой повелитель? - невозмутимо произнес "призрак" в лицо оцепеневшему Царю. - Ты еще мало знаешь о возможностях Жрецов. Особенно жрецов-советников и Сумрачного Солнца. Однако, очень скоро ты должен будешь стать таким как мы. И даже лучше. А пока, не медли. Вечный Город ждет тебя и армию твою с Триумфом. Поспеши, мой благородный Царь, найти себе и негу и покой в лучах заслуженной тобой Славы. Но, смотри, не забывай о том, что армию твою все еще ждет самый главный для нее поход. Прах наших предков и руины прежних городов - взывают к отмщению.
      Жрец замолчал и сделал шаг по направлению к Нерею.
      Царь поспешил отпрянуть в сторону, давая "призраку" дорогу. Но это было лишним. Жрец сделал шаг, другой и ... неожиданно исчез, оставив юношу в недоумении.
      - Флагман Флота Атлантиды уже достиг прибрежной полосы, Диктатор, - раздался громкий голос Адъютанта. - Остальные силы флота тоже на подходе.
      Нерей растерянно взглянул в его глаза и чуть пространно произнес: - Готовьте армию к погрузке на суда. Причем немедленно и быстро. Курс флоту - Трезубец Посейдона и Лазурный порт Столицы Атлантиды. И ...
      Нерей запнулся, не закончив фразы. Взгляд Царя упал на меч, смотревшийся в его руках в сию минуту глупо и нелепо.
      Диктатор сделал взмах рукой и с силой вонзил клинок в песок, хрустящий под его ногами.
      - Все, конец походу! - произнес он громко.- Пусть этот царский меч здесь останется навечно! В память о моем походе и заслуженном в боях Триумфе. Пусть он достанется тому, кто сможет повторить все то, что сделал я и армия Священной Атлантиды!
      Нерей взмахнул рукой, приказывая Адъютанту и легатам донести его слова до конницы и верных Атлантиде легионов.
      Те бросились ретиво исполнять его приказ.
      Царь проводил их взглядом и с легкой грустью в голосе добавил:
      - Мой меч, о боги, конечно очень ценный приз для тех, кто жаждет Славы и Триумфа. Но будет еще лучше, если он не достанется никому ...
      
      Глава восьмая
      Терновый Венец Победителя .
      
      Лазурный Порт Посейдониса отличался от всех остальных его морских ворот своей непревзойденной красотой, величием и поистине грандиозными размерами.
      Именно из этой гавани огромная полуторатысячная флотилия боевых триер атлантов уходила в походы. И именно здесь, у длинного, уходящего на добрые два стадия в море пирса усталые воины и моряки вновь вступали на твердую землю, возвращаясь с победой домой.
      
      Большая часть атлантского флота еще даже не успела войти в Бухту Амфитриты, когда увенчанный боевыми знаменами и золотой статуей Ареса царский Флагман пришвартовался к самой крайней оконечности пирса в Лазурном Порту.
      Диктатор в окружении легатов, центурионов и жрецов, как и положено, сошел на берег первым. И под протяжное визжание труб и барабанный бой направился к толпе.
      Тысячи жителей Посейдониса встречали Диктатора у Главных Врат и залитым сиянием меди стен столицы.
      Они кричали в его адрес дифирамбы, бросали ему под ноги цветы и лавровые ветки, жадно ловили взглядом каждый его жест и каждое слово.
      Огромных размеров Триумфальная Арка, возведенная самыми искусными мастерами Атлантиды к прибытию эскадры, ослепительно сверкала и переливалась всеми цветами радуги в лучах Сумрачного Солнца.
      Нерей, как в прекрасном и волнующем сне, приблизился к Арке и с трепетом в сердце вступил в ее божественную тень.
      Толпы благородных атлантов вновь взорвались ураганом восторженных возгласов и криков.
      Каждый из них, что было сил, старался продраться сквозь толпу и первым прикоснуться к пыльным и обагренным запекшейся кровью доспехам воинов Царя. Чтобы целый год потом быть у Фортуны фаворитом и не бояться гнева и немилости богов.
      Диктатор царственно прошествовал по улицам столицы, приветствуя сограждан поднятой над головой рукой.
       Он не заметил как прошел с триумфом Нижний город и перед ним возникла Оловянная Стена.
       Поспешно миновав шеренгу царских копьеносцев, Диктатор армии вскочил на колесницу и, вырвав у возничего поводья, что есть сил прошелся плетью по загривкам благородных жеребцов.
      Уставшие от гомона толпы и солнечного жара кони сорвались с места и помчали к Славе и Почету грозного Царя.
      Чарующие красотой каскадные сады, гимнасии, гигантский ипподром, дворцы и загородные виллы знати стремительно и смутно проносились мимо колесницы.
      Нерей с восторгом провожал их взглядом и в нетерпении подстегивал коней.
      Еще немного, и пейзаж сменился новой - Орихалковой - стеной и Вторым из трех больших Каналов Атлантиды.
      Перед Нереем вспыхнуло огнистое блистание. Жара сменилась томной негой. Воздух посвежел и приобрел привычный - нежный аромат...
      Нерей чуть придержал коней и въехал не спеша на мост Царя Священной Атлантиды Евэмона.
      Ему на встречу бросилась дворцовая охрана и жрецы.
      Узнав в Нерее Царскую особу, они почтительно склонились на колени перед ним и поспешили уступить дорогу.
      Нерей вначале даже не обратил на них серьезного внимания и вновь пустил в галоп своих коней.
      Но тут, один из копьеносцев вдруг вскочил и бросился навстречу царской колеснице. В его руках сверкнуло что-то... Незнакомец встрепенулся и что было сил швырнул под ноги черных царских жеребцов горсть странных шариков из незнакомого Царю металла.
      Кони тут же взвились на дыбы. Повозка хрустнула и с грохотом рассыпалась на части.
      Нерей не понял то, что с ним произошло.
      - Все, боги ждут меня с визитом?! - молнией вонзилась в его душу мысль. - Все кончено. Я вскоре встречусь с Кербером, Хароном и Аидом 58.
      Нерей закрыл глаза и приготовился услышать шум от крыльев грозного Таната 59.
      Однако время шло, а он был жив.
      К тому же, цел и невредим. Вот только странное, столь непривычное и потому пугающее чувство сковало его мысли, чувство, волю...
      
      
      Невыносимый холод и чудовищная сырость до самых костей пронизывали тело Царя.
      И даже закаленный в жестоких боях и суровых походах Диктатор был перед ними бессилен. Он постыдно дрожал и стучал от холода зубами.
      Нерей решительно приподнялся с пола и сел.
      Вокруг не было ни души.
      Только мрачные серые стены, густо покрытые древними письменами, черные колонны и легкий искрящийся полумрак.
      - Я рад, что ты так быстро пришел в себя, мой благородный царь! - обрушился на барабанные перепонки Нерея голос Верховного Жреца. - Теперь ты в полной безопасности, Диктатор, и среди своих друзей.
      - А разве до этого мне что-то или кто-то угрожал? - в сердцах огрызнулся Нерей.
      - Боюсь, что да, мой повелитель! - с сочувствием ответил невидимый Нерею жрец.- Тебя, Царя Священной Атлантиды Евэмона, пытались убить подосланные твоим братом - Амфереем люди. Еще немного и мои жрецы могли бы опоздать. Тогда бы Атлантида была б обречена. Обречена на траур в память о тебе, Триумфатор... Вот, взгляни!
      Жрец выступил из мрака и, протянув к Нерею руку и разжав ладонь, швырнул к его ногам две дюжины таинственных шаров с огромными и прочными шипами.
      - Это страшное и поистине безотказное оружие, Диктатор, - равнодушно пояснил Верховный Жрец. - Горсть этих милых шариков, попавшая под ноги лошадей, без сомнения, означает смерть для возницы и пассажира колесницы. А два десятка стрел, которые ты даже не заметил, служили для того, чтоб облегчить твои мучения и боль. Вот видишь, благородный Царь, признание и слава не всегда полезны!
      - Но почему, жрец, - тщетно пытаясь сдержать свою ярость, воскликнул Царь. - Почему Царь Амферей меня так ненавидит? Что даже пожелал меня убить!? Что я такого сделал? Чем вызвана его ко мне немилость?
      - Твоим Триумфом, мой Диктатор! И твоею Славой! - бесцеремонно перебил Нерея Жрец. - Ты теперь герой для славного народа Атлантиды! И обожаемый Диктатор для солдат. Цари Священной Атлантиды искренне тебя боятся. И Амферею удалось их убедить, что твоя слава, опыт боевых походов, преданность тебе священных легионов и покровительство жрецов однажды разожгут в тебе желанье Власти. Полной власти над страной. Ты слишком независим, юн, умен, отважен и удачлив, чтоб стать Триумфатором на зависть всем другим Царям. Ты дерзко оказался Первым среди равных и этим перешел дорогу всем! Царю Атланту - тоже....
      Жрец замолчал и после паузы добавил:
      - Да, и еще ... Та девушка, которую ты спас на Торжествах Владыки Посейдона ... Это было уже слишком. Она поистине прекрасна, и каждый из Царей, поверь мне, был бы рад назвать ее своей женой. Иль на худой конец - рабыней. А ты их всех опередил ... и этим подписал ей смертный приговор.
      - Юлия?! Любовь моя! - встревожено воскликнул Царь. - Где она? Что с нею сделали Цари?
      - Она исчезла, мой Диктатор, - без особого энтузиазма ответил Нерею Верховный Жрец. - И даже я, Жрец Сумрачного Солнца, которому подвластен этот мир, увы, не в состоянии узнать что с нею стало. Мужайся, благородный Царь. Уж коли девушка мертва, то мы уже не в силах ей помочь. А если нет - то для врагов твоих она недостижима так же, как для нас. Мы можем только ждать. Ждать от богов знамений и дальнейшего развития событий.
      - Что ж, благородный Жрец, - процедил Нерей сквозь зубы. - За то, что сохранил мне жизнь, тебе я благодарен. А теперь, я бы хотел вернуться в свой Дворец и самолично разобраться с теми, кто решил назвать себя моим врагом. Пусть в этом споре главным аргументом станет мой клинок, поруганная честь и ратное умение.
      - Нет, ты этого не должен делать, мой Диктатор, - осадил горячий пыл Нерея Жрец. - Еще не наступило время. Ты в праве ненавидеть своих братьев, внезапно превратившихся в твоих врагов. Однако, будет лучше, если ты для них пока что будешь мертв. Мои жрецы не зря оставили в живых убийц, подбросили в Канал бездыханное тело двойника Царя Священной Атлантиды Евэмона и этим всех заставили поверить в твою гибель. Только Царь Атлант - один лишь в курсе всех событий. Ничто не в состоянии изменить в его душе симпатии к тебе. Он знает что ты жив и знает где ты. Он сам мне приказал тебя доставить в этот храм и запретную для всех Долину мертвых и теней. Ведь ты пока еще Диктатор! Не забывай об этом, благородный Царь ...
      Жрец поманил Нерея за собой.
      Царь неуверенно расправил плеча, спрыгнул на пол с жесткого как камень лежака и поспешил покинуть свою мрачную обитель.
       Они прошли с полдюжины залитых тусклым светом коридоров. Пока не вышли вдруг на белый свет и оказались посреди укрытого в горах ущелья.
      - Вот, взгляни, - вытягивая руку пред собой, потребовал Верховный Жрец. - Видишь сей военный лагерь?! Это верные тебе пятьсот легионеров. И все они ждут тебя, своего полководца. Они хотят, чтобы ты повел их бой на варваров - эллинов.
      Царь громко фыркнул, чуть прикрыл рукой глаза и, следуя желанию жреца, бросил взгляд по сторонам.
      Пред ним возникли горы, Солнце, снег и ... чей-то хорошо спланированный лагерь.
      Ряды приземистых палаток составляли строгий круг. Туда-сюда сновали воины в орихалковых доспехах и сверкающих орнаментом плащах. Кони громко ржали и раздавался лязг металла об металл.
      Громкий и восторженный возглас пронесся над Долиной мертвых и теней, когда солдаты вдруг увидели Нерея.
      Царь поспешил навстречу к ним, совсем забыв про все приличия и про невесть куда пропавшего жреца.
      Весь остаток дня Нерей провел в кругу друзей и преданных ему легатов.
      И только к вечеру, отдав распоряжение всем сотникам с рассветом быть готовыми к Совету, Диктатор, наконец, решился отдохнуть.
      С трудом добравшись до своей палатки, он рухнул на кровать ... но так и не смог уснуть.
      Он вспомнил про свою богиню и ... заскрипел в отчаянии зубами.
      Казалось, боги отвернулись от него. И если бы не долг и эти верные ему легионеры, Нерей готов бы был вонзить себе в живот клинок и добровольно оказаться в царстве мрачного Аида.
      - Мой Повелитель, - ворвался в его мысли мягкий женский голос. - Это вы? Вы живы?! Я так рада, я так рада...
      Царь обернулся, собираясь покарать того, кто дерзнул вдруг его покой нарушить.
      Но, почему то побледнел и резко изменил свое решение.
      - Моя верная и гордая Этон?! - вместо брани, произнес он с удивлением. - Как, ты тоже здесь?
      - О, да, мой повелитель, - взволнованно ответила она. - Я загнала трех лошадей, чтоб оказаться рядом с вами и припасть к ногам. Вся Атлантида в трауре, безумном горе и печали. Все искренне оплакивают Вас, владыка. Убийц, коварно и бессовестно поднявших на вас руку, уже давно казнили. Но никто не знает, кто к вам их подослал. Все, особенно Царь Амферей, уверено разносят слухи, что ваша гибель - дело рук поверженных и покоренных вами дикарей. Что это дикие пеласги и злопамятные фобы отомстили вам за свой позор и поражение. Жрецы же Сумрачного Солнца объявили ваше царство их владением. До той поры пока не подрастет ваш сын - наследник грозного царя Священной Атлантиды Евэмона. Они...
      - Да провались они под землю вместе с моим царством и священным троном, - вскипел от нетерпения Нерей, грубо сжав руками плечи амазонки, и грозно продолжал допрос. - Что мой Дворец: А Юлия ... что с нею? Что случилось с ней, пока я был в походе. Отвечай, презренная, не медли. Жизнь твоя висит на волоске!
      - Мой повелитель, - пролепетала девушка, от страха затаив дыхание и сильно побледнев. - Как только вы отправились в поход, ваш брат, Царь Амферей, тотчас же заявил народу и Царям о том, что девушка была отобрана у Посейдона незаконно. Что вы нарушили весь ритуал Торжеств и волю Посейдона. Что взяли эту нереиду силой и держите ее в своем Дворце как пленницу - рабыню. И кое-кто из ваших братьев, подтвердил его слова. И то, что между вами с Амфереем был раздор и ссора. И то, что вы нарушили закон и принятый обычай ... Только Царь Атлант во все это так и не поверил. И сделал все, чтоб Ваша Юлия не оказалась во власти Амферея и жрецов.
      - Тогда Ваш брат, Царь Амферей, - продолжала амазонка, размазывая слезы по щекам, - задумал захватить возлюбленную вашу силой. И как-то ночью с дюжиной своих головорезов напал на ваш дворец и учинил разбой. Нам удалось отбить его атаки, но многие из ваших слуг и личной гвардии погибли. Из верных ваших амазонок в живых осталась только я. Но все же мы не отдали им в руки нашей госпожи. И, вскоре подоспевшие на помощь нам гвардейцы разбили нападавших в пух и прах.
      Тогда, Царь Амферей, поняв что он не в силах овладеть любовью и прекрасным телом нашей госпожи, задумал умертвить ее. Чтоб отомстить и вам, и ей, и вашим с нею отношениям.
      Царь Амферей смог подкупить всех новых слуг и гордых амазонок, которых направил к Вам Совет Царей взамен погибших в тех кошмарных беспорядках. Над головой нашей госпожи вновь сгустились тучи и смертельная угроза. Мы, оставшиеся верные вам слуги и охрана, увы, уже не в силах были уберечь ее от руки наемного убийцы или кубка с ядом. А вы же были слишком далеко. К тому же все считали Вас погибшим - так передал ваш полководец и легат Эсхилл, вернувшийся с остатком армии в столицу. И тут случилось чудо...
      Нерей сидел на устланном коврами и травой полу своей палатки, уткнувшись головой в колени и вслушиваясь в каждое из слов, произнесенных Этон.
      Он был смертельно бледен и с трудом удерживал дыхание.
      - Да, да, чудо из чудес, - не унималась амазонка. - Оно случилось через день, с того момента, как презренные подручные Царя Амферея учинили разгром и насилие в вашем Дворце. Госпожа еще спала, когда в ваших покоях неожиданно появилась серебристая фигура бога. Он беспрепятственно прошел по коридорам вашего дворца, пока не оказался рядом с ложем госпожи. Затем он силой воли приподнял ее с кровати, подвел к окну и ... вместе с ней исчез. Больше мы не видели ни госпожу, ни бога ...
      В палатке воцарилась тишина. Нерей был поражен рассказом амазонки.
      - Ты можешь быть пока свободна, - наконец промолвил он, сжимая кулаки до боли. - Ты не исполнила приказ. И плохо защищала госпожу. Но все же, я дарую тебе жизнь и право быть при мне. А теперь оставь меня, я хочу побыть один ...
      Амазонка в спешке поклонилась и быстро выскользнула вон.
      Протяжный и нудный сигнал трубы, провозгласивший лагерю "отбой", заставил амазонку вздрогнуть и укутаться в спасительную ткань походного плаща.
      Светлая, подернутая сизой дымкой ночь заскользила по вершинам гор и быстро заполняла сумраком ущелье.
       Безмолвие, покой и тишина проникли и пленили лагерь армии атлантов.
      
      Глава девятая .
      Армия Непобедимых .
      Две недели, проведенные в Долине мертвых и теней, показались Нерею невыносимым, хотя и чрезвычайно увлекательным, адом.
      Шаг за шагом перед Диктатором открывались самые сокровенные тайны жрецов и верных служителей Посейдона.
      Трудно в двух словах перечислить все то, что стало доступным и вполне привычным для его легионеров.
      Они научились проникать в чужое сознание и память. Вселять в других животный страх и собственное "я". Смотреть на мир глазами каждого из смертных и чувствовать его таким, каким он виден был бы им самим. Быть бестелесными тенями и силой воле снова превращаться в плоть.
      Полчища врагов теперь казались "посвященным" безобидным стадом. Их колесницы и слоны - игрушками и детской забавой. Бойницы крепостей и водяные рвы - наивной шалостью сознания и стихии.
      Однако, на исходе тринадцатых суток учений, Верховный Жрец неожиданно попросил Нерея собрать всех его командиров и торжественно назвал их Армией Непобедимых.
      
      Верховный Жрец дождался окончания общей суматохи и громко обратился к воинам и Царю:
      - Воины Атлантиды! Внемлите моим словами! Моими устами вещает сам Владыка - Посейдон!
      Мертвая тишина мгновенно окутала палатку Штаба и замерших в оцепенении атлантов.
      - Вам, войнам Армии Непобедимых, выпала великая честь, - между тем продолжал декларировать Жрец. - Каждый из вас достойно проявил себя в бою и тяготах военной службы. Теперь, когда нам, жрецам Сумрачного Солнца, удалось наделить вас к тому же и Великими Знаниями, вы готовы к новому походу. Вновь настало время испытать вашу доблесть и ратное умение.
       Жрец на минуту замолчал и пристально вгляделся в лица всех, кто вынужден его был слушать.
      - Начну с описания тех, с кем вам прийдется иметь дело в предстоящей войне, - вновь заговорил он под одобрительное молчание легионеров. - Много тысячелетий назад гнусным эллинам удалось, конечно, не без помощи коварства и обмана, одержать победу в схватке с армией Священной Атлантиды. С тех пор они владеют миром, который прежде подчинялся нам. Они разрушили все наши поселения, города и храмы. Они жестоко истребили наших колонистов и все союзные атлантам племена. Они заставили своих жрецов забыть про наш язык, культуру, письменность, законы, нравы. Они постарались сделать все, чтоб память о Священной Атлантиде превратилась в миф. Однако, им на горе, Атлантида уцелела. Хотя ее народ и изгнан был из мира, бывшего ему родным. И вот настал момент, когда мы можем вновь вернуться в Ойкумену и отомстить врагу за унижение и позор.
      Жрец перевел дыхание, прежде чем закончить свою восторженную речь.
      - Но..., - жрец чуть замешкался, но тут же попытался все исправить.- Дело в том, что мир, который озаряет золотое Солнце, сильно изменился со времен Великой Катастрофы. Он был для нас недосягаем. И эллины обрели в нем небывалые могущество и власть. Они презрели покровительство богов. Они заставили служить себе "исчадия Аида" - механизмы. Построили чудовищные города из необычно прочной глины (кирпич - Прим. авт.), серебристого металла (алюминий - Прим. авт.), серого известняка (бетон - Прим. авт.) и странного блестящего материала (тонированное стекло - Прим. авт.). Они создали кровожадных и лишенных перьев птиц, терзающих со свистом и урчанием небо, стальные корабли без парусов и весел, смрадно дышащие колесницы из металла. Они пытались даже бросить вызов Солнцу - освободив из недр Тартара страшное чудовище - Тифона 60(ядерные испытания - Прим. авт.). Они достигли небывалой дерзости и силы. Даже боги не всегда способны с ними совладать, Хотя и люто ненавидят их... И вы, легионеры Атлантиды - их, богов, последняя надежда. Они вложили в ваши руки все, чем из покон веков владеют сами. И вы не вправе этим пренебречь!
      Сделав ударение на последней фразе, Жрец замолчал и жестом дал понять атлантам то, что более он говорить не будет.
      - Что ж, - сдержанно подытожил его речь Нерей.- То, о чем ты нам поведал, жрец, чрезвычайно интересно. Я думаю, мои легионеры не способны обмануть твоих надежд. Уж, коль нам покровительствуют боги, то действительно - пора в поход. Однако уже слишком поздно, чтобы начинать его сейчас. Пусть мои люди отдохнут, обдумают все то, что ты сказал, и в точности передадут твои слова солдатам. И, скажем, послезавтра, с первыми лучами Солнца, мы выступим в поход?!
      Верховный Жрец кивнул и, юноша отдал распоряжение легатам расходится.
      Диктатор тоже собирался выйти вон, когда Верховный Жрец его остановил и жестом предложил остаться.
      - Благородный Царь Священной Атлантиды, - обратился он в полголоса к Нерею, когда они остались лишь вдвоем. - Продолжим наш Совет ...
      - Но, благородный жрец, - попытался возразить Нерей. - Ты же все сказал?! Что можно к этому еще добавить?
      - Ты слишком молод и горяч, Диктатор, - тут же осадил его Верховный Жрец. - Я сказал очень много. Но отнюдь - не все. Не считай только это коварством с моей стороны. Ты еще слишком плохо знаешь людей. И слишком сильно им доверяешь. Вспомни о своей возлюбленной ... как с ней поступили самые благородные и близкие тебе атланты?
      Нерей вскочил на ноги от такого дерзкого намека, вскипел от ярости и негодования, но все же не решился броситься с мечом на наглеца.
      - Вижу, вижу, ты меня прекрасно понял, - с наигранным спокойствием продолжал дразнить Диктатора Верховный жрец. - Но об этом после. Теперь же - об эллинах. Они действительно добились слишком многого, чтоб относится к ним с пренебрежением. Я не сказал об этом твоим воинам потому, что их сердца должны быть полными отвагой, доблестью и верой. Страх и сомнение не должны коснуться их. Но тебе, Диктатору и благородному Царю, скажу. Война с эллинами не будет легким делом. Даже, несмотря на то, чему мы вас, по воле Посейдона, научили ...
      - Что ты хочешь этим сказать, Верховный Жрец? - недоуменно вскинул брови Царь.- Что, неужели у противника все еще остался шанс над нами одержать победу?
      - Пожалуй, это так! - развел руками жрец.- Более того, возможно даже, что они почти непобедимы. Но только почти. Запомни, благородный Царь, даже у богов есть слабости и "ахиллесова пята "61! Даже они иногда не в силах совладать с коварством, хитростью и вероломством. А эллины пока еще не боги. Они лишь люди, бросившие вызов Небесам и нашему могущественному богу - Посейдону! Вот в этом-то и кроется твой шанс на то, чтоб сокрушить их армию и грозные машины.
      - Я об этом не подумал, Жрец, - кусая губы в кровь, пробормотал в задумчивости Царь. - Я не воспринял твой рассказ об адских механизмах варваров всерьез. Я посчитал твои слова, ну, скажем, небольшим преувеличением. Это в корне меняет дело. Мы все время готовились воевать против живых людей, но не машин?! Как же мы сможем их победить? Ведь они, наверное, тоже умеют нападать и защищаться?
      - Ты прав, диктатор, абсолютно прав! - поспешно подтвердил Верховный Жрец.- Машины сделали эллинов равными богам. Но, в тоже время, именно машины как раз и есть их "ахиллесова пята ". Да, конечно, многие из них, машин, неуязвимы. Но только для других машин! А не таких людей, как ты. Ведь управляют то машинами опять же люди, а они все смертны. И к тому же, воины твои в сравнении с ними боги. Ты и твои солдаты способны без особого труда подчинить своей воле и уничтожить любого из них. Запомни, благородный Царь, любая самая могущественная армия с идеальной дисциплиной и прекрасным оружием способна победить только такую же, как она сама, армию. И абсолютно бессильна перед горсткой убежденных в своей победе храбрецов. К тому же наделенных сверхъестественными способностями и небывалым оружием. Вспомни свой прошлый боевой поход на дикарей. Твоя армия вначале была перед ними бессильна, хотя и во сто крат лучше их организована и вооружена. Я тебе расскажу небольшую притчу про самого могучего и сильного из зверей - слона. Никто и никогда не способен сравниться с ним в величии и силе. Все другие звери по первому же его требованию уступают дорогу. Но стоит только маленькой, тщедушной мышке захотеть и она способна победить лесного исполина, обречь его на муки, или даже смерть. Вот в роли таких маленьких, но юрких и отважных мышек, и предстоит себя почувствовать твоим легионерам. Эллины в силах уничтожить вас в одно мгновение и без особого труда. Но только, если вы окажетесь вдруг вместе, в составе армии или отряда. Но они бессильны совладать с каждым из вас по отдельности. Тем более если они о Вас не сразу и узнают.
      - Так, значит, - вслух высказал свою догадку Царь, - мои легионеры должны держаться порознь, внезапно появляться пред врагом, разить его и после этого бесследно исчезать?
      - Ты схватываешь мои мысли на лету, Диктатор! - восторженно воскликнул Жрец.- Похоже, что в тебе я ошибся! Но, прежде чем ты сможешь выполнять свой превосходный план, твоим солдатам предстоит вначале оказаться в мире Золотого Солнца и твоих врагов. Признаюсь, это не такая уж и легкая для вас задача. Но все же, нам, жрецам, ее, я думаю, удастся разрешить.
      - Я что-то не совсем тебя понимаю, жрец! - не скрывая своего недоумения и растерянности, промолвил Царь.- Разве я и мои люди не можем воспользоваться тем, чему ты всех нас так прекрасно обучил? Разве мы не можем попасть в мир Золотого Солнца лишь благодаря мгновенному перемещению? Ведь это же так просто, жрец?!
      - Я бы так не сказал, - ухмыльнулся Жрец. - Увы, все далеко не просто. Все дело в том, что для контроля над Стихией Времени и Абсолютного пространства нужно много сил и воли. Ты можешь без труда перемещаться по планете. Но всей твоей энергии не хватит даже для того, чтоб вырваться в открытое пространство звезд и вечной пыли, благородный Царь. Увы, но это так.
      - Как же тогда быть?! - процедил сквозь зубы Царь.
      - А мы воспользуемся мудростью и Знаниями самих эллинов. Армия твоя достигнет мира Золотого Солнца без потерь и сверхъестественных усилий.
      - Каким же образом тогда?
      - На межзвездной боевой триере. Я как то говорил уже о том, что управляемая варварами звездная "машина" пыталась вторгнуться в наш мир. Но мы ее остановили. И даже захватили в плен ее эллинский экипаж. Мы подчинили их сознание себе и сделали рабами. Но, похоже, что-то не учли. Варвары бежали. Мы были в панике и не знали что и предпринять. Но боги вновь нам подарили свою милость. Не так давно мы обнаружили еще одну "машину". К тому же ею никто не управлял. Мы не нашли на ней живых людей. "Машина" как бы сама собой управляла. И это навело нас на серьезные размышления. Дело в том, что нам до сей поры неведомо точная дорога к миру Золотого Солнца. А "машина" готова это сделать все за нас. Она сама готовится вернуться в Ойкумену62. А вместе с ней в мир варваров попадете и вы. Одно лишь плохо, мы не знаем точно, как долго будет длиться ваш поход.
      - А я могу взглянуть на эту "машину", жрец, - небрежно произнес Нерей, не ожидая от жреца согласия.
      - Конечно, - неожиданно ответил тот. - Ты, слава Посейдону, вправе это сделать. Вспомни то, чему я тебя научил и ты увидишь то, что хочешь. Глазами моего жреца, что в этот час как раз находится внутри машины и будет рад тебе все показать.
      Диктатор понимающе кивнул и приготовился исполнить ритуал.
      Он бережно достал из ножен царский меч и положил его на устланный коврами пол. Затем он скинул с плеч свой серебристый плащ, доспехи, шлем и даже тогу.
      Встав на колени и запрокинув голову, назад Диктатор погрузил свое сознание в Нирвану. Черты лица его заметно поплыли, тело неожиданно обмякло и чуть заметно воспарило над землей...
      Жрец наблюдал за действом Нерея с упоением и восторгом.
      Когда сознание Нерея окончательно рассталось с телом, жрец громко щелкнул пальцами и за его спиной возник из ничего Тритон.
      - Что-нибудь прикажите, Владыка? - почтительно спросил он у Верховного Жреца.
      - Пожалуй, да,- ответил Жрец, не удостоив даже взглядом верного ему Тритона. - Немедленно отправь гонцов к Царю Атланту и Святейшему Совету. Диктатор выступит в поход! "Машина " варваров должна быть к этому готова. Передай мои слова жрецам. Спеши.
      - Слушаю и повинуюсь, мой Владыка! - подтвердил Тритон свое повиновение. - Что - нибудь еще?
      - Да, - процедил сквозь зубы Жрец. - Мне донесли вчера что благородный Царь имел вчера беседу с амазонкой. Она успешно выполнила наш приказ. Диктатор ей поверил. Сейчас он думает, что в Атлантиде воцарились прежние порядок и покой. И что народ и армия безропотно восприняли его кончину. И что жрецы спасли его прекрасную наложницу от притязаний похотливого Царя Священной Атлантиды Амферея ... Пусть так и будет дальше. Пусть Диктатор в это верит. Нам это на руку. Чем меньше знает он, тем более он нам удобен. И уже ничто не сможет нашим планам помешать ... Однако ...
      - Амазонка?- попытался угадать Тритон.
      - Пожалуй, - усмехнулся Жрец. - Она нам больше не нужна. Ей место в царство мрачного Аида. Но только, пусть все сделает она сама. Диктатор ничего не должен заподозрить и, уж тем более, знать.
      - Но, дело в том, - замешкался и побледнел Тритон. - Мой повелитель, это невозможно. Она исчезла. Исчезла без следа! Мы перерыли все: и лагерь, и окрестные ущелья. Но ни ее, ни трупа не нашли!
      - Что?! - прорычал ему в ответ Верховный Жрец. - И вы об этом мне не доложили?!
      - Мы пытались это сделать, мой Владыка, но...
      - Ладно, - неожиданно смягчился Жрец.- Можешь выполнять мои распоряжения. Я сам займусь загадочным исчезновением девицы.
      Тритон почтительно кивнул и поспешил исчезнуть с глаз Верховного Жреца.
      - Пока, пожалуй, все идет по плану, - пробормотал чуть слышно Жрец, в задумчивости морща лоб и спуская глаз с фигуры замершего в медитации Царя. - Но эта девчонка... Как? Как удалось ей ускользнуть?
      
      
      Глава десятая .
      Железное ""Чудовище"" пришельцев.
      
      Среди пышного великолепия звезд, мерцающих туманов и ослепительного блеска обнаженного Солнца загадочно переливалось всеми цветами радуги огромное сооружение из серебристых трубок, золотых шаров, стеклянных дисков, пирамид и тонких лепестков из фиолетового материала.
      " Так вот она какая - легендарная межзвездная "машина"?!"- подумал про себя Нерей.
      Диктатор никогда и ничего подобного в своей жизни не видел.
      Нерей чисто инстинктивно протянул к "машине" руку, но ... Но его рука неуклюже повисла в воздухе, так и не встретив преграды.
      Нерей не удержался и поплыл. По бесконечно длинному коридору, загадочным образом проходя сквозь мраморные плиты стен и неприступные на вид врата.
      И, все, что встречалось ему на пути, вызывало в его душе неподдельный восторг и восхищение.
      Гирлянды разноцветных нитей, сверкавшие мерцанием огней шары, коробки из стекла и серого металла, трубы, черные как сажа пирамиды, прикрытые пластинами шкафы, прозрачные сосуды, арки, кубы - тщетно он пытался осознать их смысл и истинное назначение.
      Но больше всего его сознание пленили письмена и яркие таинственные фрески.
      Подобных букв и слов он никогда не видел. Не говоря уже ярко красных черточках, кружочках, ромбиках и паутине символических фигур.
      Неожиданно Диктатор оказался в ярко освещенном зале.
      Зал был огромным и наполненным протяжным гулом.
      В самом его центре возвышалась куб из черного, пульсирующего искрами, стекла. Куб окружали полукруглый стол и восемь странно выглядевших кресел.
      - Однако?! - зачаровано произнес Нерей, неуверенно направляясь в сторону Куба. - Похоже я здесь не один?! И пресловутая "машина" тоже служит людям?
       В следующее мгновение, как бы в ответ на его, Диктатора, немой вопрос Черный Куб вызывающе вспыхнул и вспучился из недр своих прекрасным женским ликом.
      Нерей совсем не ожидал подобного поворота событий и чисто инстинктивно отскочил назад.
      - Уооо-о, у ваа парекее. Весее ссиситеми фунукциорируют воо нооромое, - неожиданно произнесла незнакомка, приобретая четкие контуры и искренне улыбаясь.
      Диктатор побледнел и нервно заскрипел зубами.
      - Приии вст вву юа, твыаба, маоае каа монндр! Сз твыабауйю гааа варррт брт каампььюттер! - вновь повторила она, не сводя своих бездонных серых глаз с Нерея. - Уооо-о, у ваа парекее. Весее ссиситеми фунукциорируют воо нооромое...
      " Она что-то хочет мне сказать, но я ее не понимаю " - был вынужден признать Нерей, бесцеремонно разглядывая свою странную собеседницу и даже не пытаясь ей что-либо ответить.
      - Дуае э сооводоку соотсотояяниииа коророрболя, - между тем, продолжала ворковать "хозяйка" корабля, время от времени томно сверкая глазами и изящно хлопая ресницами. - У веее диивигаателии арабатоют воо нооромое. Брртт каампььюттер ддддржт ссиситеми нааао в и ггации иии без оопассс нноос тии пд бдитьь ным коонртро леемее. Рааасп ла гася подобней иии сепе р ааааа шииивиай веее твыаба иннн теэ ре суууета!
      - Ну надо же! Ты, способна говорить?! А я тебя не понимаю! - воскликнул юноша, в бессилие разводя руками. - Твой варварский язык мне знаком! Пойми ты это, наконец!
      - Ну разумеется, мой дорогой, Нерей! Разве кроме языка атлантов в мире не может быть других языков? Или ты ожидал от тех, кого ты называешь варварами, иного! - как гром среди ясного неба раздался за спиной юноши чей-то самоуверенный, но вполне естественный и понятный Диктатору голос.
      Нерей поспешно обернулся и по привычке потянулся к ножнам за своим клинком.
      Но его на месте не оказалось. Да и в принципе быть не могло.
      - Кто вы, - наконец, собрался с духом и произнес первое, что пришло ему в голову Нерей, разглядывая серебристый силуэт застывшего чуть слева от него мужчины.
      - Кто я? - иронически переспросил его тот.
      - Кто я? А ведь на самом деле, кто же я такой?! - с легкой иронией в голосе, повторил незнакомец, бесцеремонно усмехаясь в Нерея. - Увы, мой благородный Царь, я не могу вот так без подготовки ответить на поставленный тобой вопрос. Но главное, что я твой друг! И...
      Незнакомец несколько замялся, прежде, чем закончить фразу:
      - ... И в некотором смысле - Человек. Жрецы Священной Атлантиды хорошо со мной знакомы. Для них я Звездный Призрак. И не менее того! И, знаешь, они в чем-то даже правы.
      Незнакомец нетерпеливо провел своими тонкими пальцами по серебристым вискам и не спеша продолжил:
      - Да-а, звезды и вправду мой дом. Ну, а насчет... Ты не поймешь. Тебе об этом рано пока знать. Обсудим лучше то, что привело тебя, Диктатора, на этот совершенный и поистине божественный корабль-автомат.
      - Корабль-автомат?- синхронно повторил за незнакомцем Царь. - Какое звучное и странное название. Ну, что означает - корабль, я еще могу понять. Это что-то вроде боевой триеры ...
      - Вот, вот, - громко рассмеялся ему в ответ его Звездный Призрак. - Прекрасная аналогия! За исключением одной маленькой детали. Корабль - не боевой. Да и кормчий у него - не человек, а рукотворный бог - Компьютер. Очень умная и хитрая машина. Но если ты все же хочешь называть его триерой... Что ж, называй! Он бороздит просторы космоса не хуже чем твои триеры океан.
      - Да, я об этом знаю, незнакомец, - с готовностью кивнул Нерей.
      - Ну разумеется! Иначе б мы с тобой вот так и вот здесь, среди звезд никогда бы и не встретились! - несколько хвастливо произнес незнакомец. - Но не будем отвлекаться по мелочам. Твоя энергия и силы на исходе. Через час ты будешь вынужден вернуться в Атлантиду. К своим солдатам и Верховному Жрецу. А мне бы лишний раз встречаться с ними не хотелось. Поскольку не все их планы соответствуют моим. Так что, перейдем к делу. Начну с того, что государство и столь древняя цивилизация Священной Атлантиды, увы, уже давно зашли в тупик. Вы, современные атланты, слепо следуя законам и покорно слушаясь жрецов, утратили все то, что составляет смысл и сущность человеческой натуры.
      - Но как же так, - вступился за народ Священной Атлантиды Царь. - Мы свято соблюдаем волю предков и богов!
      - Богов не существует, потому что я один из них, - неожиданно возразил ему Звездный Призрак. - Да, да, не удивляйся! Миром управляют люди! А боги - это лишь удобный и состряпанный жрецами миф. Он нужен лишь тому, кто жаждет власти. Кто хочет управлять людьми... И тем, кто не способен сам что либо сделать. Увы, народ атлантов, оказался не способным этого понять. Но это не его вина. Так было все задумано. Задумано жрецами и теми, кто впервые оказался в этом мире.
      - Так значит, - высказал предположение Нерей. - Жрецы не обманули нас, говоря про то, что некогда атланты жили в более прекрасном мире.
      - И да, и нет, мой юный друг, - многозначительно ответил незнакомец. - Они вам говорили правду. Но не всю. Да, мир Золотого Солнца много совершенней и счастливее Атлантиды. Но жрецы умело замолчали то, что это именно по их вине и по вине Царей, погрязших в жадности, разврате, гнусных устремлениях и желании власти, народ атлантов оказался здесь - вдали от родины и Солнца предков.
      С тех пор прошли тысячелетия и века.
      Жрецы постыдно превратили Атлантиду в театральные подмостки, а простых атлантов и даже Царей - в глупых и наивных кукол.
      Вы разучились мыслить, познавать, учится, задавать вопросы и самим искать на них ответ. Другими словами, вы превратились в умный, но лишенный интеллекта скот.
      Вот почему в Священной Атлантиде нет ученых, литераторов, поэтов, инженеров, изобретателей машин и дерзких покорителей Природы.
      И вот теперь вас призывают воевать ...
      И все ради чего? Ради победы в войне с народом, которого никто из вас не знает?! Ради мести за ваш, атлантов, всеми давно позабытый позор?
      Нет, вряд ли. Это только повод.
      Война нужна жрецам совсем не для этого!
      Война им нужна, чтобы укрепить свою власть! Чтобы перессорить друг с другом вас, правителей Священной Атлантиды! Чтобы покорить народы мира Золотого Солнца! Чтобы сделать существование других людей, им пока не подвластным, столь же нудным и унылым как в Пелагсиконе!
      А что потом? Вновь свято чтить законы Посейдона? Жить в мире, где известно все и вся на целые столетия вперед? Жить без вопросов, без терзаний, без сомнений, без права самому узнать где истина, где ложь? Зачем же тогда жить?
      - Пожалуй, что не стоит! - согласился с незнакомцем Царь и тут же, дерзко и без тени страха, бросил ему вызов. - Но ты же сам им помогал и, судя по всему, вполне собой доволен?! Ведь так?
      - Нет, конечно, все не так, - неуверенно ответил тот. - Я не зря сравнил себя с богами. Все дело в том, что, как и твои Жрецы я запросто могу проникнуть в Поле Информации Вселенной. Но вот в отличие от них, я не считаю эту информацию полезной. И уж тем более единственно возможной. Ведь Поле Информации Вселенной - это кладезь омертвевших знаний, которые когда - то были созданы людьми. Они уж слишком однозначны, субъективны и потому за малым исключением - мертвы. Они лишь достоверны в отношении того, что было, и того, что есть. Жрецы же считают их догмой и непреложной истиной богов. Вот в этом то они и уязвимы! Им неизвестны логика, фантазия, кураж, умение планировать и создавать модели будущих событий. Но вот руками воинов, особенно таких ты, они способны крупно навредить вольнолюбивым жителям далекой Ойкумены.
      - Ты хотел сказать - эллинам? - неуверенно вставил Нерей.
      - Эллинам? - переспросил в недоумении незнакомец. - Я не знаю о таком народе. Точнее, знаю, но достаточно немного. Что? Тебе жрецы сказали, что эти варвары - эллины чуть не покорили Атлантиду? Так знай же, это тоже миф. В те времена эллины были диким и очень малочисленным народом. И уж конечно не могли не только победить, но даже бросить вызов армиям священной Атлантиды. На самом деле наши предки воевали против племени тирренов - доблестных потомков Леопарда. Ну а эллинов же придумали жрецы. Желая пусть хоть в памяти, но отомстить отважному и непокорному народу. Тем более, что ...
      Незнакомец побледнел, замялся и, похоже, был растерян.
      - Они были очень похожи на вас - благородных атлантов, мой друг, - осторожно признался он. - Но кое-что в них все же было лучше: их безрассудная отвага, независимость и полное презрение к богатству. Они прекрасно воевали и очень редко попадали в плен. Смерть им была милее рабской жизни и позора. Любой народ считал за честь быть их союзником и другом. И только сумасшедший жаждал стать для них врагом.
      - Ты так говоришь, - перебил незнакомца Нерей. - Как будто сам их видел. И притом в бою и в обычной жизни ...
      - Все может быть, - в задумчивости ответил Звездный Призрак и мысленно добавил про себя: - "Скоро и ты, мой гордый друг, столкнешься с ними и, причем лицом к лицу. Жаль только что пока на стороне их многочисленных врагов "
      Незнакомец бросил взгляд на диск, сверкавший на его руке, встревожено взглянул в глаза Нерея и торопливо произнес:
      - Боюсь, что наше время на исходе. Позволь мне на прощание задать тебе один вопрос. Теперь ты уже знаешь, что жрецы способны контролировать сознание и мысли любого. Ты, благородный Царь, отнюдь не исключение. Но скажи, с того момента, как ты стал царем, ты ведь нередко позволял себе иметь, анализировать и тщательно хранить, ну скажем, дерзкие и крамольные мысли? Так? И жрецы о них так ничего и не узнали? Хотя и думали, что могут безраздельно управлять тобой.
      - Да, ты прав, все знающий и ведающий незнакомец, - с готовностью признал Нерей.- В моем сознание нередко возникают чувства, которые мне прежде были не знакомы. Я научился быть самим собой, а не покорным исполнителем законов, ритуалов и традиций. Мне что-то нравится, а что-то нет. Я не всегда согласен с тем, во что обязан просто верить. И, честно говоря, это все меня пугает.
      - Ты можешь быть самим собой и дальше, - заверил незнакомец юного Царя. - Жрецы не могут контролировать тебя! И уж тем более копаться в твоих мыслях. Я наделил твое сознание "двойником", который и общается с жрецами. И он, поверь мне, идеален. Он никогда не даст тебя в обиду. Он мыслит так, как должен мыслить Царь и благородный полководец армии атлантов. Он свято верит в Посейдона и жрецов. Он чуточку наивен, даже глуп. Он всем удобен и, главное, удобен для тебя. Ты смело можешь думать обо всем, что привлечет твое внимание. И даже я не в состоянии, о чем ты думаешь, узнать. Я верю в тебя и считаю огромной удачей, что именно тебя я выбрал из всех Царей Священной Атлантиды. Мудрое Проведение изредка делает нам бесценные подарки. И ты один из них, мой юный друг. Вот только, ума не приложу как удалось спасти Судьбе твое сознание и мозг от деградации и низменных инстинктов. Хотя, признаюсь, некоторую лепту в это внес и я. Теперь же все зависит от тебя. Я смею надеяться, что ты меня не подведешь. И не откажешь мне в одной услуге. Не так ли, Царь?
      - Тебе в чем-то нужна моя помощь?! - удивлению Нерея не было границ. - Ты, которому подвластны даже мудрые жрецы и Вечность, просишь смертного об оказании услуги? Но чем же, я, пусть даже Царь Священной Атлантиды, могу тебе помочь? И как?
      - Видишь ли, - пробормотал в задумчивости незнакомец, - я действительно могу в два счета уничтожить всех жрецов и тем самым предотвратить войну атлантов с жителями Ойкумены. Но я не буду это делать. И совсем не потому, что я жесток и безрассуден. Я просто понимаю, что не в силах что-либо изменить таким "простым" путем. На смену всем исчезнувшим жрецам, прийдут другие. Еще коварнее, безжалостнее и злее. И с той же гнусной жаждой власти и желанием всемирного порабощения. Рано или поздно, но, в конце концов, они опять заговорят о мести и народах Ойкумены. И все повторится с начала. У меня же есть более эффектный и надежный план. И ты, Диктатор Армии Непобедимых, играешь в нем существенную роль. Ты должен мне помочь его осуществить. Ты должен отвести от мирного народа Ойкумены нависшую угрозу. И вместе с тем спасти свой мир от полной деградации и краха, от сумасбродного правления жрецов и столь покорных им Царей и легионов.
      - И что я должен сделать?
      - Ты должен быть самим собой! Причем всегда и везде. При любых обстоятельствах и страшных соблазнах. И тоже самое ты должен требовать от верных тебе воинов и командиров! - незнакомец говорил уверенно и чувством.- Кроме того, ты должен навсегда забыть про нашу встречу. О происках жрецов я позабочусь сам. Пройдет совсем немного времени и все твои солдаты будут здесь - на корабле. Жрецы их усыпят и подготовят к длительному перелету. Ты должен до последнего быть рядом с ними и владыкой Жрецов, чтобы узнать все то, что он задумал и хочет предпринять. Затем, в самый последний момент, я тайно помогу тебе покинуть этот ставший боевым корабль. Пройдут недели, месяцы и годы, прежде чем корабль доберется до прекрасной Ойкумены. Мы же там окажемся намного раньше их. И подготовим все и всех к прибытию "конкистадоров".
      - Но как же мы сумеем оказаться в Ойкумене раньше, чем корабль Жрецов и Армии Непобедимых? - недоверчиво перебил незнакомца Нерей. - Ты сам мне говорил о том, что все мои способности зависимы от сил и жизненных энергий. Я не смогу достигнуть Ойкумены ни одним из способов, которым я обучен. И даже если очень захочу. Так как же быть?
      - Твоя растерянность понятна, Царь, - успокоил Нерея незнакомец. - Но ты забыл о том, что пред тобой не жрец и, в общем, даже не живое существо. Так вот, мы в Ойкумену попадем другой дорогой. Это очень рискованный путь, потому что на самом деле, тысячелетия назад в мире Сумрачного Солнца должны были оказаться войска тирренов, а не Священная Атлантида. Но этого не случилось. Напротив. В этом, нам известном мире, вы. И я не знаю почему. Хотя и подозреваю, что к этому приложили свою руку жрецы. Конечно, им не была известна формула Абсолютного Пространства, открытая гением моего учителя Евенора, но они тоже имели доступ к Храму Наук и его несравненной Жаровне Энергий. Вот в этом-то, наверное, и кроется разгадка. Но в эту тайну я тебя пока не посвящаю. Ты не поймешь ее. Для этого тебе понадобится многое узнать и может быть прожить совсем другую жизнь...
      - Ах, да,- спохватился напоследок незнакомец. - Совсем забыл, мой юный Царь Нерей. Я подготовил для тебя сюрприз. Но у него такие страстные и милые глаза, что я, побитый временем, и звездным блеском, и судьбой бродяга, постыдно струсил и не решился подружится с ним ...
      - Юлия?! - сверкнула в голове у юноши тревожная догадка. - Нет, не может быть! Постой, не покидай меня, таинственный незнакомец. Что с ней? Как она? Когда же я ее увижу?
      Но, увы, в ответ ему раздался легкий свист и тающая на глазах фигура незнакомца.
      - Ну как тебе, мой повелитель, внутреннее чрево варварской машины, - неожиданно раздался за спиной Нерея баритон Верховного Жреца. - Армия Непобедимых готовится к погрузке на корабль, Диктатор. Все с нетерпением ждут тебя и твоих приказов.
      Нерей кивнул с досадой в сторону жреца, собрался с мыслями и снова оказался в Атлантиде. Верховный жрец меж тем остался ждать его на корабле.
      Нерей поспешно встал с колен, надел доспехи, обернулся в плащ и вышел вон из Совещательной палатки.
      
      Утро сверкало и искрилось изумрудной зарей.
      В атлантском лагере царила суматоха, занудное визжание горнов, звон доспехов, громкие команды сотников и преданных Царю легатов.
      - Мой повелитель, армия готовится к походу, - доложил Нерею Царский Адъютант.
      - Да я и сам все вижу, - осадил его восторг Диктатор.
      Нерей ответил на приветствие застывших перед ним легатов, окинул взглядом лагерь и поспешил отдать свое последнее распоряжение:
      - Сворачивайте лагерь и к утру готовьтесь быть на корабле. Я постараюсь вас там встретить. Палатки, колесницы, лошадей, обозы - уничтожить. Нам они в походе не нужны.
      Нерей закончил говорить и властным жестом приказал легатам выполнять его приказы.
      Оставшись один, он бросил грустный взгляд на небо, горы, Сумрачное Солнце. И в этом взгляде было все. Прощание с юностью и милой его сердцу Атлантидой. Терзания совести и жгучие предчувствие беды.
      
      Нерей вздохнул и приготовился к мгновенному перемещению. Он снова погрузился в транс, все его тело напряглось, застыло, вздрогнуло и ... быстро растворилось.
      Вскоре яркий свет ударил по глазам Царя. Он снова был во чреве варварской "машины". Но теперь уже Диктатор был в своем естественном обличье. В своем плаще, доспехах, шлеме. На поясе его сверкал любимый царский меч.
      И снова рядом с ним был вездесущий Жрец.
      
      Александр Алмистов
      июнь 1995 года
      
      П Р И М Е Ч А Н И Е
      
       1. Посейдон (миф.) - верховное морское божество у античных греков - эллинов и римлян (Нептун). Брат Громовержца Зевса и Повелитель морских пучин и океанов.
      
       2. Стадий (ист.) - античная мера длины и расстояния, составляющая около 193 метров.
      
       3. Плетр (ист.) - античная мера длины и расстояния, составляющая около 32 метров.
      
       4. Триера (ист.) - античное боевое судно (у римлян - трирема). Деревянный плоскодонный корабль водоизмещением до 250 тонн, длиной до 45 метров, шириной до 6 метров, с осадкой 2, 5 метра. На триере было 150 и более весел, расположенных в три ряда с каждого борта. Скорость корабля на веслах доходила до 7-8 узлов (12.9-14.8 км/час). Экипаж состоял из 16 матросов, кормчего, 150 гребцов и 50 воинов, вооруженных для абордажного боя луками, дротиками, мечами и щитами. Командовал кораблем триерарх.
      
       5. Орихалк (Прим.авт.) - легендарный металл, высокопочитаемый в Атлантиде и вызывающий много споров среди исследователей проблемы Атлантиды. Согласно Платону, орихалк, "издававший огненный блеск", добывался в Атлантиде в самородном виде и не был сплавом других известных металлов. Однако, большинство современных исследователей придерживаются мнения, что орихалк все же был неизвестным науке наших дней сплавом меди. Одно из возможных предположений, состоит в том, что орихалком Платон и атланты называли латунь - сплав меди и цинка. Этот сплав мог получаться атлантами из очень редкого медноцинкового минерала аурихальцита, который содержал до 28 % окиси меди. Большая редкость аурихальцита делала получаемую из него латунь очень дорогим металлом. О чем, собственно, и говорит в своих диалогах Платон, утверждая, что атланты ценили Орихалк "дешевле лишь золота". К слову будет сказано, что атланты имели прекрасные представления о других металлах: золоте, серебре, меди, олове, железе. Так что проводить аналогию Орихалка с самородной и чистой медью, обладающей схожими свойствами, вряд ли имеет смысл.
      
       6. Акротерии (арх.-ист.) - греч. akroterion, скульптурное украшение (статуя, пальметта), помещавшееся над углами фронтона античных архитектурных сооружений.
      
       7. Акрополь (арх.-ист.) - греч. akropolis, возвышенная и укрепленная часть древнегреческого (античного) города, так называемый - Верхний город; крепость (убежище на случай войны).
      
       8. Гея (миф.) - в античной мифологии - богиня Земля (у римлян - Теллура), возникшая из вечного, безграничного и темного Хаоса и ставшая прародительницей большинства эллинских богов (начиная с Урана - бога беспредельного голубого Неба), титанов (Океан, Гипперион, Астрей, Крон, Атлант), трех великанов - циклопов с одним глазом во лбу и трех громадных как горы, пятидесятиголовых великанов - сторуких (гекатонхейров).
      
       9. Гефест (миф.) - античный бог (у римлян - Вулкан), сын Зевса и Геры, бог огня и кузнечного ремесла, покровитель металлургии. Первоначально почитался как бог подземного огня в областях с действующими вулканами - прежде всего, на острове Лемносе. Гефест родился слабым, некрасивым и хромым. Его мать Гера, увидев своего хилого сына, сбросила его с Олимпа на землю. Гефеста воспитали морские божества - Эвринома и Фетида. Вскоре с помощью коварства и своего божественного таланта Гефест вновь оказался на Олимпе и занял там достойное место. Он - единственный из олимпийских богов, занимавшийся физическим трудом: он выстроил себе и богам великолепные чертоги из золота, серебра и бронзы, для Ахилла он выковал необыкновенные доспехи, для Диомеда - латы, для Зевса - скипетр, эгиду, треножники, которые катились сами на своих золотых колесах. Гефест изображался в виде бородатого, широкоплечего кузнеца с молотом или клещами. Согласно легенде, супругой Гефеста была богиня грации и красоты - Харита (по другой версии - богиня любви - Афродита.)
      
       10. Афина Паллада (миф.) - одна из наиболее почитаемых богинь в античной Элладе (у римлян - Минерва). Дочь верховного божества Зевса - согласно легенде она вышла на свет из головы Царя богов и в полном вооружении, в блестящем шлеме, с копьем и щитом предстала перед изумленными очами богов-олимпийцев. Богиня мудрости, покровительница городов и государств как в дни мира, так и во время войны; она даровала людям Законы, покровительствовала наукам, земледелию, ремеслам. Афина считалась так же богиней справедливой и разумной войны (в отличие от Ареса - бога жестокой и кровожадной войны). В Аттике Афина была главным божеством страны и одноименного города. Она победила самого Посейдона в споре за обладание страной (это легенда может служить еще одним прекрасным доказательством правоты Платона об Атлантиде и об имевшей место в истории войны между эллинами и атлантами - Прим.авт.), даровав афинянам священное дерево - маслину и став покровительницей афинского народа.
      
       11. Ливия (ист.) - древнегреческое название обитаемых территорий Северной Африки, прилегающих к Средиземному морю (за исключением Египта).
      
       12. Тиррения (ист.) - античное наименование территорий современной Италии. Другое название (неэллинское) - Этрурия, то есть родина легендарных этрусков, заслуженно называемых "учителями учителей" Европы - древних римлян. Этруски (тиррены - по-гречески, расены - по этруски) подарили Римской Империи и будущей Европейской Цивилизации: собственно город Рим, музыкальные инструменты, ростр и якорь, медный таран для боевых судов, этрусские (ставшие впоследствии римскими и принесшими величайшую Славу Цезарям и Риму) копье, доспехи, щит, латинский алфавит (прообраз), театр, гладиаторские бои, устройство цирков и домов, горное дело, керамику и металлообработку, траволечение, мелиорацию, систему городских каналов (канализацию), и даже, капитолийскую волчицу. Другими словами, именно этруски стояли у истоков всей Европы и, по мнению большинства исследователей именно они были противниками атлантов в их захватнической войне, а не эллины, как утверждал Платон. К тому же, согласно результатам последних историографических и лингвистических изысканий есть все основания утверждать, что этруски (тиррены) были прямыми предками славянских племен и народов и ближайшими родственниками атлантов.
      
       13. Пелагсикон (ист.) - Согласно античным историкам (например - Гелланику, жившему в V веке до н.э.), пеласгами называли догреческое население Греции и Эгеиды, в том числе и острова Крит (Минойская культура). "Отец истории", великий Геродот, сообщает, что Эллада именовалась ранее Пеласгией, т.е. страной пеласгов; что пеласги говорили на варварском (т.е. негреческом) наречии и что греки позаимствовали у пеласгов даже некоторых богов. Этруски в свою очередь считались ответвлением эгейских пеласгов. Таким образом, под пеласгами можно понимать как предков этрусков (тирренов), так и этрусков - колонистов, заселивших Средиземноморское побережье в доэллинские времена. Пелагсикон - средиземноморские колонии этрусков - пеласгов (тирренов). Однако в контексте данного романа, под Пелагсиконом понимаются уже колонии атлантов и вообще все известные им территории, за исключением собственно острова Атлантида.
      
       14. Мойры (миф.) - неумолимые богини судьбы у античных народов (у римлян - парки). Согласно преданиям даже судьба верховного олимпийского божества Зевса находилась в их руках. И нет такой силы, которая могла бы изменить что-либо в том, что предназначено богам и смертным. Мойра Клото - прядет жизненную нить человека, определяя срок его жизни. Оборвется нить - и кончится жизнь. Мойра Лахесис вынимает, не глядя, жребий, который выпадает человеку в жизни. Никто не в силах изменить определенной мойрами судьбы, так как третья мойра, Антропос, все, что назначили в жизни человеку ее сестры, заносит в длинный свиток, а что занесено в свиток судьбы, то неизбежно.
      
       15. Гады (Прим.авт.) - в античной и праславянской литературе под этим термином понимали пресмыкающихся и земноводных. В данном контексте под словом гады следует понимать - змеи.
      
       16. День Пентахрона (Прим.авт.) - согласно диалогам Платона, "все десять царей Атлантиды собирались раз в пять или шесть лет в храме Посейдона, чтобы совещаться об общих заботах, разбирать, не допустил ли кто-нибудь из них какого-либо нарушения, и творить суд." Об этом, собственно и идет речь, так как пента (pente) по-гречески означает - пять, а хрон или хронос (chronos) - время или часть сложных слов, указывающих на их отношение ко времени. Таким образом, слово и понятие Пентахрон можно раскрыть как: "происходящее раз в пять временных интервалов или лет". Кроме того, Крон (Хрон) или Кронос (Хронос) у античных народов рассматривался как бог времени и покровитель Вечности.
      
      17. Подвиги Геракла (миф.) - Геракл (у римлян - Геркулес) - самый популярный античный герой, полубог, сын Зевса и смертной женщины Алкмены - прекрасной дочери правителя Микен царя Электриона и супруги еще одного героя Амфитриона. Геракл получил свое имя из-за преследований богини Геры, не пожелавшей простить измены своему мужу Зевсу (в переводе с древнегреческого - "Геракл" - совершающий подвиги из-за гонений Геры"). Подвиги Геракла - согласно античному эпосу, для того, чтобы заслужить у богов уважение и Славу и стать равным им, каждый герой должен совершить не менее двенадцати героических поступков - подвигов. В Древней Греции - Элладе, Риме и, соответственно, Атлантиде (которая, по твердому убеждению автора, была прародительницей античных культур и всей праевропеской, в том числе и славянской, цивилизации) совершение подвигов в стиле легендарного героя Геракла служило своеобразным экзаменом наследникам царской власти и давало им право с достоинством и честью занять положенный им трон и пользоваться заслуженным уважением среди своих сограждан.
      
      18. Конкиста (Прим.авт.) - в контексте данного романа, описывающего события, которые происходили за сотни веков до возникновения Испании (конкиста (conquista) - по-испански - завоевание) и алчных и кровожадных походов Эрнана Кортеса, Франсиско Писсаро, Себастьяна де Белалькасара, Эрнандо де Сото и других безжалостных завоевателей в Латинскую Америку, данный термин, однако, наиболее полно и всеобъемлюще отражает суть происходящих событий и особенно задачи, которые ставились Царями Атлантиды перед армией во время боевых походов против диких племен Пелагсикона. Другими словами, главный герой романа, как все остальные Цари Атлантиды, в юности принимал участие в жестоких и беспрецедентных набегах на враждебные Атлантиде племена и народы с целью их тотального уничтожения.
      
      19. Варварские земли (Прим.авт.) - согласно Платону основное государство атлантов располагалось на огромном острове - материке. Однако, кроме этого острова атланты владели также большим количеством колоний (см. 13), располагавшихся на других островах или даже на материках, где они тесно соседствовали с другими государствами, народы которых считались атлантами варварами, так как говорили на других, незнакомых в Атлантиде языках. Таким образом, под варварскими землями в контексте романа понимаются все территории и государства, не подвластные Атлантиде.
      
      20. Служение Афродите (Прим.авт.) - то есть, познание Любви и продолжение рода.
      Афродита (миф.) - богиня Любви у античных народов (у римлян - Венера). Согласно легенде - родилась из белоснежной пены морских волн. Афродиту рассматривали также как покровительницу мореплавания. Как морской богине ей был посвящен дельфин, как богине Любви - мирт, роза, мак и яблоко.
      
      21. Гражданский Ценз (Прим.авт.) - обязательное для каждого из знатных атлантов изучение Законов государства, права, традиций и гражданских ритуалов, дающих им право на посвящение в Граждан Атлантиды, занятие политикой и полноправное участие в Экклесиях и Советах.
      
      
      22. Знания Аполлона (Прим.авт.) - то есть искусство, литература, музыка.
      Аполлон (миф.) - один из древнейших античных богов (у римлян - Феб). С одной стороны это бог - губитель, стреловержец, он насылает на людей смерть и болезни, с другой стороны - это бог Солнца, света, охранитель дорог, покровитель путников и мореходов, а также, что самое главное, предводитель Муз, покровитель искусства, поэзии и музыки. Кроме тог, Аполлон известен как предсказатель будущего - во всем древнем мире славилось его Святилище в Дельфах, где жрицы - пифии давали предсказания, составленное жрецами.
      
      23. Нерей (миф.) - морское божество у античных народов (эллинов), вещий старец, знающий все сокровенные тайны будущего.
      
      24. Тога (ист.) - античная (древнеримская toga, этрусская) верхняя одежда длинный плащ без рукавов, обычно из белой шерсти .
      
      25. Аид, Царство Аида (миф.) - верховное божество у античных греков - эллинов и римлян. Безжалостный, неумолимый и мрачный брат Громовержца Зевса и Повелитель Царства душ умерших. Это Царство располагается глубоко под землей. Никогда не проникают туда лучи яркого солнца. Бездонные пропасти ведут с поверхности земли в печальное Царство Аида. Там протекает священная река Стикс, водами которой клянутся сами боги. Катят там свои волны Коцит и Ахеронт; души умерших оглашают стенаниями их мрачные берега. В подземном Царстве струятся и дающие забвения всего земного воды реки Лета (отсюда и выражение - "кануло в Лету") По мрачным полям царства Аида, заросшим бледными цветами асфодела (дикого тюльпана), носятся бесплотные и невесомые тени умерших. Они сетуют на свою безрадостную жизнь без света и без желаний. Тихо раздаются их стоны, подобные шелесту увядших листьев, гонимых осенним ветром. Нет никому возврата из этого царства печали. Греки (эллины) представляли себе его отвратительным и страшным, а загробную жизнь - несчастьем. Недаром тень Ахилла, вызванная Одиссеем из подземного Царства, говорит, что лучше быть последним батраком на земле, чем Царем в царстве Аида.
      
      26. Рубикон (ист.) - река на Апеннинском полуострове: до 42 года до н.э. граница между Италией и римской провинцией Цезальпинская Галлия. В 49 году до н.э. Цезарь из Галлии перешел с войском Рубикон, тем самым нарушив закон, и начал гражданскую войну. Отсюда выражение " перейти Рубикон", означающее принятие бесповоротного решения.
      
      27. Архонт (ист.) - высшее должностное лицо в Древней Греции (archon) и в некоторых других античных государствах. В данном случае, учитывая государственное устройство Атлантиды, описанное Платоном, Верховным Правителем Атлантиды был Царь Атлант, девять других Царей, соответственно, архонтами.
      
      28. Лабрис (ист.) - "двойная секира", ритуальное оружие используемое в античности при отправлении культов некоторых из богов (в частности - культ Посейдона и культ священного быка на Крите).
      
      29. Нереида (миф.) - одна из пятидесяти прекрасных дочерей мудрого морского старца Нерея (см 23.). Весело плещутся юные нереиды в волнах моря, сверкая красотой. Взявшись за руки, вереницей выплывают они из морской пучины и водят хоровод на берегу под ласковый плеск тихо набегающих на берег волн спокойного моря. Эхо прибрежных скал повторяет звуки их нежного пения, подобного тихому рокоту моря. Нереиды покровительствуют мореходу и дают ему счастливое плавание.
      
      30. Амфитрита (миф.) - в античной мифологии - морская богиня, прекрасная супруга Посейдона, дочь вещего морского старца Нерея, которую похитил Посейдон у ее отца. Он увидел однажды, как водила она хоровод со своими сестрами-нереидами на берегу острова Наксос. Пленился бог моря прекрасной Амфитритой и хотел увезти ее на своей колеснице. Но Амфитрита укрылась у титана Атласа, который держит на своих могучих плечах небесный свод. Долго не мог Посейдон найти прекрасную дочь Нерея. Наконец открыл ему ее убежище дельфин, за эту услугу Посейдон поместил дельфина в число небесных созвездий.
      
      31. Протей (миф.) - морское божество у античных народов (эллинов), старец, меняющий, подобно морю, свой образ и превращающийся по желанию в различных животных и чудовищ. Он тоже вещий бог, нужно только уметь застигнуть его неожиданно, овладеть им и заставить его открыть тайну будущего.
      
      32. Титан Океан (миф.) - бог - титан, равный самому Зевсу по почету и Славе. Он живет далеко на границах мира, и не тревожат его сердца дела земли. Три тысячи сыновей - речных богов, и три тысячи дочерей - океанид, богинь ручьев и источников, у Океана. Сыновья и дочери Океана дают благоденствие и радость смертным своей вечнокатящейся живящей водой, они поят ею всю землю и все живое. Греки полагали, что всю землю обтекает Океан, катящий свои воды в вечном водовороте.
      
      33. фиала (ист.) - древнегреческая металлическая, реже глиняная, чаша (греч. phiale) для пиров и возлияний богам. Украшалась, как правило, росписью или рельефами.
      
      34. Столла (ист.) - просторная одежда античной (древнегреческой) знати и Царей.
      
      35. Скрижали (ист.) - Каменная или металлическая доска с написанным на ней священным текстом. "То, что хранит" (куда заносятся памятные события, даты, имена, идеи).
      
      36. Клейто (миф.) - смертная женщина, которую полюбил Посейдон и от которой, согласно Платону, произошел народ Атлантиды.
      
      37. Евенор (миф.) - отец Клейто. Согласно легенде, он вместе со своей женой Левкиппой жил на острове Атлантида " в самом начале произведенный там на свет землею" и задолго до появления там Посейдона.
      
      38. Ника (миф.) - крылатая богиня Победы у древних эллинов (у римлян - Виктория), постоянная и верная спутница громовержца Зевса.
      
      39. Тюхэ (миф.) - богиня счастливой Судьбы у античных народов (у римлян - Фортуна). Из Рога изобилия, рога божественной козы Амалфеи, молоком которой был вскормлен Зевс, сыплет она дары людям, и счастлив тот человек, который встретит на своем жизненном пути богиню счастья Тюхе.
      
      40. Арес (миф.) - бог Войны у античных греков (у римлян - Марс), олицетворение свирепой воинственности, источник гибели, разрушения и кровопролитий. Сын громовержца Зевса и Геры. Не будь Арес его сыном, Зевс давно изверг бы его в мрачный Тартар, туда, где томятся титаны. Сердце свирепого Ареса радуют только жестокие битвы. Неистовый, носится он среди грохота оружия, криков и стонов сражающихся, в сверкающем вооружении, с громадным щитом.
      
      41. Гера (миф.) - жена и старшая сестра Зевса (у римлян - Юнона). Покровительница браков, супружеской любви и родов. Мифы наделяют Геру жестокостью, хитростью, ревностью - она коварно преследует своих соперниц, питает ненависть к героям - детям Зевса (у римлян - Юпитера) от смертных женщин. Повелевает она, как и муж ее Зевс, громами и молниями, по слову ее покрывают темные дождевые тучи небо, мановением руки подымает она грозные бури. Самая могущественная из богинь, все живое склоняется перед ней, великой Царицей Олимпа.
      
      42. Гора Атлас (ист.) - легендарная вершина острова Атлантида, служившая для мореходов маяком. Дым, курящийся над вершиной, стал прототипом культовых обрядов (многоэтажные китайские пагоды, вавилонская башня, пирамиды Египта и Мексики - как символ великой, многоступенчатой горы с заоблачной вершиной, храм, жилище богов и место жертвоприношений и последующих захоронений и поклонений) и первопричиной многих легенд (Например, легенда о титане Атласе, описанная Гомером в Одиссее: " Атлас ... держит большие столбы, разделяющие землю и небо. "В этой строке отражена реальность: облака, закрывавшие вершину Атласа - острова Атлантиды, вполне могли напоминать сказочные замки; смешивались три стихии - вода, небо и земля. Они объединялись воедино, и потому понятна образность Гомера в словах о великом Атласе, который глубинами темного моря ведает и сам держит большие столбы, разделяющие землю и небо).
      
      43. Перама (ист.) - небольшое античное судно для перевозки грузов, около 30 метров в длину и 8 метров в ширину. Имело квадратный парус и, как правило, старалось совершать свои плавания в прибрежной полосе.
      
      44. Бирема (ист.) - легкое боевое античное судно, имевшее два ряда гребцов.
      
      45. Контриема (ист.) - античный торговый многопалубный корабль большой грузоподъемности .
      
      46. Когорта (ист.) - лат. cohors - в Древнеримской Армии воинское подразделение (360-600 чел.) легиона. Легион, как правило, состоял из 10 когорт.
      
      47. Экклесия (ист.) - греч. ekklesia - в Древней Греции - народное собрание.
      
      48. Дикэ (миф.) - богиня правосудия у античных эллинов. Строго карает Зевс несправедливых судей, когда Дикэ доносит ему, что не соблюдают они законов, данных Зевсом. Богиня Дикэ - защитница правды и враг обмана.
      
      49. Форум (ист.) - лат. forum - в Древнем Риме площадь, где сосредотачивалась общественно-политическая жизнь города и проходили Народные собрания.
      
      50. Легаты (ист.) - лат. legatus - в Древнеримской Армии высший военноначальник, помощник главнокомандующего - консула, командовавшего, как правило, 2 легионами по 4200 - 6000 человек вооруженной пехоты .
      
      51. Диктатор (ист.) - лат. dictator - Верховный главнокомандующий в Древнеримской Армии, назначался в случае особой опасности для государства на сравнительно короткий срок - до полугода. Диктатор осуществлял всю полноту военной и гражданской власти.
      
      52. Оракул (ист.) - В древней Греции - Святилище Аполлона (см.22) в Дельфах, которое по преданию находилось в самом центре Земли и где одурманенные вырывающимися из скалы газами прорицательницы - пифии открывали простым смертным и богам сокровенные тайны будущего. По аналогии - в Атлантиде - Оракул так же размещался в Святилище Аполлона и служил тем же культовым целям.
      
      53. Гаруспики (ист.) - у древних этрусков (тирренов) влиятельная коллегия жрецов - гадателей по внутренностям животных. Без их советов и заключений этруски (а в последствии и римляне) не начинали ни одного сражения, не приступали к обсуждению государственных дел. Собрание правил и поучений гаруспиков римляне называли "этрусской дисциплиной", и для ее усвоения богатые римские патриции специально посылали своих детей в Этрурию.
      
      54. Прорицательницы - пифии (ист.) - специально подготовленные предсказательницы, жрицы Оракула. Свою миссию прорицательница-пифия выполняла следующим образом: она садилась над расщелиной в Священной скале и, постепенно приходя в бессознательное состояние (наркотическое опьянение), окутанная подземными газами, начинала произносить слова, которые жрецы внимательно слушали и записывали как предсказание, исходящее от самой богини Земли - Геи.
      
      55. Полис (ист.) - греч. polis, лат. civitas - город - государство, форма социально-экономической и политической организации общества и государства в Древней Греции (Элладе) и Древнем Риме, а также в Этрурии (Тиррении) и колониях Атлантиды.
      
      56. Гипнос (миф.) - божество злословия, печали, старости и любовного ослепления у древних эллинов. В отличие от своего брата - близнеца Таната, приносящего смертным жестокое, вечное усыпление, приносил также людям и богам спокойный сон и отдых от дневных трудов и забот.
      
      57. Ура! (ист.) - боевой и ободряющий клич войск при атаке, а также восклицание, выражающее общее воодушевление, восторженное одобрение. Смысловой нагрузки не несет, хотя среди лингвистов существует гипотеза, согласно которой у древних славян этот клич буквально означал: " Вперед, во Славу и Во имя бога (Ра)!"
      
      58. Кербер, Харон (миф.) - см. 25. Кербер - мифический трехглавый пес, на шее которого движутся с громким шипением змеи, охраняющий вход и выход из Царства Аида. Харон - суровый старец, перевозивший души умерших через мрачные воды Ахеронта из Царства Зевса в Царство Аида.
      
      59. Танат (миф.) - см. 56. Бог смерти у древних эллинов. Изображался с мечом в руках, весь черный (однако не негроидной расы), в черном плаще, с громадными черными крыльями. Могильным холодом веют эти крылья, когда прилетает Танат к ложу умирающего, чтобы отрезать прядь волос с его головы и исторгнуть душу.
      
      60. Тифон (миф.) - ужасное стоголовое чудовище, порожденное Геей-Землей и мрачным Тартаром (Бездной) и поднявшееся из недр земли для борьбы с Зевсом. Диким воем всколебал он воздух. Лай собак, человеческие голоса, рев разъяренного быка, рыканье льва слышались в этом вое. Бурное пламя клубилось вокруг Тифона, и земля содрогалась под его тяжелыми шагами. Но смело ринулся на Тифона Зевс-громовержец, и начался бой. Вновь засверкали молнии в руках Зевса, раздались раскаты грома. Земля и небесный свод сотряслись до основания. Ярким пламенем вспыхнула земля, как и во время борьбы с титанами. Моря кипели от одного приближения Тифона. Сотнями сыпались огненные стрелы-молнии громовержца Зевса; казалось, что от их огня горит даже воздух. Зевс испепелил все сто голов Тифона. Рухнул он на землю, от тела его исходил такой жар, что плавилось все кругом. Зевс поднял тело Тифона и низверг в мрачный Тартар, породивший его. Но и в Тартаре грозит еще Тифон богам и всему живому. Он вызывает бури и землетрясения.
      
      61. Ахиллесова пята (миф.) - Ахилл - легендарный древнегреческий герой, описанный Гомером в "Одиссее", сын богини Фетиды (супруги титана Океана) и царя Пелея. Согласно легенде, мать Ахилла, богиня Фетида, знала о том, что ее сын должен погибнуть в Троянской войне, и желая предотвратить это, она еще младенцем искупала Ахилла в водах подземной реки Стикса, делающих человека бессмертным. Однако, окуная своего сына в Стикс, она держала его за пятку, которую так и не коснулись чудодейственные воды Стикса и именно пятка стала единственным уязвимым местом Ахилла. Отсюда выражение " ахиллесова пята" - то есть слабое, уязвимое место.
      
      62. Ойкумена (ист.) - греч. oikumene - населенный народами мир, известный Древним грекам, охватывавший в основном область Средиземноморья (Согласно Гекатею Милетскому Ойкумена включала в себя - Европу /кроме Северной/, Сев. Африку, Малую и Переднюю Азию, Индию). В контексте романа под Ойкуменой подразумевается Средиземноморье, а под Пелагсиконом - колонии атлантов в мире Сумрачного Солнца.
      
      
  • Комментарии: 3, последний от 15/12/2002.
  • © Copyright Алмистов Александр Александрович (almistov@rambler.ru)
  • Обновлено: 19/01/2003. 216k. Статистика.
  • Роман: Фантастика, Фэнтези
  • Оценка: 6.92*5  Ваша оценка:

    Все вопросы и предложения по работе журнала присылайте Петриенко Павлу.
    Журнал Самиздат
    Литература
    Это наша кнопка