Алмистов Александр Александрович: другие произведения.

"Победитель, вернувшийся ... со Щитом!?"

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
  • Комментарии: 2, последний от 06/01/2003.
  • © Copyright Алмистов Александр Александрович (almistov@rambler.ru)
  • Обновлено: 10/12/2002. 51k. Статистика.
  • Рассказ: Проза
  •  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Рассказ - Номинирован на литературный на конкурс Тенета-РИНЕТ'2002

  •   
      “Победитель, вернувшийся... со ЩИТОМ!?”
      (рассказ-притча)
      
      “Войне Конец!!! Войне конец... Победа!” - гулко звенел в ушах Сергея глас всенародного ликования и помешательства.
      Как будто - это была первая и последняя за всю историю человеческой цивилизации война?!
      Как будто от этой Победы что-то зависело?! Как будто уже прямо сейчас, не дожидаясь завтрашнего утра, весь ополчившийся на Россию мир вот так сразу и без причин “образумится” и выбросит на свалку всю свою ненасытную зависть, коварство, ненависть и, что самое главное, заботливо припрятанное до лучших времен презрение.
      Сергей устало опустился на диван, мягкий и покладистый, как и все остальные его "гражданские” и, наконец, позволил себе выпустить из рук дорожные сумки и личное стрелковое оружие.
      Ему было грустно. Несмотря на то, что все и вся вокруг него буквально взбесилось от счастья и умиления.
      Неожиданно на его барабанные перепонки обрушился странный, похожий на птичье щебетание звук, в котором Сергей не сразу то и узнал зуммер радиотелефона.
      Он растерянно огляделся по сторонам, взглядом “сканирую” окружающую его мирную, и потому, как это и не парадоксально, враждебную для его восприятия действительность.
      Как и следовало ожидать, массивный блок-аппарат радиотелефона оказался в самом центре снятых им в гостинице апартаментов. И вызывающе диссонировал с ее остальным, “допотопно-плюшевым”, интерьером.
      Сергей нехотя поднялся на ноги. И, на ходу расправляя затекшие мышцы рук и спины, оказался рядом с возмутителем спокойствия.
      - Сереженька, дорогой! Как ты? Ты... вернулся? - уже в следующую секунду ворвался в его сознание до боли знакомый голос матери.
      - Мама, не беспокойся, у меня все в порядке! - сдержанно произнес он. - Ты знаешь, что со мной ничего не может случиться? Так что не волнуйся... попусту! Твой сын родился в рубашке! И ты это знаешь!
      - Сереженька, милый, я так рада тебя снова слышать! После стольких месяцев! - голос матери, казалось, всеми силами стремился вырваться из трубки наружу. Дабы немедленно обрести плоть и броситься ему, Сергею Звягину, на шею. После чего крепко прижать к своей материнской груди и ласково потрепать за волосы. - Как ты? Почему не приехал сразу домой!
      - Мама, ты же знаешь! Я боевой офицер! Я хотел... но не смог! Служба! - начал было оправдываться Сергей. - Я обязательно это сделаю! Сразу же, как только получу разрешение на отпуск, я буду у вас с отцом! Я тоже по вам обоим очень соскучился! Да и по Москве...
      Это была ложь. Пусть даже во спасение.
      Потому что, “отпускное”, точнее, “демобилизационное", предписание вот уже более недели лежало у Сергея в кармане. И больно жгло его сердце и душу.
      Так как не было никакой служебной необходимости в том, что бы он, пусть прославленный, но все же бывший, командир разведроты N-ского полка, все еще находился в М … и принимал личное участие в торжествах, посвященным Победе.
      Само собой, его здесь встретили с распростертыми объятиями. Как настоящего Героя. Как фронтовика. Как Кавалера самого почетного в России, и к тому же боевого, знака отличия - "Георгиевского Креста"
      Но... все же, “жажда” хоть немножко погреться в лучах, без сомнения, заслуженной славы не была для Сергея основной причиной его нежелания поскорее вернуться домой.
      Все было куда уж банальнее и проще.
      Просто... просто он боялся вернуться!
      Вернуться в тот мир, от которого несколько лет назад попытался сбежать на войну.
      Мир, который он искренне считал для себя чужим и безжалостным.
      Потому что, в той, его прошлой, то бишь, довоенной жизни он так и не смог найти общего языка с этим самым, вначале его породившим, а затем так легко и непринужденно предавшим, как он считал, миром.
      Миром тенистых аллей и пьянящих своей природной свежестью парков. Птичьего гомона и собачьей возни. Кристально чистой реки, Патриарших прудов и золотистых пляжей Серебренного Бора. Огромных мостов, беспросветных туннелей метро и подземного города. Средневековых церквей, Арбатских переулков и красно-белой кремлевской стены.
      Одним словом, миром любви. И по-детски беспечного наслаждения.
      Наслаждения покоем, материнской лаской, теплотой дружеских встреч и шумной бесшабашностью молодежных туссовок, незыблемой уверенностью в себе и в завтрашнем безоблачном утре.
      И от всего этого... Сергей вот уже, как ему казалось, целую вечность бежал!
      Бежал, куда глаза глядят. Бежал без оглядки и чувства стыда. Бежал, подобно загнанному зверю, чудом обнаружившим в охотничьем загоне “прореху” и спешащим воспользоваться столь царским подарком Судьбы.
      - Сереженька, обещай мне, что сразу же, как только ты освободишься, ты приедешь домой! Пожалуйста! Я очень тебя прошу! Даже, умоляю! - сквозь плачь и рыдания, продолжала мать.
      - Да, конечно, я обязательно приеду! Обещаю! Вот только..., - он уже даже сам верил в то, что говорил. Хотя и знал, что никогда не сможет, точнее не захочет, сдержать своего обещания. Потому что...
      - Значит, я не прощаюсь? И мы очень скоро увидимся, да, Сереженька? - в голосе матери проступили робкие признаки надежды и оживления. - Ну, не буду тебя больше отвлекать! Ты, наверное, очень занят, да! Только не ври, пожалуйста, своей матери. Я знаю, что это так! Значит, мы тебя ждем... И я, и отец, и Машенька! Забыл уже небось-то про свою сестренку, да! А она совсем выросла. Скоро замуж выдавать. А ты все... где-то там. Далеко. Куда не доходят письма, и где почему-то не работает телефон?! Ну, до встречи в…
      Сергей сдавлено засопел.
      К счастью для него, связь оборвалась. И голос матери растворился где-то там, в таинственных и мрачных недрах радиотелефона.
      А еще через секунду раздался длинный гудок и виноватый голос дежурной по гостинице:
      - Извините, помехи на линии. Если хотите, я попробую восстановить связь?
      - Спасибо. Не стоит, - усмехнулся ей в ответ Сергей, прежде чем явно не терпящим возражения тоном добавить: - Лучше, окажите мне одну любезность. Я хотел бы немножко перекусить…
      - Да, конечно, господин капитан. Вам забронировать столик в общей “Трапезе” или..., - не замедлило раздаться ему в ответ
      - Или! - перебил ее Сергей, скидывая с себя кожух бронежилета и снимая с блокиратора тяжелый армейский ремень. - Я слишком устал для того, чтобы наслаждаться чьей бы то ни было компанией. И хочу побыть один. А посему, прошу Вас доставить мне завтрак в номер. И побыстрее.
      - Какую кухню вы предпочитаете, капитан? - невозмутимо прощебетала ему в ответ консьержка.
      - Меня устроит яичница с ветчиной, пара-другая бутербродов с сыром и очень крепкий кофе. Без сахара и сливок! - холодно процедил сквозь зубы Сергей, заканчивая свое “беспардонное” разоблачения и обматывая полотенцем бедра.
       - Я буду в душе. Для всех посетителей - меня нет. Распорядитесь, милочка, чтобы все, что я просил, было в моем номере не раньше и не позже чем через десять минут. Иначе мы поссоримся, - бросил он на прощание консьержке. Давая тем самым понять, что не расположен к продолжению беседы.
      - Как скажете, господин капитан! - вызывающе парировала она. Чисто по-женски выплескивая наружу все свое негодование и обиду на такого, заносчивого и лишенного даже малейшего представления о вежливости, постояльца.
      Сергей усмехнулся, небрежно покосился через плечо в адрес трубки, но так и не удосужился перед "ней" извиниться.
      Вместо этого он включил в душевой воду. И с нескрываемым упоением вступил в ледяную, щемящую тело и душу своей сверхъестественной свежестью, купель.
      Но всецело насладиться прохладой и негой Сергею в этот день, судя по всему, было не суждено.
      Потому что проклятый радиотелефон снова заверещал сигналом внешнего вызова. И вынудил капитана Звягина, похожего в эти минуты больше на мокрую курицу, чем на боевого офицера, громко и звучно загрохотать босыми ступнями по полу номера.
      - Ну что еще? Я же просил меня не беспокоить! - раздраженно буркнул он в трубку, прежде чем вместе с ней вернуться в душевую.
      - Ты бы хоть прикрылся, что ли, старик?! - раздался ему в ответ насмешливый голос. - Я, конечно, понимаю, что все твои достоинства заслуживают уважения и даже восхищения... Особенно, с женской точки зрения и морали. Но... мы же не в степи! И ни на сопках Владика! Поимей - то совесть, чурбан ты неотесанный! Пора уже и забыть про всякие там армейские штучки и вседозволенность!
       - А, это ты, Вэн?! - расплываясь в улыбке и чуть заметно тушуясь, поприветствовал своего лучшего армейского друга Сергей. - Как ты меня нашел? Ты же...
      - Ну, ты хам, старик! - в своей привычной манере не замедлил ответить “ударом на удар” майор Валуев. - Вместо того, чтобы покаяться. Он еще спрашивает меня о том, как я его нашел?
      Майор Валуев, которого на самом деле звали Володей, а свое забавное прозвище - Вэн он получил от боевых товарищей за то, что на дух не переносил “ангельской” речи, и в его устах староанглийское числительное “One” звучало именно таким образом, демонстративно и явно наигранно нахмурился и взглядом попытался положить Сергея на обе лопатки.
      Но тот, как ни странно, все же устоял. И даже сделал вид, что ни сном, ни духом не ведает об истинных причинах возмущения своего боевого товарища.
      - Насколько мне известно, ты уже с неделю как в городе?! Хоть бы позвонил, что ли, сволочь! Чай не часто нам приходиться с тобой встречаться в одной и той же точке пространства и времени? - продолжал “наезжать” на Сергея Валуев. - Что скажешь в свое оправдание, гвардии капитан Дракула?
      Дракулой, в свою очередь, в войсках прозвали Сергея. Но не зато, что он якобы был вампиром... А за то, что ему всегда и везде, причем патологически, везло. И за пять лет войны, он не то, что ни разу не был ранен, но даже не смог подхватить банального насморка. И хотя, никто и не мог упрекнуть его в том, что он прятался в бою за спины своих десантников, отвешивал “поклоны” пролетающим мимо осколкам и пулям и иногда, на спор, ходил в “штыковую” на противника... кое-кого из командиров раздражала эта его ничем необъяснимая неуязвимость.
      - Ну, мы так и будем молчать, старик? И сохнуть...? - не выдержал затянувшейся паузы Вэн. - Гляди, простудишься! Хотя для тебя это состояние, пожалуй, в диковинку?! Кстати, мне вот тут Олеська с Вадимом про тебя все уши прожужжали! Где мол наш “дядя Сережа”? Почему не заходит в гости? Почему он про нас забыл... Да и Ольга на тебя обижается! Говорит, загулял, кобель несчастный! Чай уже всех девушек перепортил? Перешел... на старушек и вдов? И правда, ты где пропадал?
      - Я был занят. Служба, сам понимаешь?! - попытался было уйти от ответа Сергей, но...
      - Про службу - не ври! У тебя это всегда плохо получалось! - расхохотался ему в ответ Вэн. - Конспиратор из тебя, старик, извини, никудышный! Я своими глазами видел в Штабе приказ о твоей отставке! Причем, добровольной! Так что, ты теперь у нас - птица вольная... А вот песни пытаешься петь, по-старому?!
      - Тебя не правильно информировали, Вэн, - с трудом сохраняя серьезное выражение на своем лице, возразил Сергей. - Я действительно подал рапорт... но не об увольнении в запас. А о переводе меня в другое, более серьезное подразделение! Ты же знаешь, что я гражданским “пижоном” никогда не был и не буду. И собираюсь служить дальше...
      - И где, если не секрет, старик? - недоверчиво переспросил его Вэн. - Только не надо мне вешать лапшу на уши, что ты собираешься стать военспецом или, того хуже, милицейским “бульдогом”?! Все равно не поверю. С твоим гонором и самомнением тебе место только...
      - Ты угадал. Именно там мне и место. Я даже немножко завидую твоей проницательности и своему неумению преподносить моим друзьям сюрпризы! - с готовностью, но без особого на то энтузиазма, подтвердил “догадку” своего бывшего командира Сергей. - Я действительно подал рапорт о переводе меня в одно в "Z"-подразделение известной тебе структуры. И вот с нетерпением жду их решения...
      - Ты что, Сережка, спятил? - голос Валуева неожиданно утратил привычный сарказм и даже показался Сергею испуганным. - Что у тебя общего с “призраками”? Ты сумасшедший! Оттуда же никто не возвращается! Тебе что, жить надоело, да, капитан!
      - Наверное, надоело, - Сергей произнес эту фразу не слишком уверенно.
      - По-о-нял, старик! Кажется, нам надо сро-о-чно встретиться и обсудить все тво-о-и дикие фантазии не по телефону?! - начал заикаться Валуев, чего с ним не случалось даже во время самой безнадежной атаки. - Короче, старик, ноги в руки и марш ко мне! Ольга сегодня мясо по-китайски сварганила! Пальчики оближешь! В общем, посидим, выпьем водочки, благо в день Победы Устав нам это не только не запрещает, но даже недвусмысленно на этом грехопадении настаивает...И поговорим! Без эмоций! На свежую, пусть даже и не совсем трезвую голову! Ведь не зря же в народе говорится: “Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке!” Одним словом, жду! И давай без глупостей. А то я тебя знаю. Если не приедешь... пеняй на себя! Я тебя из под земли достану. Сам приеду к тебе с патрулем из Комендатуры, закую в наручники и доставлю к себе домой. Если понадобиться, то я готов даже пойти на крайние меры - применить на твоей шкуре "черемуху". Потому что мне твое теперешнее настроение очень не нравится. А я все еще твой лучший друг... Надеюсь, это-то ты не будешь ставить под сомнение...?
      - Я приеду! - уверенно пообещал Валуеву Сергей. Пообещал, уже в который раз, за последние полчаса. Но теперь уже он был предельно искренен. Не только перед своим боевым товарищем, но и перед самим собой - Жди меня через полчаса. Только... давай без водки. Ты же знаешь, что я ее терпеть не могу. Лучше ограничимся пивом. Лады?
      - Лады! - с нескрываемой радостью и облегчением в голосе воскликнул тот. - Уже бегу за пивом. Двух ящиков нам хватит?
      - Хватит! - усмехнулся ему в ответ Сергей, торопливо обтираясь полотенцем и шаря рукой в одном из своих армейских баулов в поисках гражданской одежды.
      - Не задерживайся в пути, капитан! Голову оторву! И все остальное тоже...! - забрюзжал ему в ответ радиотелефон, прежде чем отключиться. - Мы все тебя ждем! Живого или мертвого! То бишь... “юар ту бить вон тыд”, свинья ты этакая!
      Сергей не сразу понял смысл последней фразы Валуева.
      Я когда до него, наконец, дошло, он дико расхохотался. Потому что, пожалуй, никто ни в России, ни за ее пределами, не был в состоянии так же виртуозно, как это сделал майор Вэн, исковеркать староанглийское выражение “To be wanted”, которое по-русски означало “Разыскивается полицией!”.
      Через минуту он уже был почти одет - в изысканный, мышиного цвета костюм и голубую рубашку - и собирался уже было покинуть свои апартаменты, когда в дверь его номера неожиданно постучали?!
      Причем робко, неуверенно и без особого рвения.
      - Какого черта, существует же звонок? - грубо выругался он себе под нос, устремляясь к двери.
      - Ваш завтрак, господин офицер! - раздался ему в ответ с порога мелодичный девичий голос. - Как заказывали!
      Консьержка, а это была она, была весьма и весьма миловидна на вид.
      “ - Ей не может быть больше девятнадцати. Она все еще не замужем. Она в М… приезжая. И ей не часто приходилось раньше иметь дело со столь важными и высокопоставленными персонами, как я?!” - успело пронестись в сознании Сергея прежде, чем он открыл рот и холодно произнес в адрес жадно пожиравшей его взглядом девушки:
      - Спасибо. И еще. Прошу извинить меня за проявленную бестактность и грубость. Но я очень тороплюсь! Если Вам не сложно, вызовите мне такси! Буду Вам очень признателен за это?!
      Опешившая от неожиданных и, к тому же, явно запоздалых извинений Сергея, девушка, растеряно захлопала глазами и застыла перед ним подобно прекрасной статуе из белого мрамора и слоновой кости.
      Ее раскрасневшееся от волнение личико и широко раскрытые глаза обезоруживали своей поистине детской непосредственностью.
      Сергей, чье сердце, несмотря на всю его показушную черствость, все еще имело температуру крови, в сложившейся немой сцене не придумал ничего лучшего, кроме как схватить с ее подноса бутерброд с красной икрой и принялся второпях запихивать его за обе щеки. Не забывая при этом запивать его дымящимся кофе и причмокивать от “плотского” удовольствия.
      Случайно встретившись взглядами с девушкой, он чуть было не поперхнулся. И на какое-то мгновение забыл про мучивший его голод и жажду.
      “Не может быть!” - обожгло его сознание в следующее мгновение.
      Те же черные волосы. Тот же вздернутый носик. Густые ресницы. Карие глаза...
      Вроде бы... все ему в этом лице было до боли знакомо?!
      И если бы не возраст его гостьи и те обстоятельства, при которых они встретились ... То Сергей уже готов был принять ее за ту, которую всем своим сердцем любил. И одновременно с этим люто ненавидел. Хотя и всегда боялся себе в этом признаться.
      Между тем, бутерброды кончились.
      Сергей резко встряхнул головой, дабы раз и навсегда отринуть из своего сознания остатки нахлынувших на него воспоминаний. И, подхватив в охапку пластиковый пакет с гостинцами для детей Валуева, твердой походкой направился к выходу из номера.
      - Остаетесь за главного. В мое отсутствие рекомендую ничего руками в моем номере не трогать. Кое-что из моих вещей умеет кусаться. Так что, советую Вам быть с ними повежливее! - пошутил он на прощание в адрес консьержки. И, не дожидаясь ее ответа, поспешил оставить девушку в гордом одиночестве...
      А еще через минуту он уже был на улице.
      Поймать “тачку” ему не составило большего труда. Тем более, что движение общественного транспорта в этот праздничный день было практически запрещено властями. Зато импровизированных такси на улицах М… было значительно больше, чем в принципе могло понадобиться для нужд “оккупировавших” город воинов - победителей.
      Оказавшись в "просторном" салоне "жигуленка", Сергей вежливо поздоровался с водителем. Тот безучастно кивнул и с готовностью загундел на тему того, как "тяжело ныне жить в России простому работяге-водителю.
      Но Сергей его не слушал.
      Потому что ... перед его глазами снова возник гостиничный номер?!
      Как будто не было никакого Валуева, никакого зануды - шофера "такси". И Сергей так никуда и не уезжал.
      Гулко бурлила вода в ванной, чуть слышно посвистывал кондиционер, а доставленный ему консьержкой завтрак источал вокруг себя пленительный аромат здоровой пищи и природного естества.
      Но … мирной идиллии и окружавшей Сергея тишине так и не суждено было продлиться даже малую толику вечности. Зуммер радиотелефона, к бесцеремонно- въедливому голосу которого он уже успел немножко привыкнуть, опять разразился многозначительным щебетанием. И вынудил Звягина ответить на вывоз.
      - Привет! Узнал?
      - Разумеется… нет! - как всегда искренне соврал в ответ своему мрачному и непредсказуемому прошлому Сергей.
      - Это Татьяна! Помнишь такую, а? - в голосе Звягинской собеседницы отчетливо проступила обида. И, вместе с тем, доведенные до полного абсурда вальяжность и высокомерие.
      - Нет! - упрямо повторил он. Но, так и не сумев сдержать своих загнанных в угол эмоций, поспешил "опровергнуть" свои же собственные слова: - Зачем ты звонишь? Как всегда … просто так?
      - Угадал! - с нескрываемым торжеством в голосе ответила девушка. - Вот, узнала что ты вернулся на базу и решила позвонить?
      - Как всегда от скуки? Или … тебе все еще не дает покоя твоя старая записная книжка?! - не удержался от соблазна съязвить Сергей. - Можешь смело ее выбросить на свалку, дорогая! Или, всякий раз попадая на страницу с моим именем, просто зажмурь глаза и постарайся вычеркнуть из памяти все то, чему там всегда и так было не место! А еще подумай о том, что в твоей книжке и без меня хватает громких имен. И куда уж более, чем я, привлекательных личностей. Все они, я нисколько в этом не сомневаюсь, сказочно богаты, прославленны, красивы, безнадежно в тебя влюблены и готовы целовать землю с твоими следами. Обрати свой взор на них! Смею тебя заверить, ты не прогадаешь! Одним словом, живи и наслаждайся жизнью! Ты это неплохо умеешь делать! Я же просто не хочу тебе мешать …
      - А ты мне и не мешаешь! - огрызнулась ему в ответ девушка, на какое-то время теряя над собой контроль. - Попробовал бы только, об этом даже подумать! Тебя бы сразу в порошок стерли… И ты сам знаешь, кто именно! Да, кстати …?
      - Что же касается твоего "кстати", - поспешил угадать ее "извечный" вопрос Сергей, - то я вынужден тебя в очередной раз огорчить! Я все еще так и не стал генералом, девочка! И никогда им не буду! Так что, Ваша на меня ставка, увы, оказалась ошибочной! И давайте не будем более толочь воду в ступе! Воробей и ласточка, как известно, летают в разных небесах?!
      - Не смеши, Сереженька, - с чувством собственного превосходства парировала Татьяна. - На воробья ты совсем не похож! Разве что, только своей феноменальной бестактностью и распущенным как у павлина хвостом! И потом… это твое "Вы"? Ты не неисправим! Все никак не наиграешься в свои "незыблемые принципы", да? Лучше скажи, ты надолго вернулся в М…?
      - На "никогда"! - холодно отрезал Сергей, нервно постукивая костяшками пальцев по трубке. - А вообще, какое это в принципе для Вас может иметь значение?
       - Ну как же?! - растерянно усмехнулась ему в ответ та. - Старые знакомые должны встречаться, пить вместе пиво, общаться, наконец …
      - А зачем? - недолго думая, произнес он.
      - Просто так! - нисколько не смутившись, ответила его собеседница. - Просто мне интересно то, чем ты сейчас занимаешься? Как выглядишь? О чем думаешь? И вообще … мы можем встретиться? Просто так, без всяких, как всегда дополнительных, условий с твоей стороны?
       - Можем, но не будем! - скрепя сердце, отрезал Сергей. - Я не вижу в этой нашей встрече никакой объективной необходимости! Это будет бессмысленная трата времени и нервов. По крайней мере, для меня! Вы же сами мне не раз говорили, что как мужчина, я Вам абсолютно неинтересен. А как Человек или просто приятный собеседник - Вы уже не интересны мне самому! Я не общаюсь с людьми, которые однажды меня предали!
      - Ты все не можешь простить Лешу, да? Но ведь тогда у меня с ним совсем ничего не было! Мы просто встретились как друзья. А ты невесть что себе по этому поводу напридумывал! Ты просто боишься себе признаться в том, что был не прав! Поэтому и бесишься! - последнюю фразу Татьяна произнесла с нескрываемым жаром и возмущением.
      И … в чем-то она действительно была права. Но какое это теперь, по прошествию стольких лет, могло иметь значение?!
      И не только потому, что Звягин был слишком упрям и самолюбив, для того чтобы признавать свои поражения. Но еще и потому, что … в результате их неудавшегося с Татьяной романа он уже боялся снова поверить в то, что бывает Любовь! Просто любовь! Которую невозможно объяснить и понять с логической точки зрения. С которой бессмысленно бороться… Не говоря уже о том, чтобы пытаться "кавалерийским" наскоком загнать ее в самые дальние закрома своего подсознания, спеленать забвением и превратить в небытие…
      - Извините, Татьяна Юрьевна, но я больше не могу продолжать нашу беседу! У меня куча важных и неотложных дел! - разумеется, это была откровенная и бесстыжая ложь. Но ничего более умного Сергей так и не смог в сложившейся ситуации придумать. - В общем, желаю всего наилучшего! Удачи и счастья! Но только … без меня! Прощайте …
       - Но …?! - попыталась было возразить ему в ответ девушка,. - Ты же мне все же позвонишь, если вдруг снова окажешься в Москве? И мы когда-нибудь встретимся…?
      - Нет! - прорычал скорее для собственного успокоения, чем для искреннего выражения своих чувств Сергей.
      - Нет, нет, нет и еще раз нет! - как заведенный забубнил он себе под нос, сознательно "накачивая" себя очередной порцией ярости и негодования. - Никогда! Ни за что! Ни при каких обстоятельствах …
      - Господин офицер, мы приехал! - неожиданно раздался в его сознании растерянный голос шофера "такси". - Дом вашего друга вон за тем перекрестком. Я, конечно, могу подъехать поближе… Но там "кирпич"? Можно конечно и нарушить, но …
      - Спасибо, я пройдусь! - Сергею было неловко не только из-за того, что он позволил себе проявить слабость в присутствии "гражданского". То бишь самым постыдным образом "отключиться" и задремать… Но еще и потому, что судя по выражению лица шофера, Звягин громко и весьма убедительно разговаривал, или, того хуже, даже кричал во сне?!
      А это было для него, бывшего кадрового офицера, которого его сослуживцы всегда привыкли считать скорее бездушным киборгом, чем человеком, из ряда вон выходящим. И, чего уж тут скрывать, непростительным …
      С этими мыслями Сергей неуклюже вывалился из кабины "жигуленка". И, все еще стыдливо пряча в землю глаза, размашистым шагом направился к дому Валуева.
      Справиться с "домофоном" ему не составило большого труда.
      И даже несмотря на то, что "код доступа" был семизначным, а Сергей слышал его из уст своего боевого друга всего лишь один раз в жизни. И при том очень давно.
      А еще через пару мгновений его кости уже вовсю трещали и хрумкали под натиском крепких объятий Валуева.
       - Ну, чертяка, добрался-таки, а! Сколько же мы не виделись? Три месяца? Нет, почти четыре … А ты похудел! Ну, точно, стал как вампир! Сухой и тощий! - Валуев окончательно растрогался. И на его глазах заблестели слезы искреннего умиления и восторга от встречи.
      - А ты, старик, напротив, окончательно обрюзг. И теперь уже мало чем отличаешься от жирного и сытого борова! - в свою очередь, не преминул заметить Сергей, отчаянно вырываясь из цепких рук своего бывшего командира. - Вот так и бывает! Стоит только нашему служивому брату попасть на гражданку, как все … "пиши-пропало"! Живот растет, волосы, напротив, выпадают… А вот раньше, бывало … ни одна …
      Сергей осекся на полуслове, только сейчас заметив за спиной Валуева его очаровательную супругу и раскрасневшихся ребятишек.
      - Олька, привет! Рад тебя видеть! - скороговоркой выпалил он. Начисто забыв про то, что "было раньше", и уверенно собираясь чмокнуть жену своего друга в щечку.
      - Ну вот, началось! Пусти козла в огород и …!? - демонстративно преградил ему дорогу Валуев, изображая на своем лице возмущенную мину. - Не успел порог переступить, и сразу же приставать к чужим женам! Свою пора иметь, брат! Когда же мы, наконец, дождемся с Ольгой этого незабываемого события, а? Или, мы зря надеемся, старик? И ты так никогда нас и не покормишь своим свадебным салатом и не напоишь шампанским?
      - Поживем - увидим?! - "великодушно" пообещал Сергей, отодвигая его массивную фигуру в сторону и нарочито не спеша выполняя задуманное.
      - Все, хватит тут при мне лизаться и любезничать! А то, и вправду приревную! - "угрожающе" рыкнул ему в спину Валуев, силой оттаскивая Сергея от своей жены в сторону. - Пойдем лучше пиво пить, ловелас ты наш недоделанный!
      Сергей с готовностью покорился, устремляясь вслед за хозяином в гостиную и не забыв при этом потрепать рукой по голове пятнадцатилетнего сына Валуева Вадима и подмигнуть его ставшей настоящей красавицей дочке - Олесе.
       - Ну, с чего начнем, старик? - присаживаясь за богато уставленный яствами стол, произнес Валуев. И жестом предложил всем остальным немедленно последовать его примеру. - Значит, говоришь, разочаровался ты в воинской службе. И даже решил сменить "меч" на "орало"?
      - Ну, насчет орала ты немножко загнул, Вэн! Это уже перебор! А вот по поводу … плаща и кинжала, я действительно подумываю?! - буркнул Сергей и зачем-то отвел глаза в сторону. - Ты же знаешь, мирного труженика из меня никогда не получится. Я не умею наслаждаться покоем и благополучием, командир!
      - Это уж точно, старик! Со вкусом и тактом у тебя всегда были проблемы! - усмехнулся ему в ответ Валуев. После чего повернулся лицом к Ольге и напыщенно добавил:
      - Мать, ты слышала, чего этот наш "сорви-голова" удумал, а? - обратился он в следующую минуту уже к своей жене. - Наш Сережка, смею тебе доложить, не успел вернуться домой и, наконец, снять с себя десантный комбинезон, как уже навострил лыжи … куда бы ты думала, а?
      - Понятия не имею, милый?! - искренне призналась она, накладывая в тарелку гостя жаркое и всевозможные салаты собственного приготовления.
       - И правда, Сереж, чего ты такого сегодня наговорил Володьке, что он уже целый час места себе не находит, а? - робко поинтересовалась она у Звягина.
      - Дядя Сереж, не хочешь посмотреть мою коллекцию "стерео-открыток", а? - неожиданно перебила свою мать Олеся, и потянув Сергея за руку, немножко разрядила тем самым обстановку. - Пошли, а? Я тебе все покажу! Мама говорила, что до службы ты хотел быть дизайнером! Правда?
      - Я Вам свой новый пилотский симулятор покажу! Он совсем как настоящий, дядя Сереж! Пошли! - не преминул воспользоваться удобным моментом и вступил в разговор Вадим. - А вы нам про войну расскажите! Вы же были там героем, правда! Вон отец говорил, что Вы …
      - Правда, милые, правда! - вежливо, но твердо перебил своих детей отец, раздраженно фыркая и наливая в бокалы водку - для себя и пиво - для Сергея и Ольги. - Дядя Сережа обязательно посмотрит и твои Осик открытки, и твой, Хвост, симулятор! Только не сейчас! Дядя Сережа устал с дороги! Он хочет перекусить! А потом, сколько раз я Вас учил не перебивать взрослых, когда они разговаривают! Ну-ка ноги в руки и марш в детскую! У тебя, Хвост, между прочим на носу экзамен по математике! Я что ли буду за тебя его сдавать, а? А у Осика завтра "сольфеджио"?! Или ты забыла, милая! В общем, хватит бить баклуши и займитесь делом! Дядя Сережа от Вас никуда не денется! Он приехал к нам в гости надолго … Я правильно излагаю ситуацию, старик!
      Олеся, обиженно надув губки и не спуская по-собачьи преданного взгляда с Сергея, схватила со стола тарелку с пирожными и графин с соком и, под громкое улюлюканье Вадима и все же уступила требованию отца, торопливо покинула гостиную и ретировалась в сторону своей комнаты.
      - А ты чего ждешь, Хвост? - в следующий момент обрушил свой "гнев" уже на сына Валуев. - Мне что, два раза тебе повторять о том, что я за тебя учить уроки не собираюсь, а? Давай, вали, и чтоб духу твоего здесь не было!
      - Володька, ну разве так можно… Он же твой сын! - попыталась было вступиться за Вадима его мать. - Он также как и ты, давно Сережку не видел! И не меньше тебя по нему соскучился! Может пусть посидит с нами, а?
      - Балбес он, - заворчала ей в ответ Валуев, с трудом сохраняя на своем лице сердито-напыщенное выражение. - Пусть даже и мой сын! Что с того …
      Теперь пришла очередь обидеться Вадиму. И тот не замедлил продемонстрировать это отцу: сгребая в свою тарелку все, что только попадалось ему на глаза съедобного, и спиной пятясь к выходу из гостиной.
      - У тебя изумительные дети, командир! - не удержался от восхищения и искренне произнес Сергей, как только фигура Вадима скрылась за дверью гостиной. - Я тебе иногда даже немножко завидую. А еще, тому, что тебя всегда любят и с нетерпением ждут…
      - Да, сын у меня и правда хороший! А дочка, та вообще, одно загляденье, - самодовольно морщась и поглаживая свой подбородок, признал справедливость слов Сергея. Валуев. - И все это Оленька … Если бы не она, не было бы у меня ни дома, ни счастья, ни уверенности в завтрашнем дне! …А что касается зависти … Ну, старик, ты сам виноват! Уже давно пора тебе было бы остепениться! Ну там завести дом, жену, ребятишек! Ты же их любишь, а они, так просто тебя обожают?! А ты, вот все не возьму в толк только почему, как был волком одиночкой, так, глядишь, и помрешь! Если только однажды не найдутся "добрые люди", не спустят с тебя твою пуленепробиваемую шкуру и, наконец, не научат уму разуму!
      - Далась тебе моя шкура, командир! - расхохотался ему в ответ Сергей, жадно глотая пиво и заедая его красной рыбой. - Ты знаешь, что я заговоренный …
      - Брось, старик! Тебе самому-то не надоела эта твоя дурацкая роль супермена, а! - опрокидывая в себя уже третий штоф с водкой, неожиданно посерьезнел Валуев. - Ты же взрослый мужик! Умный, сильный, красивый! Девушки при одном твоем только появлении от восторга и восхищения в обморок бухаются! И что…?! В твоей голове - как был полный бардак и застоявшаяся романтика, так их оттуда даже кувалдой не вышибешь! Все ты никак не расстанешься со своим юношеским максимализмом и по-детски наивной тягой к приключениям! Ну скажи, на коей хрен тебе вся эта белиберда! Кому и что ты все время пытаешься доказать, а? И главное, ты сам-то хоть когда-нибудь собираешься, наконец, начать жить? А не продолжать в эту самую жизнь играть, как будто ее, то есть их, у тебя в запасе великое множество…!
      - У меня уже давно нет в распоряжении даже одной! - неожиданно заявил Сергей. И, прежде чем пояснить свои слова, жадно затянулся сигаретой. - Я про мою жизнь, командир! Ее никогда у меня не было. И теперь уже, судя по всему, никогда не будет! А все твои слова … Они правильные, но только не для меня! Я одинокий волк, чья миссия сеять на этой земле хаос и разрушения! Увы, но ни что более путное и полезное, я не способен! Я просто солдат, и мой долг …
      - Чихать я хотел на твой "вымышленный" долг, Сергей! - взорвался от негодования Валуев. - Ты мне им в свое время все уши прожужжал! А толку - никакого! Ты сам придумал себе эту свою идиотскую сказку о "долге", сам же в нее поверил и отчаянно пытаешься по ней жить! Точнее, не жить, а так … влачить жалкое и никому, в первую очередь тебе же самому, не нужное существование! А что касается настоящего долга … Долга истинного мужчины! То ты, почему-то о нем, предпочитаешь не вспоминать …
      - Ты про "дерево, дом и сына", командир! - догадался о каком именно "долге" ему намекает Валуев Сергей. - Ну да, может ты и прав. Я действительно не посадил в своей жизни ни одного дерева, не воспитал такого сына, как ты, и не построил дом, в котором меня кто-то любит и ждет …
      - Точно, старик! Истину глаголешь, истину, - Валуев не удержался и со слезами умиления на ресницах обрушил на плечо Сергея свою тяжелую длань. - Ведь сам же понимаешь, что не прав. И, не смотря на это, продолжаешь дурить! Причем, по "черному"! Ведь вся эта твоя болтовня про "призраков" … Знаешь, если бы мы с тобой свое время не жрали похлебку из одного котелка, не спали бок об обок в одной палатке и не хоронили общих друзей, то я бы, наверно, просто тебя послал… Вместе со всеми твоими бредовыми идеями и как можно дальше! Но ты мой друг! И вот … мы сидим за одним столом, глушим водку, и я тщетно пытаюсь наставить тебя на путь истинный! А ты, сволочь такая, только и делаешь, что продолжаешь корчить из себя "отмороженного" Героя. Героя, точнее сказать - выродка, для которого что своя жизнь, что чужая … просто "пшик", мелочь, на которую не стоит обращать серьезного внимания. Ладно, признайся, что по поводу своего сумасбродного решения стать "призраком", ты всего лишь пошутил, а! И эта была глупая, бездарная и не совсем уместная шутка! Обещаю, что мы оба тут же про нее забудем и я никогда в жизни, клянусь, тебя ею не попрекну, а! Старик! Ну, скажи, какого черта ты молчишь! Ведь ты пошутил, да …Ты не подавал никому и никаких рапортов?! Ты никогда не соглашался на "стирание" собственной личности? И ты искренне жалеешь о том, что у тебя сорвалось с языка вся эта чушь по поводу "живых мертвецов" и тобой же самим выдуманного “нештатного” подразделения Органов …
      - Нет, это была не шутка, командир! - упрямо, как баран, продолжал настаивать на своем Сергей. Прекрасно понимая при этом, что рискует потерять своего лучшего и единственного друга. - И "Отряд-Z" - это не легенда! Он существует на самом деле. И я уже подал рапорт о вступлении в его ряды, Вэн! И очень надеюсь на то, что меня туда примут!
      - Идиот! - окончательно захмелев, выдавил из себя Валуев и в ярости раздавил в своей ладони хрустальный штоф с недопитой водкой. - Ты мне больше не друг …! Слышишь, Звягин! Ты … убирайся вон из моего дома! Я тебя ненавижу, презираю, готов просто удавить вот этими руками!
      - Володенька, ты что?! У тебя кровь?! Ты …, - Ольга вскочила со своего места и в ужасе бросилась к своему мужу.
      Валуев действительно сильно порезался осколками стекла. И его ладони представляли из себя одно сплошное кровавое месиво.
      - Нет, ну хоть ты Оленька, скажи этому "держиморде", что он … полный дурак! И сволочь! Что я люблю его как родного, а он …, - не унимался Валуев, брызгая на Сергея своей кровью и не давая жене замотать свои руки полотенцем. - Он … просто предатель! Вот! Я не хочу его больше знать! Он …
      - Сережка, Володя, по-моему, перебрал! Я никогда раньше его таким не видела! Он сам не знает, что говорит! Ты его лучше не слушай и не обижайся на его слова! Он пьян! А ты … Ты лучше пойди, покури! Оставь нас с ним наедине! Я попробую привести в его в порядок! - с трудом уняв мужа и плотно перетянув его кровоточащие ладони полотенцем, в полголоса произнесла Ольга.
      Сергей с готовностью кивнул. Но прежде чем выскользнуть из гостиной на балкон и оставить супругов наедине, все же лично удостоверился в том, что буйство Вэна явно пошло на убыль. И Ольге ничего не угрожает.
      Минуты через три Ольга к нему присоединилась.
      - Ну, как благоверный…? Пришел в себя? - не скрывая волнения и обеспокоенности в голосе, поинтересовался у нее Сергей.
      - Спит! - с трудом сдерживая дрожь и слезы в голосе, поведала Сергею она. - Я действительно никогда раньше его таким не видела, Сереженька! Что … что ты такого ему сказал? Что такого, из-за чего он просто пришел в бешенство! Только не лги мне, пожалуйста! Ведь ты для нас с Володькой не просто друг семьи … Ты для него значишь даже больше, чем если бы был просто братом! Таких друзей как ты, встречают всего один раз в жизни! Не чаще! И мы с Володькой очень боимся тебя потерять … Так может ты мне тогда ответишь, кто на самом деле те самые "призраки", что неожиданно встали между тобой и Володькой! И какое ты к ним в принципе можешь иметь отношение, а! Только честно, без дураков! Я подозреваю, что вся ваша перепалка с Валуевым возникла не на пустом месте!? И эти ваши "живые мертвецы" - это что-то очень и очень страшное… Да? Не молчи … Ты не просто не имеешь на это права!
      - Хорошо, Оленька, я тебе все расскажу, - неожиданно легко подчинился ее уговорам Сергей. - Может ты, в отличие от Володьки, меня поймешь! А потом, как-нибудь поможешь же мне ему все это объяснить! Если, конечно …
      - Если что? Ты, давай договаривай! - насторожилась девушка. - Я тебя также как и Володька не первый год знаю. Ты нянчил моих детей. Ты лучший друг моего мужа. Ты не можешь … меня обманывать!
      Если бы Сергей в эти минуты был абсолютно трезв, то у него хватило бы духу собраться с мыслями и поставить жирную точку в их с Ольгой разговоре.
      Более того, он был просто обязан это сделать. В ее же и Валуева интересах. Даже если бы ему пришлось при этом обидеть самых близких ему людей. Даже если при этом ему пришлось бы проявить к ним жестокость. Даже если …
      Но он смалодушничал:
      - Хорошо, если ты так просишь, то не будем ходить вокруг да около… Но только знай, Олька, что это тщательно оберегаемая всеми спецслужбами России тайна. Военная и государственная. И ты никогда не сможешь ее рассказать никому. Даже Володьке. Потому что, если ты это сделаешь, то вначале тебе никто не поверит. А очень скоро... тебя, Володьку и ваших с ним детей могут просто убить! Я не шучу! Тем более, что я могу сам оказаться в роли вашего киллера. А выполнить эту задачу, я не смогу. И ты это знаешь! Но те, кто придет вслед за мной … они не будут столь же щепетильны, как я. Они выполнят поставленную перед ними Государством задачу! И даже будут впоследствии искренне гордиться содеянным …
      Подобное вступление было еще одной ошибкой, если не сказать большего - непростительным легкомыслием, с его стороны.
      В сложившихся обстоятельствах Сергей просто не имел права не учитывать синдрома женского любопытства. И, опять же, чисто женского неумения трезво оценивать риск в критической ситуации.
      Но он пять же, он ничего подобного не сделал.
      - Ну что, Олька, у тебя все еще не пропало желание узнать тайну Российских "призраков", а? - вкрадчиво поинтересовался он, мало чем отличаясь в эти минуты от Эдемского змия с яблоком.
       - Нет! - самоуверенно заявила девушка, повторяя тем самым "роковую" ошибку своей божественной прародительницы. - Я тебя внимательно слушаю! А там … будь, что будет!
      - Хорошо! Тогда слушай! Начну с того, что в том, что ни ты, ни миллионы других гражданских лиц в России никогда не слышали о "призраках" нет ничего удивительного! Напротив, это само собой разумеющееся! Потому что … те, кого в войсках называют не иначе как "живыми мертвецами", в Органах - "призраками" - это не совсем люди в общепринятом понимании этого слова. Потому что … они не имеют имен, друзей, семей, родственников … Они вообще не имеют ничего такого, что бы хоть как их привязывало к реальной жизни. И само собой, каждый из них однажды, но навсегда, обязан сознательно отказаться своего прошлого, пренебречь настоящим и уже более никогда не испытывать тягу к будущему. В результате всего этого - они самое совершенное оружие из всего того, что, когда-либо было изобретено Человечеством. Потому что, они твердо знают, в чем именно состоит смысл их жизни. Он - в том, чтобы защитить Государство. Любой ценой. И, в первую очередь - ценой этой самой, своей, жизни. Но и жизнь для них - всего лишь временная, и потому невыносимо мучительная, отсрочка смерти. Смерти, уже де-факто состоявшейся в "миру". И потому утратившей как для них самих, так и для их близких, не только весь свой трагический фон, но и мрачный апофеоз несправедливости.
      - И ты … Ты действительно решил присоединиться к этим несчастным, Сереженька? - в растерянности перебила его Ольга. - Но почему …?
      - Потому что, - не задумываясь, ответил Сергей, - я уже давно один из них. Из этих самых, как ты выразилась, несчастных. Ну, а что касается того, почему я только сейчас решился расставить все точки над "i", то … Все очень просто. До самого последнего момента, я просто боялся того, что не смогу никогда вернуться назад. Теперь же все изменилось. Война все и вся расставила на свои места. И я готов признать неизбежное…
      - Ты, может быть и "да"! А твоя мать, сестренка, мы с Володькой, наконец! О нас ты подумал! - в возмущении набросилась на него Ольга. - Ты действительно сумасшедший! Володька был прав. А еще … ты сволочь. Самовлюбленная, эгоистичная сволочь! Ты думаешь только о себе, и тебе плевать на то, какую боль этим своим безрассудством ты при этом причиняешь другим! Ты …
      - Никакую боль и никому я причинять не собираюсь! Пойми ты это, наконец, Олька! Все случится как бы само собой! Вы просто меня похороните. И этим все и кончится! А дальше … время и расстояние все лечит! Каждый из нас, когда он теряет близких, рано или поздно, но все же, оказывается вынужден с этим смириться. И на собственном опыте познать непреложную истину о том, что жизнь на этом не заканчивается! Все мы смертны! Все мы в этот мир приходим без всякого предупреждения. И столь же неожиданно его покидаем. Это закон Природы! Не мы его придумали, и ни нам его опровергать! Я все равно в этом вашем мире лишний! Я никогда не смогу с этим жить … А значит, однажды, я все равно сделал бы это…
      - Что бы ты сделал? - переспросила Ольга, испуганно заглядывая Сергею в глаза. - И что ты имел ввиду, говоря про то, что мы тебя "просто похороним и все …"?
       - Не знаю, как тебе это объяснить, - замялся Сергей. - Ну, там … Ты понимаешь, я не могу вот так просто исчезнуть из этого мира и стать "призраком"! Для этого необходимо быть признанным всеми, в том числе и своими друзьями и близкими, полноценным "мертвецом". И я честно не знаю, как именно все это случится! Ну, может, там, автомобильная катастрофа, отравление токсинами, скоротечный рак или что-либо еще из арсенала "стирателей"? Но в любом случае, все это будет выглядеть более чем правдоподобно! И ни у кого из Вас не возникнет даже тени сомнения в реальности того, что моя смерть самая, что ни на есть, "настоящая"!
      Сергей, не выдержав нервного напряжения, отвернулся в сторону от Ольги и жадно закурил свою внеочередную, пятую шестую или какую-то там еще по счету, сигарету.
      Неожиданно он почувствовал легкую вибрацию и зуд на своем правом запястье.
      Затем, раздался пронзительный писк. Вибрация превратилась в нервную дрожь, а зуд - в невыносимую боль и жжение.
      Это был, без всяких сомнений, его "Тревожный Браслет".
      - Что это … такое? Что это за звук? - воскликнула Ольга, чисто инстинктивно затыкая пальцами уши. - Это они, да… Это твои "призраки"? Они уже здесь? Они пришли за тобой… Так скоро?
      - Думаю, "Призраки" здесь не причем! - поспешил "успокоить" ее Сергей. В тоже время сам от возбуждения кусая в кровь губы. - Насколько мне известно, они никогда не используют электронные средства связи. Ни в общении друг с другом. Ни, уж тем более, вступая в контакт с теми, кто еще только собирается стать одним из них. Они вообще не доверяют электронике. А это … всего лишь мой "пэйджер". Кто-то послал на него для меня экстренное сообщения. Вот он и "визжит" от служебного рвения…
      На этот раз было правдой. Хотя, опять же, половинчатой.
      Потому что его, Сергея, "пейджер" не был гражданским. И сообщения на него могли послать только "особисты" из штаба. Причем, лишь они одни.
      "Черт! И главное, как не кстати. Не ровен час, и Валуев обо всем догадается. Ну, о том, что по поводу "призраков" я не шучу. Надо срочно отключить "пейджер"!" - пронеслось в мозгу Сергея.
      Как бы в ответ на его мысли, дверь балкона осторожно приоткрылась и в образовавшемся проеме появилась не на шутку встревоженная физиономия Валуева.
      - Оленька, я в порядке! Пожалуйста, оставь нас с Сережкой наедине! У нас с ним чисто служебный разговор! Тебе лучше его не слышать! Ты все равно ничего не поймешь, только лишь
      Несколько обиженная подобной бесцеремонностью своего суженного, Ольга растерянно кивнула. Но все же подчинилась его неожиданному требованию.
      - Ты получил от них "Вызов", не так ли, старик! - все еще заплетающимся от переизбытка алкоголя, голосом поинтересовался у Сергея Вэн.
      - Точно! - без особого на то энтузиазма признался Сергей.
      - Что думаешь по этому поводу?
      - Ничего, командир! Такими вещами не шутят …
      - Пожалуй, ты прав, - согласился с его мнением Валуев.
      Валуев осекся, отчаянно тряся головой и массируя пальцами виски при этом.
      Уже через минуту, его было невозможно узнать.
      Он был трезв как "стеклышко". По крайней мере, выглядело это вполне убедительно.
      - Ну и что собираешься делать, капитан! - неожиданно спросил он Сергея.
      - Как что? - искренне удивился его "странному" вопросу тот. - Разумеется, выполнять свой долг!
      - Понятно. Значит, жребий брошен, Рубикон перейден? Хорошо, тогда я все же провожу тебя …. в последний путь! - забубнил себе под нос Валуев. - Вот только переоденусь и захвачу с собой кое-что из оружия. А ты .. Ты что, собираешься в таком виде явиться к Подлесному? Да он тебя даже на порог не пустит …
      - Разумеется, нет! Я так же, как и ты, собираюсь привести себя в порядок. Только для этого мне необходимо будет заскочить на пару минут в гостиницу…
      - Тогда, лови машину! Я поеду с тобой. Ты не возражаешь?
      - Обижаешь, командир! - поспешил заверить его в своей "преданности" Сергей. - С чего бы то мне это быть "против"?
      - Да еще, чуть не забыл, - добавил Валуев, переходя на шепот. - Ольге и детям о том, что случилось, ни слова! Она и так настрадалась за последнее время - не дай бог пережить нечто подобного каждому! Одним словом, я ей скажу, что просто пошел тебя провожать до гостиницы! А ты мои слова подтвердишь! Лады!?
      - Лады! - кивнул ему в ответ Сергей. - Значит, я жду тебя с машиной у подъезда? Так?
      - Валяй!
      Сергей покинул балкон первым. Вежливо попрощался с Ольгой, пообещал Вадиму и Олесе обязательно навестить их "завтра" и уже через минуту был на улице.
      Валуев тоже не заставил себя слишком долго ждать.
      А еще через полчаса они уже были в гостинице.
      Оказавшись в номере, Сергей торопливо сорвал с себя гражданский костюм и небрежно отшвырнул его сторону. Как вещь, успешно выполнившую задачу и ставшую теперь для него абсолютно бессмысленной.
      Через пару минут на нем уже снова был кожух бронежилета, пятнистый комбинезон десантника и армейский ремень.
      Ему оставалось только лишь взвалить на плечи сумку с оружием …
      И навсегда распрощаться с мирной жизнью
      Между тем, очередной зуммер радиотелефона не дал ему так просто уйти.
      Сергей чисто автоматически потянулся к трубке, но тут же отдернул свою руку назад.
      Без всякого сомнения, это была она. Татьяна.
      Сергей беззлобно оскалился.
      Он уже знал, что именно она собирается ему сказать. И что именно он сможет и, главное захочет, ей ответить.
      А значит … они все равно не найдут друг с другом общего языка. Ни сейчас, ни когда-либо еще в будущем.
      - Воробей и ласточка летают в разных небесах, дорогая! - прошептал он себе под нос, прежде чем раз и навсегда сжечь за собой все мосты к отступлению. - Не забывай об этом! И не пытайся переделать мир, которого ты не знаешь. И людей, которыми ты, быть может, даже чисто по привычке, но, тем не менее - пренебрегаешь. Что же касается меня, то я ухожу … Теперь уже точно! И без дураков!
      Сергей еще раз усмехнулся в адрес все еще надрывавшегося от бессмысленных потуг радиотелефона и вместе со всем своим скарбом решительно зашагал в сторону лифта.
      Навстречу Новой Войне.
      Правда, на этот раз, уже совсем не собираясь вернуться с нее Победителем.
      
      Александр Алмистов, Москва - 2002
  • Комментарии: 2, последний от 06/01/2003.
  • © Copyright Алмистов Александр Александрович (almistov@rambler.ru)
  • Обновлено: 10/12/2002. 51k. Статистика.
  • Рассказ: Проза
  •  Ваша оценка:

    Все вопросы и предложения по работе журнала присылайте Петриенко Павлу.
    Журнал Самиздат
    Литература
    Это наша кнопка