Новости | Писатели | Художники | Студия | Семинар | Лицей | КЛФ | Гости | Ссылки | E@mail
 

 

 

 

 

 

 

 

 

Павел ПОЛУЯН

 

КНИЗУ И КВЕРХУ

 

сборник стихов

 

 

 

* * *

Огромный аппарат
Взлетел с земли на небо,
Пружинками звеня
И дребезжа стеклом...
А я по полю шел,
Жевал кусочек сена,
И под ноги глядел,
И думал о былом.

 

Но аппарат гудел -
Так призрачно и жутко,
Что я прервал свой путь
И посмотрел ТУДА...
О, Господи!
Ого!
Вот это, братцы, штука!

 

Я выплюнул траву,
И аппарат упал.

1985 г.

 

 

* * *

В правой было ведро,
в левой - смятая новая сотня.
В лифте пахло метро,
а в подъезде - пивной подворотней.

 

Разлагалась душа,
улетало свободное тело.
До чего ж хороша
философия общего дела!


* * *

Блестит после дождя ячеистая площадь,
Ладонь луча скользит по рыбьей чешуе.
Реальность бытия, столь явная на ощупь,
Условна для ума, как подлинность у.е.

 

Я не хочу сказать, что видимость фальшива,
Хотя глагол "блестеть" по сути не глагол,
А все, что нам дано, - лишь боль после ушиба,
Которая пройдет, коль сделают укол.

 

Грань скальпеля скользнет по вздрагивающей рыбе,
Явь лопнет, как фольга, когда в конце времен,
Слоистый бисер слов скривится на разрыве,
И ангел протрубит, что доллар уценен.

2001 г.

 

СОБОЛЬ

Красивый соболь на скале сидел -
Так император, удалясь от дел,
Взирает на простор горизонтальный.
Был соболь хищн и аппетит имел,
Но в данный исторический момент
Он сытым был и размышлял о тайном...

 

- Откуда я - такой - произошел?
И почему я крылышек лишен?
Ведь даже белки (хоть не все), но могут -
Летать средь елей, сосен, кедров, пихт...
Так чем я - соболь! - недостойней их?
Ужель мой промысл не угоден Богу?

 

Я убиваю... Белочек, мышей,
Тетерочек и прочих глухарей.
Пищух и леммингов употребляю в пищу.
Что делать, если требуется есть?
Насытит ли меня Благая Весть?
Кто виноват, что я родился хищным?

 

Пусть я зверушкам причиняю боль.
Но я же соболь! Я хорош собой!
Мой мех всегда был ходовой валютой.
Я украшал царей и королев,
Так неужели должен грызть орех -
По воле миролюбца Абсолюта?!

 

И соболь хмуро глянул в небеса.
Потом направил гордые глаза
На горы - "мягкой рухлядью" *) одеты...
Внизу темнели хвойные леса,
И в легкой дымке, тонкой как слеза,
Лежали заповедные места,
Куда непосвященным -
входа нету.

-----------------------------------------------------------

*) "мягкая рухлядь" - старинная сибирская идиома,
обозначающая шкурки пушных зверей:
соболей, песцов, белок, горностаев и пр.

 

* * *

Открывается дверь, появляется красная крыса.
На колени залазит, ласкается длинным хвостом,
а потом говорит: "Это только начало стриптиза,
потерпи, мой любимый, увидишь, что будет потом..."

 

"I am glad to see you", - переходит она на английский, -
"I am a red ret, my-майчик", - вот так каламбурит она.
Извлекает на свет пузырек сувенирного виски
и - ничуть не смущаясь - одна выпивает до дна.

 

На зеленом сукне мы играем в бумажные прятки,
после каждой "Сuс-kоо!" симфонически клацает пасть.
Три шестерки подряд выпадают, как будто девятки,
а в конечном раскладе сдается бесцветная масть.

 

Бродит bloodная кровь, азиатская смесь cola-colour,
sumaсбродный коктейль из пакетика капает вниз.
В белом саване бесится перевербованный повар -
на капусту сменявший посмертно полученный приз.

 

По осенней листве пробегают последние слезы,
и деревья, как бомжи, шуруют в закрытом саду.
На Востоке бубнит восходящее солнце "Ка-ед-зы",
так как Западный дух оттрубил в сорок пятом году.

 

Вот такой weekend!
Spiakтограмма крысинного пенья...
За оградой октавы опять на полях киноварь.
После черных суббот никогда не придет воскресенье, -
Закрываются двери,
Уходит довольная тварь.

 

Ей пока невдомек, что на дне опустелого века,
там, где кровь превращается в новую почву страны,
обнаружится вдруг перевернутый след человека,
и рассыплются в прах отпечатки копыт сатаны.

май-июль-август 1994 г.

 

* * *

Черная вестница - непогрешима -
Села ворона на крышу машины,
Клюнула клювом осколок стекла,
Дунула-плюнула и изрекла:

 

"Вот угораздило парня разбиться -
В деле таком не поможет больница -
Сгинул навеки орел молодой
И никогда не приедет домой.

 

Пусть он бандит и вообще ненормальный,
Он, как и все, человек уникальный,
Чем-то особенный, кем-то любим,
Но тормоза не проверил, кретин".


* * *
             Посвещается философу А.Г.

Луна, как НЛО, летает.
Слон думает: "The fly is flyer!"
Он по-английски размышляет,
Поскольку африканский слон.
Ведь муха по-английски - "fly",
А летчик, в самом деле, - "flyer",
Выходит: летчик - это "мухер",
Короче, на фиг и облом.

 

Итак, светясь, садится в джунгли -
Большой плафон ли, абажур ли,
Воздушный шар ли - "шурли-сурли" -
Такой вот звук он издает.
И от обилия свистящих, шипящих
И внутри бурлящих -
Слон убирает уши в ящик
И больше их не достает.

 

Из яйчища выходит муха -
Огромноглаза, но безуха.
Словно по воле злого духа,
Явился колоссальный монстр! -
Она берет слона за шкирку,
Затем кладет его в пробирку
И, прикрепив на пробку бирку,
На бирке пишет: "Слоник конс-н."

 

Я поясню сию фонему
Для тех, кто слушает поэму,
Поскольку трудно въехать в тему,
Воспринимая все на слух.

 

"Слон кон-сер-виро-ван", а значит -
Два уха, помещенных в ящик,
Пропали, так как ихний хрящик
От южной влажности - протух.


* * *

Проживал в яйце любознательный сперматозоид.
Он любил размышлять - головастый поклонник наук:
"Вот сейчас мой хозяин, навеpное, яйца моет", -
Думал он, замечая движенье мошонки вокруг.

 

Но хозяин его, к сожалению, не был чистюлей -
Был бичующий пьяница - бедный больной онанист.
И однажды сперминтик был тупо исторгнут наружу,
И, упавши на землю, засохнул, как сорванный лист.


* * *

В противогазах, вдоль реки
Во тьме ползли боевики.
Ползли в грязи - за рядом ряд,
Тащили ядерный заряд.
Нашептывал какой-то бес
Плотину Красноярской ГЭС
Взорвать. И надобно признать,
Что поступательный прогресс
И просвещения процесс
Готовят множество чудес.

 

Вокруг сурово страшный лес
шуршал:
Взорвать-взорвать-взорвать!
И вот шизоидная рать
Спускает лодку в Енисей
И отплывает в темноту.
Но тут - бандитам на беду -
Всплывает старое бревно
И лодке пробивает дно.
Так - в водоплавании слабы -
Погибли блудные хаттабы...

 

Россия! Вспрянув ото сна,
Бери пример с того бревна!


РЕКЛАМСКИЕ СОВЕТЫ

Если что-то случилось у пса,
Непорядок в его организме, -
Вы его аспирином "УПСА"
Напоите при помощи клизмы.

 

Очень злая лобковая вошь
Размножается, вас беспокоя, -
Морозильную камеру "БОШ"
Покупай, коли дело такое.

 

Если ноги усеял грибок,
Ты от этого, друг, не теряйся, -
Физкультурную обувь "РИБОК"
Побыстрее купить постарайся.

 

Если ты, посещая сортир,
Обнаружил симптом гонореи, -
Туалетное мыло "СОРТИ"
В магазине купи поскорее.

 

Если джинсам крутым вопреки
С болью выскочил прыщик на жопе, -
Что-нибудь, как-нибудь, но купи
Заграничное в фирменном "ШОПЕ".


ПЕСНЯ О СОСЕ

Посвящается товарному знаку "Кока-кола",
английские буквы которого по-русски
читаются как "СОСА-СОСА".

Коль получка под вопросом, -
Пей напиток Соса-Соса!
Посмотрел начальник косо? -
Пей напиток Соса-Соса!
Стал шестеркою для босса? -
Пей напиток Соса-Соса!

 

Перепился кальвадосом? -
Пей напиток Соса-Соса!
Похмелился купоросом? -
Пей напиток Соса-Соса!
Если потекло из носа, -
Пей напиток Соса-Соса!

 

Целовала негритоса? -
Пей напиток Соса-Соса!
След остался от засоса? -
Пей напиток Соса-Соса!
И ребенок от матроса? -
Пей напиток Соса-Соса!
Оказался эскимосом? -
Пей напиток Соса-Соса!

 

Сел в тюрягу по доносу? -
Пей напиток Соса-Соса!
Зад разъело от поноса? -
Пей напиток Соса-Соса!
От соплей в носу гундосо? -
Пей напиток Соса-Соса!

 

Но, употребляя Сосу,
Думай, словно ты философ:
Все вокруг криво и косо,
Потому что -
соса - соса!


* * *

"У-у-ааа-у!" -
говорила некогда Лиза Дулиттл.


* * *

Она любила презервативы
и говорила: "Они - красивы!
Луну в тумане, лицо в окне -
напоминают мине оне..."


ДВОРОВЫЙ МАЛЬЧИК
                            Посвещается поэту А.П.

Вращенье снежных шестеренок,
Искрение холодных призм,
Скрипит морозный механизм,
В него вмонтирован ребенок.
Он мамке пальчиком грозит,
Грызет пластмассовую ручку,
Потом под зад пинает Жучку
И матерится, паразит.


* * *

Стоят бетонные бидоны -
В них обитают хамельеоны.
Там этих тварей миллион,
Над ними властвует Питон.
Питон уверен и упитан,
Имеет сотни жен - улиток.
Но те нимфеточные крошки
Питону наставляют рожки -
В своих ракушках под бочком
Скрывают сладких червячков.

 

И вот однажды поутру,
Свершив любовную игру,
Выходит червячок поползать
Из домика на чистый воздух.
А там - от ревности зелен -
Его встречает хамельон...
Классический неравный бой! -
Напрасно будет ждать домой
Дружка-любовника улитка.
Вот хлипко скрипнула калитка,
Бедняжка вздрогнет: "Это он!"
Но появляется Питон
И языком любовно-липким
Щекочет титички улитки...


 

 
 

* * *

Меняя кожу на ходу,
Уж уползает в лебеду.

 

Там ждет его - его ужиха,
Умильно язычком тряся,
Она лежит на куче жмыха -
К соитию доступна вся.

 

Но что ему - ее соблазны!
Блестящий, как маркиз Де Сад,
Уж - безразлично куртуазный -
Дает жене хвостом под зад.

 

Ужиха - скользкая от горя -
Себя кусает за лобок,
Символизируя собою -
Самодостаточный порок.

 

* * *

Слон по имени Кофейник
Отдыхал в лесу с женой.
Сел случайно в муравейник
И воскликнул: "Ое-ей!"

 

А потом свалился в яму,
Восклицая: "Ая-яй!"
И позвал на помощь маму:
- Мама-мамочка, спасай!

 

Мама сразу прибежала
И Кофейника спасла,
А его жене сказала:
- Ах ты, падла, ла-ла-ла...

 

* * *

               Посвещается близким мне А. и Ж.

Обнаженна звезда сияла,
Тени плыли, как дым в огне,
А мохровое одеяло
Прилипало к твоей спине.

 

Я по этой гусиной коже
Осторожно водил рукой.
Был я слишком уж осторожен,
Двадцать лет прошло, -
Бог ты мой!


* * *
Посвящается знакомой О.

Когда пришел Христос - Евангелие гласит -
Восторженный народ выкрикивал: "Осанна!"
"Тут так-таки вопрос!" - сказал один хасид, -
"Там кто кого-то звал по имени - Оксана!"

 

И я, как этот "кто", Оксаночку зову,
Но не дождаться мне желанного ответа.
Так некоторый крот влюбленным был в сову,
Но счастья не видать тем, кто не видел света.

 

* * *

Солнце скрылось, и злая прохлада
Заползла под рубашку твою.
Замерзает Афина Паллада,
Находясь в христианском раю.

 

Если скромно богиня одета -
Значит нету у ней никого.
Мускулисто-грудастая Света!
Дай потрогать твои ого-го!

 

* * *

Когда стремительный Ахилл
Догнал нахалку черепаху,
Она хихикнула со страху:
"Ахилл, действительно, не хил!"

 

* * *

Когда икающий Икар
На сушу выкарабкался мрачно,
Он сплюнул горестно и смачно:
"Чтоб я еще когда летал!"

 

* * *

Когда ко мне приходит кот,
Я говорю ему: "Василий!
Где это черти Вас носили?
Зачем Ты нарушаешь КЗОТ?"

 

Но, щурясь на рассветный свет,
Молчит любитель сверхурочных -
Усталый труженик полночный,
Держащий хвост, как пистолет.

 

И я надеюсь, что коты
Умеют охранять секреты.
Недаром любят их поэты
И кошки - глупые, как ты.

 

* * *

Я учился молчать, я не верил в далекие звуки,
Выбирал направленье - в какой-нибудь скромный простор.
По цитатам угадывал степень терпенья науки,
чтобы точно понять: отчего Ленин руки простер?

 

Мне вручили билет. Мне сказали, что я - уже взрослый.
Я усвоил посул, в узелок завязал канитель.
И когда по ТВ раздается сигнал "Уже поздно!" -
я бегу в туалет, а потом расстилаю постель.

 

Чтоб созрели слова, надо просто укрыться от света;
набирание градусов - влажный космический жар.
За веселым вином встала в очередь наша планета,
я спросил о цене... Мне сказали, что я - уже стар.

 

Вот решетка морщин - карнавальная маска машины,
свет закрылся чадрой - посмотрите! - ячеистый мир!
Непрерывностей нет - все имеет конец иль вершину...
А коль так, - для чего возбуждать поле творческих сил?!

 

Смерть купила комбайн. А зачем? - уточнять разве стоит?
Любопытней смотреть - как зерно попадает в дыру.
Мировая страда - бурный век урожайных историй,
забродили впотьмах, чтобы спьяну пройтись по добру.

 

Я пристроюсь в конец - места хватит! - а топать не сложно.
Пусть от крайних домов до Олимпа не мало шагов.
Ну, и что ж! Закушу добрым центнером древних пирожных
и познаю сполна злые вымыслы вздорных богов.

1988 г.

 

* * *

Кошка сплюшена в лепешку.
На середине мостовой -
холмик
разномастной шерстки, -
клумба
с рваною травой.

 

Я перехожу дорогу,
проношу печаль в душе.
Я ведь сам - того! - немного -
полусплюснутый уже.

 

Кошка! Ты не обижайся,
только нам не привыкать
в ритме судорожных вальсов
через холмики шагать.

1989 г.

 

* * *

В черной сумке звякнули монеты,
Кончились житейские дела,
В тот четверг, посередине лета,
Под березкой мама умерла.

 

Вижу я, как ты остановилась,
Видимо, решив передохнуть,
Но внезапно небо закружилось,
И стальной петлей сдавило грудь...

 

Говорят, всего лишь три минуты
Длится этот гибельный процесс,
А потом ослабевают путы,
И уже не чувствуешь свой вес,
И невообразимая прохлада
Начинает сердце заполнять...
Боже, правый! Мамочка, не надо,
Мне еще не надо это знать!

 

Вот и все.
Все так оно и было.
Я там не был, но была - ОНА.
Ты сама свои глаз закрыла.
Ты всю жизнь все делала сама.

1997 г.

 

 

НОВАЯ ПЕСНЯ О СТАРОМ

Когда смотрю на тех, кто много может,
Кто ничего и никому не должен -
Их равнодушно-радужные рожи
Во мне рождают нехороший страх:
Вот - кажется - с меня содрали кожу,
Наружу вывернули все, что было можно,
Всадили шпоры, натянули вожжи -
Ажно железо взвизгнуло в зубах.

 

Куплю закуску, наварю картошки,
В честь мелкой сошки выпью водки трошки,
Чтоб в ножки кланяться и подметать дорожки,
Не нужно кушать жирный шоколад,
Уж лучше в лес отправиться с лукошком,
Переключиться на подножную кормежку,
А коли заживо съедят родные мошки,
Так в том никто не будет виноват.

...................

Стреляли танки, белый свет корежа, -
Сжимались пальцы до кровавой дрожи,
Шептали губы: "Господи, мой Боже!", -
Так завершалась темная игра.
Гадаю я о том, что будет позже,
Но выпадает всякий раз одно и то же,
И все пути приводят к бездорожью,
И никому не будет ни хрена.

 

Пара-ра-бам-пара-ра-бам-пора-бы
Пара-бы-ры-бам-ры-бам-бы-пора-бы
Пара-бы-ба-бам-ба-бам-бы-пора-бы
Пора-бы-рыбым-бабам-и-рабам...


* * *
Посвящается рыбам пера

..................................
...Давай, понужай аргументами факты,
"Как бешеных псов!" - по-советски кричи,
подмахивай ротиком, преданный как бы,
не зная последствий, не видя причин.
Житейская проза - поэзия смерти,
обычная демонструация лиц...

 

Я вам выдаю окровавленный серти-
фикат патентованных "чистоубийц".

5 октября 1993 года.


* * *

В глухой тайге
окоченевший труп,
утыканный кинжальными штыками,
лежал 100 дней, не разжимая губ,
в отчаяньи закрыв глаза руками.

 

Но вот однажды черная ворона
К убитому вплотную подошла
И, осторожно клювом тело тронув,
Промолвила:
                       "А где ж его жена?
Небось тоскует... Может поседела,
Забыла человеческую речь
и с безысходной страстью ищет тело,
Чтобы штыки из милого извлечь..."

 

Потом ворона,
зыркнув третьим зреньем,
вдруг каркнула -
и в тот же самый миг
кинжалы стали черным опереньем,
и встретились невеста и жених.

1989 г.


* * *

"Нет ничего кроме жизни и смерти!" -
Так говорила она и, поверьте,
Думала так, потому что она -
С детства хотела остаться одна.

 

Ну, а потом, называясь женою,
Что она думала рядом со мною?
.............................
Делала что-то под дубом свинья -
Я полагал: это наша семья.

 

Плакала Саша - как свет вырубали.
Пар выходил из окошка в подвале.
Черный квадрат нарекли очагом.
Больше в истории нет ничего.

1994 г.

 

* * *

Сидела муха на диване,
Крылами тиха шевеля.
Она была женой шмеля,
Имела в банке три рубля
И много долларов в кармане.

 

Но вдруг огромный паучок,
Неведомо откуда взявшись,
Громоподобно рассмеявшись,
Надел на муху свой сачок.

 

Удар свинчаткою в висок
Нанес паук неторопливо
И высосал из мухи сок,
А баксы выбросил брезгливо.

 

Несчастный шмель, придя домой,
Спросил жену: "Готов ли супик?"
Но молчаливый и немой,
С дивана свесясь головой,
Лежал сухой любомой трупик.


* * *

Одеяло убежало,
Улетела простыня.
У тебя язык, как жало,
Ты ужалила меня!

 

Забирай свои игрушки,
Заворачивай постель, -
Мы наскучили друг-дружке,
Разрываю канитель.

 

Ты зануда и задира,
Я балдею от вина.
В этом мире мало мира,
Но полна войны война.

 

Ты обычная секс-бомба,
Я по жизни - террорист:
Брошу бомбу - что в ней толку?
Кину в верх - взорвется низ.

 

Было страшно с пылу с жару,
Было жарко от огня -
Одеяло убежало,
Улетела простыня!

 

У тебя язык, как жало,
У меня рука в крови...
Наша дружная держава
Развалилась без любви.

 

* * *

Цветными брючками шурша,
Сверкая маникюром.
Идет красотка, не спеша -
Замедленным аллюром.

 

Скрывая неземную суть
Обычной оболочкой,
Обтянута крутая грудь
Бумажною сорочкой.

 

В накрашенных глазах кураж
Горит, как кинопленка.
Она идет на абортаж -
Чтоб выскрести ребенка.


* * *

Не следует в людской поиооде
Искать какой-либо изъян.
Самопознание не входит
В обязанности обезьян.

 

ПОЭТИЧЕСКОЕ СОЗРЕНИЕ

По цвету кофты
сужу - каков ты.
Ежели желтый,
считай - дошел ты.

 

* * *

       Посвещается поэту Н.З.

Чтоб заслужить кусочек сала,
Лиса на улице плясала,
А дрессировщик молодой,
Подъемля длинную ладонь,
Ей отдавал свои команды.
Он был руководитель банды,
Что, браконьерствуя в лесах,
Всей фауне внушала страх.

 

С большим коммерческим успехом
Бандиты торговали мехом,
Медвежьим жиром, чучелами
И разномастными рогами.
Так ради модниц и повес
Опустошался русский лес.

 

Без перерыва два часа
Танцует бедная лиса.
На ней надета мини-юбка,
А к лапке маленькая рюмка
Тугим прикручена жгутом.
Орет вандал вонючим ртом:
"Давай-давай! Пляши, pыжуха!
Не то получишь палкой в ухо!"
Тут выбегает вдруг ОМОН, -
Бандит пищит, но скручен он
Оперативными руками,
Уложен, связан и избит.
Ужо тебе, козел-бандит!

 

Настала ночь. Парк опустел,
Лишь кое-где в тени кустов
Нагие силуэты тел
Сливаются в любовной страсти.
Вот, тишину разбив на части,
Нетрезвый голос песню спел,
Причем, неплохо спел.
Погаснет,
Зажженный кем-то огонек,
И листик ляжет на пенек...

 

Светлеет неба половина,
А под изломанной рябиной,
Закрыв звериные глаза,
Рыдает странная лиса.

 

* * *

Часто случайные встречи
След оставляют в душе,
Помню, однажды под вечер
Я покупал вермишель...

 

В платье из тонкого ситца,
С личиком - солнца ясней,
Там же была продавщица.
Мы познакомились с ней.

 

В парке зеленая лавка
Нам заменила кровать, -
Девушка в розовых плавках,
Буду тебя вспоминать!

 

* * *

Пламенем объятая,
С этажа девятого
Женщина летела,
Испуская крик.
Жизнь ее проклятая,
Молодость помятая,
Почему-то вспомнились
Ей в последний миг.
Вспомнила, как девочкой
В школу собиралася -
Очиняла перешки,
Штопала портфель.
А потом под партою
С мальчиком игралася -
Отдавалась мальчику
Весь учебный день.
Не летайте, девоньки,
Не горите, милые!
Все у вас наладится,
Вздуется в цене.
Если же навалятся
Дни и ночи длинные,
Приходите, сладкие,
Вечером ко мне!

 

* * *

Блондинки сосали льдинки,
Брюнетки кусали ветки,
Шатенки лизали стенки,
А лысые негритянки -
использовали портянки.


* * *

О, как дрожащий пенис губы лижут!
Меня сорвет... Отбросим этот бред!
Ты скажешь:
- Милый!
- Нет! - вскичу я - Нет!
Минет под музыку?!
Но можно ли быть ближе?


* * *

И прихоть, и похоть,
И трогать, и трахоть,
И охоть и ахать,
Хоть полная нахуть.

 

* * *

Утверждаю,
что женщина -
может быть просто товарищем.
Отношения с ней могут быть и чисты и просты.
Опускаю ладонь в благотворную влагу влагалища -
И в ответ ощущаю пожатие братской ... .

 

* * *

О, дорогая! Это лоно
Достойно званья эталона,
Но лучше этот эталон
Скрывать в глубинах панталон.

 

* * *

Покачавающися рахит
Голодным взглядом в даль глядит:
Желток луны в белке тумана -
Яичница для наркомана.
Он верещит, как лилипут,
И слюньки горькие текут.


* * *

Я всегда удивлялся: как это рок-поп может бороться против
наркотиков? Вот и доудивлялся: придумал текст, который, надеюсь,
поможет молодым в наркотическом самоопределении.

 

Наркоман воняет хлоркой,
У него везде прыщи,
Наркомыр скрипит, как пробка,
Как трещетка, верещит.
Наркомыз всегда сопливый,
Ноги пахнут, как дерьмо,
Истеричный, суетливый,
В глазках плавает бельмо.

 

ПРИПЕВ: Наркоманки - поганки! Наркомючки - вонючки!
Наркощавки - прыщавки! Наркомотки - уродки!

Наркоман похож на жабу,
Наркомец похож на крысу,
У него кишечник слабый
И обычно череп лысый.
Наркокур всегда потеет,
Темно-красный, будто клоп,
У него фурункул зреет,
Шишка вылезла на лоб.

 

ПРИПЕВ: Наркоманки - поганки! Наркомючки - вонючки!
Наркощавки - прыщавки! Наркомотки - уродки!

 

Наркоман боится женщин,
У наркоши не стоит,
А на заднице из трещин
Желтоватый гной бежит.
Наркошир бредет шатаясь,
Шприц сжимая грязной лапой,
На губе прилипла гадость,
А из пасти рвотный запах.

 

ПРИПЕВ: Наркоманки - поганки! Наркомючки - вонючки!
Наркощавки - прыщавки! Наркомотки - уродки!

 

Наркопер не держит газы,
Наркоман разносчик СПИДа,
У нормальных едет разум
От его кривого вида.
Наркоман пускает слюни,
У него в коростах кожа.
Плюйте!
              Плюйте!
                            Плюйте!
                                          Плюйте!
Наркомырле - прямо в рожу!


* * *

Затраханные переменами -
Шаманы стали шоуменами.
Они показывают зрелища,
А сами мэны они те еще.

 

У них одежда очень модная
И поведение свободное,
Но все они по сути прежние,
Хоть дурят зрителей успешнее.

 

Под шоуменской фонограммою -
Шаманские лохмотья драные,
И прячутся глазенки страшные
Под маской краскою раскрашенной.

 

* * *
Посвещается ИРА
(Ирландской Республиканской Армии)

Кто в английские камины
По трубе спускает мины?
Отчего дрожит квартира,
Где живет премьер-министр?
Это хулиганит ИРА,
Баловник могучий ИРА,
Великан веселый ИРА,
ИРА - славный террорист!

 

Он взрывает небоскребы,
Рестораны-магазины.
Он глотает самолеты
И съедает поезда.
Он мостам ломает ребра,
Орошает всех бензином,
Поджигает огнеметом
И плюет во все места.

 

ИРА жарит много мяса,
Он коптит вагоны сала,
Заливает кровь в цистерны,
Чтобы выпить всю за раз,
И с усмешкою вандала,
И с улыбкою паяца,
Произносит: "I'm sorry!" -
И глядит, прищуря глаз.

 

Отчего ж тогда британцы
Пристают к России бедной?
И ругаются и щиплют, пальцем тыкая в Чечню...
Видно мало этот ИРА англичан водил на танцы,
И давно в английском клубе не видали казачню.


ЧАСТУШКИ

У Василия спросили:
- Ты докуда будешь в силе?
А Василий отвечал:
- Только восемь раз кончал!

 

У попа была попойка,
А потом - головомойка:
Обозлившись поподья -
Била чем не поподя.

 

Маме жаловаласт Тася -
Я задаром отдалася,
А на такую жалобку
Нам поссать по жолобку.

 

Объяснял тусовке панк,
Попивая колу:
- Нынче доллар сдал в Сбербанк,
Типа для прикола.

 

Как вороны и сороки
Исполняли арии:
Караоке-караоке -
Оки-оки-карие!

 

* * *

Спириты, будучи в астрале,
Его немного обострали,
И с той поры весь тонкий мир
Благоухает, как сортир.

 

* * *

В заснеженных горах Востока
Живут ужасные зверьки,
Питаются древесным соком,
Обсасывают ледники.

 

Деревьев нету на вершинах,
Поэтому-то по ночам
Зверьки спускаются в долину
По-необычному звуча.

 

И там среди садов и пашен
Они отыскивают дуб,
И с выраженьем очень страшным
Глядят на старую кору.

 

Затем высверливают дырки
(У них, как сверла, языки),
На задних лапках, будто в цирке,
Стоят вкруг дерева они

И пьют живительную влагу,
И наполняются тоской...

 

Потом в тоске взыскуют правду
И проклинают свет мирской.

 

Но утро подступает сбоку,
Алеет молодой Восток,
И зверики уходят в гору,
Роняя каку на песок.


* * *
Посвещается коллеге Э.А.

Я рассуждал, как фаталист:
"Зачем себя лепить?
Проявлен жизни фото-лист,
осталось - закрепить.

 

И льется медленно фиксаж
из колбы бытия.
А коли так, так на фига ж
вся эта жизнь моя?!


* * *

Умереть что ли? -
думаю я.
Только миг боли -
и - ничего!

 

* * *

Над землей дымили трубы,
Под землею гнили трупы.
Трубы извергали дым,
Трупы пукали: "пым-пым".

 

При написании данного стишка я полагал, будто выделение газов
разлагающегося трупа выдает из его задницы звук "пым-пым". Однако
знакомый медик-литератор (О.К-ов) объяснил, что пукательный звук
возникает из-за тремора ягодичных мышц, а у трупа сие отсутствует.
Следовательно, реальные трупы под землей не пукают, а издают лишь тихое
свистение - вроде "фь-ю-ю". Поэтому стишочек мой надо воспринимать
метафорически.


* * *
Посвящается поэту В.К.

Идея - вампир, предумышленная, как PR, -
Я ныне пожертвован для ее бессмертья.
А Соловьев Владимир опускал себя в скипидар,
Погружаясь в закипающее столетье.

 

Но Двадцатый вскипел-выкипел: дышите - пар!
Пара тысячелетий - то-то паранормально.
Наша природа - типа четырехмерный шар,
Все в натуре конкретно, а значит - не идеально.

 

Натурфилософия - это многоэтажный мат,
Да и все любомудрие - просто софофилия,
Ароматны истины, когда ты юннат,
На вдохе имяславие, а на выходе - психоделия...

 

Мы, как Hamlet, стриптизировали свою мать,
Да, на клинок напоролись, - а он бесконечно длинный.

 

Убираю подальше
эту пергаментную тетрадь,
Чтобы не пахло телятиной и мертвечиной.

 

 

голосовать

 

Опубликовано впервые

 

 

   

Редактор - Сергей Ятмасов ©2002