Горохова Светлана Георгиевна: другие произведения.

Гранат

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
  • Комментарии: 114, последний от 07/01/2003.
  • © Copyright Горохова Светлана Георгиевна (liter@mail.belgorod.ru)
  • Обновлено: 14/06/2002. 8k. Статистика.
  • Рассказ: Проза
  • Оценка: 6.72*41  Ваша оценка:

      Участвует в литконкурсе Тенета-2002 в номинации "рассказы"
      
      
       ГРАНАТ
      
      
       Санька ела гранат. Третий по счету. Санькины щеки и нос давно уже были липкими от гранатового сока, в глазах пощипывало, кожа на кончиках пальцев почернела и заскорузла, скулы сводило. Но она мужественно отправляла в рот зернышко за зернышком.
      
       Гранат подходил к концу. Это радовало Саньку и, вместе с тем, огорчало. Расписанный по минутам план сегодняшних дел был выполнен почти на сто процентов. Оставался последний пункт - уроки. Санька постановила приняться за них после того, как расправится с тремя гранатами. Их вобще-то полагалось съесть в течение дня, а не сразу. Но сегодня Санька с обеда предоставлена себе, и может поступать по своему усмотрению.
      
       На самом деле Саньку расстраивало не столько наличие неготовых уроков, сколько то, что заниматься ими придется в пустой квартире, да еще и поздним вечером. Этого Санька не любила. Если бы она знала, что так выйдет, то сделала бы их днем, когда было светло. Но она надеялась. И сейчас надеется. И жалеет, что первые два граната ела слишком торопливо. Нет, чтобы как этот - по зернышку.
      
       На улице давно стемнело. В комнате, освещенной настольной лампой, сумрачно, холодно и неуютно. Перед гранатами Санька дочитывала книжку. Она тоже кончилась непростительно быстро. Теперь книжка лежала в дальнем углу стола, поблескивая яркой обложкой и еще кое-чем. Взгляд Саньки то и дело обращался в ту сторону, но она усилием воли возвращала его в тарелку. На книжке лежали часы. А Санька запретила себе смотреть на них до тех пор, пока не встанет из-за стола и не умоется.
      
       Умыться хотелось давно. Умыться, зажечь свет, включить обогреватель, отнести на кухню тарелку с остатками гранатов, вытереть забрызганный стол, собрать с пола упавшие зернышки. Начать жить, словом. Все это было бы здорово сделать прямо сейчас. А дальше что? Нет, лучше она еще немного пострадает. Конечно, можно начихать на план и включить телевизор. Но Санька не из тех, кто так просто сдается. Телевизор она смотрела днем - заранее намеченный фильм. Сидеть же тупо перед экраном, абы провести время, - несерьезно.
      
       Пикнули настенные часы.
      
       "Восемь!" - чуть не подпрыгнула Санька и радостно зажмурилась.
      
       И увидела папу. Он сидел в маленькой, прокуренной комнате в обществе троих мужчин. Один из них, дядя Толя, был знаком Саньке. Лица остальных плавали в тумане и казались сердитыми. Мужчины бурно обсуждали что-то, склонившись над столом, засыпанным картами и заставленным чашками с недопитым кофе. Санька будто наяву услышала знакомые и привычно непонятные слова: "Сквиз... без козыря... импас... реконтра..." Она увидела, как папа встает, и душа ее возликовала. Да, встает, и все встают. Дядя Толя собирает карты, другой дядя уносит куда-то посуду и пепельницу, из которой сыплются окурки... И вдруг - о ужас! - дядя Толя, поигрывая колодой, обращается к папе и всем: "А что, может еще шестнадцать?"
      
       Санька мысленно приказывает ему залезть под стол, но он садится на свое место и вопросительно смотрит на Санькиного папу. "Санька одна дома," - не очень решительно говорит тот, поглядывая на пухлую колоду, которой соблазнительно потряхивает коварный дядя Толя. "А ну домой, быстро домой!" - неслышно вопит Санька и стучит кулаком по столу. "Она девица немаленькая, самостоятельная! - противно смеется дядя Толя. - Посидит, время еще - восемь. Я тебя потом на машине отвезу, если автобусов не будет". - "Да я обещал, - мнется папа. - Она ждет." - "Так вон телефон, скажи, что задержишься." - "Не смей!" - Санька уже плачет, чувствуя, что ее телепатические способности нисколько не помогают. Папа, вздохнув, подходит к телефону, снимает трубку...
      
       Звонок. Санька открывает глаза, вытирает слезы и не двигается с места. Телефон звонит. "Пусть, - Санька демонстративно смотрит в окно, словно аппарат позволяет ее видеть. - Не подойду. Пусть думает, что я куда-нибудь ушла. Или, еще лучше..." - Санька снова зажмурилась, представив себе растерянный вид отца с телефонной трубкой в руках. Вот он смотрит в окно, на часы, хватается за сердце, трясущейся рукой нажимает рычаг, снова набирает номер... Звонок. Санька, шмыгая носом и вытирая липкие руки друг о друга - больше, кроме платья, нечем, - бредет к телефону. Ее собственное сердце не выдерживает такой картины.
      
       - Да, - хмуро говорит она в трубку, и вдруг заплаканное лицо ее озаряется радостью. - Бабуля! Привет! - кричит она, словно видела бабушку последний раз не вчера, а год назад. - Нет, мама на дежурстве. Папа? Папа... спит, - мгновенно приглушает она голос, спохватившись, что чуть не выдала отца: узнай бабушка, где он, ему бы здорово влетело. - Я?.. Да нет... Просто он пришел с работы усталый и лег, а мне скучно, вот и обрадовалась... Нет, еще не сделала... Ужинали. И еще будем - я уроки доделаю и разбужу, - отчаянно врет Санька. - Долго не отвечали? Это я в ванной была... А в спальне не слышно, я двери закрыла, чтоб тихо... Нет, все нормально. Передам. Ладно, пока. Уф-ф-ф, - Санька роняет трубку на телефон, словно та весит килограммов десять.
      
       Комната вновь погружается в тишину. Санька включает свет и смотрит на часы. Десять минут девятого. "Значит, стали играть еще одну шестнадцатку, - мрачно думает Санька. - Ненавижу "бридж"!" - заключает она, глядя в темное окно и вытирая слезы. Про "ненавижу" - это неправда. Папа любит эту игру, даже очень, а Санька никак не может ненавидеть то, что так дорого папе. Потому и покрывает его от обеих бабушек, дедушки и даже иногда от мамы. Вот и сегодня они договорились, что после работы он с дядей Толиком зайдет к знакомому сыграть "шестнадцатку" - шестнадцать партий в "бридж".
      
       Если бы Саньку очень попросили, и она бы постаралась, то сумела бы, наверное, объяснить, что это за игра, и почему там партии, точнее, сдачи, считаются именно шестнадцатками, а не дюжинами, например. Но, давным-давно потеряв интерес к этой трудной и скучной для нее игре, Санька уяснила для себя одно: "шестнадцатка" - это, в среднем, три часа. И если папы нет дома в восемь, то дело ясное, сомнению не подлежит: появится он теперь не раньше одиннадцати. Значит, надо Саньке садиться за уроки и смириться с тремя часами одиночества.
      
       Санька шмыгает носом и сжимает кулаки. Она уже немного жалеет, что не сказала бабушке правды. Пусть бы ему досталось! Не будет оставлять дочку одну на целый вечер. А вдруг с ней что-нибудь случиться? Вдруг решит куда-нибудь пойти? Санька косится на дверь и вздыхает. Никуда она не пойдет. Она знает. И все знают. Она даже уроки все сделает. Доест гранат и сделает. Это тоже всем известно, и никому не приходит в голову тревожиться, что что-то с ней может быть не так. Ну и ладно!
      
       Санька, сдвинув брови, смотрит себе под ноги. Скоро пять минут, как она стоит возле телефона и не трогается с места. План мести рождается сам собой. Да, она быстро расправится с гранатом и уроками и ляжет спать. Вот это план так план! Пусть милый папочка приходит, когда хочет, раздевается в темноте и ест остывший ужин. Или греет, но - сам. И пусть не воображает, что кто-то его тут ждет, сгорая от нетерпения! Конечно, Саньке самой будет не очень весело притворяться спящей в то время, как он будет ходить по дому, вздыхать и бояться ее разбудить. А если включит телевизор - тогда совсем труба! Впрочем, всегда можно будет выйти с недовольным, заспанным видом: мол, ты меня разбудил. Хотя, может, Саньке и впрямь удастся заснуть. Так это же еще лучше!
      
       Приговор вынесен, дело за исполнением! Санька кидается к столу и вгрызается в порядочные еще остатки граната. Сок брызжет, но Саньку это мало заботит. Она больше не прислушивается к шагам на лестнице и не вздрагивает от звука хлопнувшей двери подъезда. Ей даже хочется, чтобы все получилось, как она задумала. Нет, спать она не будет. А вот так именно выйдет, заспанная, рассерженная, и сядет к телевизору. Молча. Потом бросит небрежно: "Во сколько пришел?" И опять замолчит. А потом...
      
       Сладкие мечты разбиваются о шорох ключа в замке.
      
       - Папка! - орет Санька и летит в прихожую, забыв, что ей уже полгода как тринадцать лет, а лицо и руки перемазаны гранатовым соком пополам со слезами...
      
      
       1998
  • Комментарии: 114, последний от 07/01/2003.
  • © Copyright Горохова Светлана Георгиевна (liter@mail.belgorod.ru)
  • Обновлено: 14/06/2002. 8k. Статистика.
  • Рассказ: Проза
  • Оценка: 6.72*41  Ваша оценка:

    Все вопросы и предложения по работе журнала присылайте Петриенко Павлу.
    Журнал Самиздат
    Литература
    Это наша кнопка