Кирилл и Мефодий
Хостинг. Кирилл и Мефодий
Хостинг на KM.ru | Новости | Shopping.Ru | Мегаэнциклопедия | Чат | Компьютеры | Туризм | Здоровье | Работа
Реклама на KM.RU Реклама на KM.RU

KM.RU >>  4Students.ru >>  hronos.km.ru

 

Дмитрий Веденяпин

 

СТРЕКОЗА

 

 

 

 

Русская жизнь

XPOHOC
ФЛОРЕНСКИЙ
НАУКА
РОССИЯ
МГУ
СЛОВО
ГЕОСИНХРОНИЯ
ПАМПАСЫ
МОЛОКО
ГАЗДАНОВ
ПЛАТОНОВ

СТРЕКОЗА

Остается цепляться за свет, потому что иначе
Стрекоза (не бывает прекрасней) не вылетит из
Глубины придорожной кулисы, и сосны на даче
Тишину и себя за окном не исполнят на бис.
И прохожий в тулупе не сможет шагать по лыжне
Постановщиком времени, рыцарем в солнечных латах
Вдоль стрекочущей ЛЭП, мимо пустошей шестидесятых,
А возьмет и исчезнет и больше не будет уже.
И, конечно, родня, та, что есть, но особенно та,
Что давно не гадает о сме- и бессмертьи под утро,
Не останется прежней, как августовская пустота,
Там и сям просквоженная крылышком из перламутра.
 
2000
 
 
* * *
Мама под снегом ведет ненормальную дочь.
Это нормально; земля обрастает сугробами;
Дом вверх ногами висит в опрокинутом небе -
Кто-то расчистил каток; сны, мешаясь со злобами -
Любит-не любит? - положены всякому дневи;
Случай гадает, не зная: помочь-не помочь?
Голос бормочет: "заря новой жизни", "побег
В царство свободы", "мужайтесь", "да будут отложены
Все попеченья житейские", "верьте", "терпите"…
Время стоит у окна и в слезах, завороженно
(Каждый нежданно-негаданно в центре событий
Собственной жизни, как минимум) смотрит на снег.
 
2000
 
 
* * *
Мне хочется срифмовать
"Искусство" и "чувство",
Вообще-то,
Это диагноз, это -
Как бахнуть из пистолета
В Музу
И ахнуть
Где-то
По ту сторону добра и зла,
Вернее - по эту.
Поэту
(За такие дела
И отношенье к предмету,
Как он бы сказал, любви)
Не заслужить пиетета
Со стороны букета
В стеклянном кубике света
С бабочкой визави.
2000
 
 
* * *
Плаха? Нет, он хотел сказать праха,
В смысле прах в родительном - у него
Дефект дикции. Что?.. Неважно,
Важно то, что сначала железно, потом бумажно,
А потом - вот именно - ничего,
Кроме страха.
 
2001
 
 
* * *
Е. Л. Ш.
 
Сделай себе пару очков, которые называются
 
“очками смерти”, и через эти “очки смерти”
смотри на все.
 
Савонарола
1
Есть мир и Бог; мир, человек и Бог;
Открытость миру и открытость Богу;
Есть камень у развилки трех дорог
И путник, выбирающий дорогу.
...Погибли все - и тот, кто захотел
Разбогатеть и поскакал направо,
И кто свернул туда, где власть и слава...
Лишь тот, кто выбрал смерть, остался цел.
 
2
Есть лес и снег, пустыня и вода,
Круг Зодиака, воздух, время года,
Земля и небо, слава и свобода,
Отчаянье и память, “нет” и “да”.
Есть ад и рай с его рукой-лучом,
Пророки, маги, звезды, птицы, листья,
Художник, гравирующий мечом,
Боец-монах, сражающийся кистью:
Зеленый север, желтый юг, восток
Белее снега, красный запад, синий
Слепящий Центр; молитва, пепел, иней
И человек, который одинок.
 
3
Я полюбил тебя, бессонный человечек.
Огромный коридор наполнен тишиной.
В окне стоит зима, и черно-белый вечер
Похож на зеркало основой ледяной.
В колодце темноты скользят смешные люди.
Прижавшись лбом к стеклу, не разжимая век,
Тот мальчик видит все, что было, есть и будет.
Над эллипсом катка порхает редкий снег.
Есть только то, что есть; он встанет на колени,
И двор под окнами, каток, асфальт, подъезд
Окажутся на дне почти прозрачной тени
Пространства-времени, похожего на крест.
Есть только то, чего как будто нет.
Внутри другой зимы я выбегу из школы,
И он подарит мне очки Савонаролы,
Чтоб я смотрел сквозь них на разноцветный свет.
1997
 
 
* * *
Сияла ночь…
Фет
Сияла ночь; бред вспыхивал, как воздух,
В твоих зрачках и был непобедим.
Стеклянный куб террасы, небо в звездах,
Трава и дым.
В отчаяньи сплошных несовпадений,
Сквозь сон и свет
Беспомощно среди ночных растений
Рыдать, как Фет.
Стать маленьким, похожим на японца,
Непрочным, как стекло;
Открыть глаза, чтобы увидеть солнце,
А солнце не взошло.
2001
 
 
КИТАЙСКИЙ РОМАНС
 
Иероглиф зимы; синеглазая фата-моргана
Января за стеклом в серебре ледяного письма;
Люди сходят с ума и глядят из окна ресторана
На ночные дома.
Души сходят с ума и парят над притихшим столом,
Как бойцы Шаолиня над рисово-снежным татами,
Произвольно смешав лед и мрак на сквозной гексаграмме
С кареглазым теплом.
Знанье меньше незнанья; "я" - просто большая акула;
Время, спрыгнув со стула, сражается с вечностью; "ты" -
Просто ночь за стеклом, красный плеск ресторанного гула,
Белый шум пустоты.
 
2001
 
 
* * *
Как - вид сверху - автобус в снегах, как бесхозный дефис,
Безнадежно сшивающий два ненаписанных слова,
Как - зеркально - и сам самолетик, составленный из
Ватной нитки в полнеба, иголки и смутного зова
Над горами-долами, гостиницей, млечным каре
Седоватых берез - на стволах световые разводы -
Сколько ночи? - Дефис на глазах вырастает в тире -
Приближается утро - залогом внезапного хода,
Выражая, как пишет Д.Э. Розенталь, неожиданность. Даль,
Не "толковый" Владимир Иваныч, а просто - в игрушки
Превращает огромные вещи, включая печаль,
Ту, что больше… но меньше ресницы на белой подушке.
 
2001
 
 
* * *
Двадцать лет уже - ни много ни мало -
Пахнет сыростью на том повороте,
Где слова твои растут как попало,
Мрея дымчато, как лес на болоте.
Право слово, так сказать, слово право,
Поднимаясь к облакам из карьера,
По утрам, как муравей, темно-ржаво,
Как комар, по вечерам бледно-серо.
Тот, кто думает, что все уже было,
Держит удочку не той стороною.
Баба вымыла дрова, нарубила
Всю посуду и проснулась больною.
Ворох дел моих, как белая сажа,
Пух и прах, седой дымок от карбида,
Промелькнет как бы фрагментом пейзажа,
Отраженным в стеклах заднего вида.
Суть не в минусе и даже не в плюсе,
И не в том, что все могло быть иначе.
"Раби Зуся, был ли ты раби Зусей?" -
Спросит Бог, и раби Зуся заплачет.
2001
 
 
ANGELICA SYLVESTRIS
 
Я падаю, как падают во сне -
Стеклянный гул, железная дорога -
В темно-зеленом воздухе к луне,
У входа в лес разбившейся на много
Седых, как лунь, молочных лун, седым,
Нанизанным на столбики тумана
Июльским днем - как будто слишком рано
Зажгли фонарь, и свет похож на дым
И луноликих ангелов, когда
Они плывут вдоль рельс в режиме чуда -
Откуда ты важнее, чем куда,
Пока куда важнее, чем откуда -
Белея на границе темноты;
Вагоны делят пустоту на слоги:
Ты-то-во-что ты был влюблен в дороге,
Ты-там-где-те кого не предал ты.
1999
 
 
* * *
Изменить жизнь!.. Не вообще - это
Дьявол, - только свою.
Если путь - свет, на краю света
Он подобен копью.
Нужно просто войти (приз - вскипевшие слезы)
В эту солнечную полосу.
Правда - если слова шелестят, как стрекозы
Над дорожкой в лесу.
Если свет - тьма, в перевернутой дали,
У других берегов
Все не так - но и там крутят сальто-мортале
Тени наших шагов.
Два фрагмента: "Широк человек, я бы сузил"
И - игра стоит свеч.
Если правда - разрыв, а сомнение - узел,
Значит луч - это меч.
 
2001
 
 
ЗНАМЯ
Встреча за закрытыми глазами
С чем-то, что из рук
Вон, шурша и хлопая, как знамя,
Падает на луг.
То ли память, то ли вечер, то ли
Невечерний свет
Меркнет перед тем, что поневоле
Значит этот бред.
Знаменосец знаменует страсть
Даже мертвый, сшибленный, как кегля;
Знамя мнется и струится, медля
Сдуться и упасть.
Не вздыхать бы, рея, в тишине
Знамени над лицами слепыми,
Если бы не собственное имя
На его усталом полотне.
2001
 
 
НАЧАЛО ВЕКА
 
Площадь перед дворцом (в городе Китеже) -
Пусть пионеров - все-таки тьма мигала
Снегом, когда из трамвая (номер забыл уже)
Мы вылезали у сводчатого портала.
Мы вылезали и попадали в шахматный
Вечер зимы, просто идущий мимо,
Вместо и после субтропиков Вишакхапатнама
В сказке про гроб на колесиках в сердце Нарыма.
В сердце Нарыма, в черном квадрате, в белом
Царстве зимы, страшно сказать, в безгрешной
Смертной любви все перепачкано мелом,
Каждая дверь - и король растерялся, конечно.
И король растерялся, и все растерялось: дом,
Citizen Rosebud - детские санки;
В раковине зимы глухо, как в танке;
В черном квадрате (Малевич тут ни при чем)
Белый квадрат - фрейлина, где принцесса? -
Ночь, перламутр и вата мечутся врозь.
В озере Светлояр световая завеса.
Старое кончилось, новое не началось.
2001
 
 
* * *
В траве, в костре июня, у торца
Шестнадцатиэтажного дворца,
Споткнувшись о натянутое время,
В зеленом круглом мире, где пришлось-
Приходится-придется, глядя сквозь
Танцующую солнечную темень
Туда, где только музыка, без слов,
И мелкий дождь, как стрелки без часов,
Среди стволов стрекочет наудачу
(В душе у грибника то вскрик, то всхлип:
Нет, гриб - нет, лист - нет, гриб - нет, лист - нет, гриб),
За полчаса до выезда на дачу -
Все собрано, но ты еще в Москве -
Над мальчиком - что тот грибник - к траве
Склонившимся над смятой пачкой "Dunhill"
И собственным беспамятством, в аду,
В Москве и в опечатанном саду
Стоит стихотворение, как ангел.
2001
 

© "Русская жизнь"  литературный журнал

 
Rambler's Top100

WEB-редактор Вячеслав Румянцев

Русское поле