Гринвальд Анатолий Викторович: другие произведения.

Май. Импровизации

Журнал "Самиздат": [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Регистрация] [Помощь]
  • Комментарии: 23, последний от 11/12/2002.
  • © Copyright Гринвальд Анатолий Викторович (agrinvald@mail.ru)
  • Обновлено: 20/05/2002. 9k. Статистика.
  • Сборник стихов: Поэзия
  • Оценка: 6.80*7  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Работа номинирова на литконкурс "Тенета 2002". Обсуждение

  • 
    
    
    
    
    Май. Импровизации
    
    
    
    Милосердное
    
    Проводя  по щеке ладонью
    По чужой, как по своей, оставляя,
    Отпечатки пальцев, дом картонный
    Воздвигаешь. Удивляет
    Его нерушимость, верней его вера
    В то, что он не станет руинами завтра.
    А завтра... плутаешь по комнатам – "где здесь двери?"-
    Кто-то сказал, что так вымерли динозавры.
    Домик простоит, что ему ветры,
    Путник зайдёт, попросит воды напиться-
    Ты ему дашь, конечно, ты добрая. Наковеркать
    Варианты судьбы в поисках принца,-
    Что может быть проще? Чужая, любимая,
    Горсточка риса в ладони китайца...
    Путник скажет "спасибо", обует пимы.-
    Их не мало ещё по миру скитается.
    
    
    По Павлову
    
    Реки текут через страны, впадают в моря обычно.
    На берегах сидят люди, некие - удят рыбу, 
    Другие рисуют пейзажи, третьи слагают притчи...
    Четвёртые до рек не дошли – заболели гриппом.
    Я отношу себя к первым – охотник, добытчик, рефлексы.
    Стараюсь не думать, что рыбе, наверное, больно.
    Кидаю в глубины звенящую, прочную леску, 
    Как лассо кидали на западе диком ковбои,
    Запечатлённые на одной старой открытке...
    Давится басом последней двадцатки мой "Грюндик".
    Рыба клюет – куда ей деваться – я хитрый:
    Масса насадок, крючков – я бы сам на них клюнул.
    Те, кто рисуют пейзажи, меня нарисуют
    В выцветших джинсах, торс голый, в глазах – правда зверя.
    Не обессудьте, случайные, милые судьи-
    Это рефлексы всего лишь, я смею заверить...
    
    
    
    
    
    
    Сезон дождей
    
    Устав от схожести с отражением в зеркале,
    Меняешь причёску, но не помогает.
    Лежит одеялом на городе небо, покрашено в серое,
    Лужа с комплексом моря, куда ни пойдёшь, под ногами. 
    Ветер восточный – так передали по радио,
    После пропели битлы  "естедей" - ты не знаешь английского,
    Девочка в третьем окне с белокурыми прядями...
    Кэрол с неё, вероятно, писал на досуге "Алису". 
    Я здесь давно, видишь – взгляд совсем выцветший...
    Речь, да и та, спотыкается о бездорожье.
    Всё мне знакомо, и боли нисколько не вызовет
    Чужая попытка пройтись по воде осторожно.
    
    
    
    Провинциальное
    
    В моём маленьком городе всё по прежнему.
    Секс тоже традиционен, даже с гетерой, 
    К ней здесь относятся очень бережно,-
    Единственный, ощутимый рукою, критерий
    Цивилизации. Здесь даже в праздники тихо,  
    Бандиты стреляют друг в друга редко,
    И слышно как часики тикают
    У бабушек в домиках. Еда – квас да редька.
    Частный сектор, из небоскрёбов – пятиэтажки,
    За ними сразу начинается небо, в нём - птицы
    Летают, как будто бы им не страшно
    Упасть на асфальт и до крови разбиться.
    Три школы. В них постигают дети
    Первые уроки жестокости и равнодушия.
    Старшеклассники на переменах дерутся кастетами
    За девочку (имя),- стоит в стороне, густо надушена.
    Вечереет. Мимо окон всё чаще проходят пьяные,
    Как-то кругами, но всё же передвигаются,
    В таком состоянии любая поляна
    Становится домом. Во мне – чувство зависти.
    День прошёл, размышляю - не пора ли
    Отгородиться от улицы ставнями.
    Памятник Ленину ночью убрали, 
    Статую свободы пока не поставили.
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    Сезон дождей – 2.
    
     
    Я и сам Форест Гамп – идиот по Достоевскому...
    Человек дождя, а дождь здесь идёт слишком часто,
    Отчётливо бьёт по крыше и веско.
     Я зонт не возьму на прогулку. Я счастлив.
    После прогулки я выжму одежду,
    Развешу её, выпью водки, зажмурюсь... 
    Прогулка ли, водка, но что-то утешит
    От вечной, щемящей - с акцентом, но русской.
    Да, пить в одиночку – признак алкоголизма,
    Наверное, так, я, наверное, болен жестоко.
    Глаз, отражаясь в стакане, глядит с укоризной,
    Но не с любовью. Чтобы с любовью – не выпью я столько.
    Беги Форест, беги, что ещё здесь остаётся,
    Как не бежать, обгоняя свой страх на отрезке
    Линии жизни. И за тебя – мои тосты.
    Странное дело, смотри: пью четвёртый, но трезвый.
    Я тоже умею бегать, особенно за трамваями,
    Но всегда опаздываю, наблюдающие смеются.
    Этот смех не становится для меня психологической травмою -
    Я так укрепляю, на всякий,  сердечную мускулу.
    Да, что говорить, что не скажешь – всё попусту.
    Страна глухих – в моду входит общение с помощью пальцев.
    Рот собеседника – чёрная пропасть.
    Не поскользнуться бы... Не упасть бы.
    
    
    
    
    
    
    Бытовое
    
    Насытившись, она подтянет ноги к подбородку,
    Напомнит запятую и уснёт, подставляя затылок
    Моему дыханию. Ей снится, я знаю, водопроводчик:
    Кран сломан вторую неделю и каплет настырно.
    Я отдаю должное её терпению жить с поэтом,
    Говорю каждый день: "Уходи", а она почему-то плачет
    В паутинку шотландского, неистреблённого пледа;
    Я несу этот плед после каждой истерики к прачке.
    Так и жили, прощали друг друга за неосторожность
    Первых встреч и вторых, затянувших намертво узел
    Перепутавшихся как-то раз нитей двух судеб - художник
    И поэт средней силы. Пойду вынесу мусор.
    
    
    Идиллия
    
    Море – оно навсегда, если раз его видел.
    Почему-то вспоминаются пасмурные дни,
    Дождливые; и твой заштопанный свитер
    На всём побережье от Сочи до Гагр – один.
    Все нормальные люди сидят в кафе в это время,
    Пьют "Анапу", кто побогаче – "Клико",
    Официанты порхают с честными лицами "верь мне",
    Я им верю, несложно,- они от меня далеко.
    Море волнуется, видно на то есть причины –
    Падение курса рубля или же просто ветер,
    Мачту сломавший у аргонавтов... Мачту починят,
    Но не теперь, а потом. Ближе к рассвету.
    Воздух, немного влажен, но высшего сорта,
    Дышу учащенно, чтобы после надольше хватило.
    Дождь перспективу штрихует. Отсутствие горизонта,-
    Некуда плыть аргонавтам. Приплыли... Идиллия.
    
    
    
    Советы
    
    Скажу тебе так, словно всё знаю на этом свете:
    Никогда не беги за трамваем, придёт другой обязательно. 
    За этим все равно не успеешь; я лично не успевал, но и не сетовал, -
    Как никак, а считал себя за – теперь честно – писателя.
    Ещё совет: не употребляй без нужды наркотики,
    Я как-то употребил, теперь мой родной психиатр
    Боится меня иногда, хотя между нами так коротко,
    Что подозреваю – он болен сам, тот ещё  кадр.
    Избегай молоденьких девочек – быстро влюбляются,
    Сторонись дам поопытней – не заметишь, как женишься. 
    При шинковке лука опасайся за пальцы,
    И раз в месяц, как минимум, дезинфицируй водкой кишечник,
    Но не пей из горла, да ещё без закуски в подъезде-
     Эти случаи мне известны и пахнут скверно,
    Но не стыдно – случалось в  далёком детстве...
    Лучше пить, если негде, в каком-нибудь сквере,
    Заедать же снежком или раечкой... В общем, 
    Выжить можно... Из истин сквозь сито:
    Умереть всегда легче. Жить сложнее. Бог в помощь,
    Если он ещё сам не закончил свой век суицидом.
    
    
    
    
    Без названия
    
    Последние звёзды стираются с неба. Постепенно
    Их замещает одна, большая.
    Выходишь из дома, считая ступени,-
    Синдром невралгии, пожалуй.
    На улице встретишь нищего, как дела, спросишь,
    Скорей ничего не ответит,
    Как будто не слышал вопроса,
    Как будто унёс его ветер.
    Незнакомка тоже торопится,
    К Блоку на свиданье, наверное,
    Лицо – византийская роспись...
    Красивая, но неверная.
    Бездомный пёс, пытаясь найти хозяина,
    Увязывается за каждым встречным,
    Но встречным самим нечего есть - наказание
    За доверчивость к предвыборной речи 
    Нынешнего президента. Одно радует -
    Наши танки сильнее этих гор.
    Погибшим – правительственные награды,
    Почётный эскорт
    До кладбища – оно молодеет.
    Сторож покажет последний завоз,
    Павших за чью-то идею.
    Мальчики. На погонах, как правило, нет звёзд.
    Где-то живёт ваше милое прошлое,
    В памяти сверстников бродит брагою.
    Спите ребята, вы славно пожили.
    Ах, как девочки ваши плакали.
    
    
    
    
    Просто день
    
    Просто день, как тысячи других,
    Начинается с дыма сигареты. Дым
    Оседает в желудке. Под глазами – круги.
    Умереть легче всего молодым,
    Когда немногое связывает с миром,
    К примеру: теннисная ракетка,
    Шёпот русской девушки - "милый,
    Ты мне даришь цветы так редко"...
    Ещё? Скажу из первого, память не напрягая:  
    Дождь. Море. Некоторые из людей. 
    Голуби, спешащие по краю
    Проезжей части – им бы взлететь...
    Но погода нелётная.
    Больше ничего, на данный момент, не держит.
    Вливаешь бутылку в аорту.
    Земля, срывая резьбу со стержня,
    Падает..................................................
    Успеваешь заметить угловым зрением
    Снятое русской девушкой платье
    С цветами сирени.
    
    
    
    
    Почти безвозмездно
    
                                                Р.Ф.
    
    
    Я для тебя буду просто жить,
    Как умею. Буду, возможно, делать ошибки,
    Прости заранее. Растяжимое
    Утро. "Грюндик" сломался. Купил "Тошибу".
    Не могу разобраться с инструкцией –
    Всё на английском.
    Ловит Америку только и Турцию.
    Стою на карнизе.
    Так больше воздуха. Клюёт орёл печень.
    А я тебя вижу.
    Молодой, красивой, неизнасилованной. Безупречной.
    Мой груз на плечи взвалившей.
    
    .
    
    
    
    И последнее
    
    Вот и май прошёл, полдня от него осталось,
    Дальше – июнь – короткие ночи, длинные письма
    Из настоящего в будущее, вечерами – усталость
    Солнца, зависшего в размышлении над пирсом –
    Нырнуть сейчас или на три секунды попозже...
    Поезд "Батуми – Москва" на станции, но уехать - нет денег,
    Да и не тянет, коль откровенно, ну на кого бросишь
    Эти вторники, среды, субботы и понедельники, –
    Они к тебе так привыкли, что без тебя нет смысла
    Им начинаться. Да и вообще, ведут к себе все дороги.
    Крики чаек в окошко врываются с мыса,-  
    Там, влюблённый в полёт, 
     	Джонатан Ливингстон продолжает давать уроки.
    
    
    
  • Комментарии: 23, последний от 11/12/2002.
  • © Copyright Гринвальд Анатолий Викторович (agrinvald@mail.ru)
  • Обновлено: 20/05/2002. 9k. Статистика.
  • Сборник стихов: Поэзия
  • Оценка: 6.80*7  Ваша оценка:

    Все вопросы и предложения по работе журнала присылайте Петриенко Павлу.
    Журнал Самиздат
    Литература
    Это наша кнопка

    MAFIA's
Top100