Илья Муромец и Соловей-разбойник


Из того ли-то из города из Муромля,
Из того села да с Карачирова,
Выезжал удаленькой дородний добрый молодец,
Он стоял заутрену во Муромли,
А й к обеденке поспеть хотел он в стольнёй Киев-град,
Да й подъехал он ко славному ко горду к Чернигову.
У того ли города Чернигова
Нагнано-то силушки черным-черно,
А й черным-черно, как черна ворона;
Так пехотою никто тут не прохаживат,
На добром кони никто тут не проезживат,
Птица черной ворон не пролетыват.
Серый зверь да не прорыскиват.
А подъехал как ко силушке великоей,
Он как стал-то эту силу великую,
Стал конём топтать да копьём колоть,
А й побил он эту силу великую.
Ён подъехал-то под славный под Чернигов-град,
Выходили мужички да тут черниговски
И отворяли-то врата во Чернигов-град,
А й зовут его в Чернигов воеводою.
Говорит-то им Илья да таковы слова:
- Ай же мужички да вы черниговски!
Я не йду к вам во Чернигов воеводою.
Укажите мне дорожку прямоезжую,
Прямоезжую да в стольный Киев-град.-
Говорили мужички ему черниговски:
- Ты удаленькой дородний добрый молодец,
Ай ты славныя богатырь святорусьскии!
Прямоезжая дорожка заколодела,
Заколодела дорожка, замуравела,
А й по той ли по дорожке прямоезжою
Да й пехотою никто да не проезживал:
Как у той ли-то у грязи-то у черноей,
Да у той ли у березы у покляпыя,
Да у той ли речки у Смородины,
У того креста у Левонидова,
Сиди Соловей-разбойник во сыром дубу,
Сиди Соловей-разбойник Одихмантьев сын,
А то свищет Соловей да по-соловьему,
Ён крычит, злодей-разбойник, по звериному
И от него ли-то от посвисту соловьяго,
И от него ли-то от покрику звериного,
То все травушки-муравы уплетаются,
Все лазуревы цветочки осыпаются,
Темны лесушки к земли вси приклоняются,
А что есть людей, то вси мертвы лежат.
Прямоезжею дороженькой пытьсот есть верст,
Ай окольноёй дорожкой цела тысяча.
Он спустил добра коня да й богатырского.
Он поехал-то дорожкой прямоезжею.
Ёго добрый конь да богатырскии
С горы на гору стал перескакивать,
С холмы на холму стал перемахивать,
Мелки реченки, озерка промеж ног спущал.
Подъезжает он ко речке ко Смородинки,
Да ко тоей он ко гряз он ко чёрноей,
Да ко тою ко берёзы ко покляпыя,
К тому славному кресту ко Левонидову.
Засвистал-то Соловей да й по-соловьему,
Закричал злодей-разбойник по-звериному,
Так все травушки-муравы уплеталися,
Да й лазуревы цветочки отсыпалися,
Темны лесушки к земли вси преклонилися,
Его добрый конь да богатырскии
А он на корзни да потыкается;
Ай как старый-от казак да Илья Муромец
Берёт плеточку шёлковую в белу руку,
А он бил коня а по крутым рёбрам;
Говорил-от он, Илья, да таковы слова:
- Ах ты, волчья сыть да й травяной мешок!
Али ты итти не хошь, али нести не мошь?
Что ты на корзни, собака, потыкаешься?
Не слыхал ли посвисту соловьяго,
Не слыхал ли посвисту звериного,
Не видал ли ты ударов богатырскиих?-
А й тут старыя казак да Илья Муромец
Да берёт-то он свой тугой лук розрывчатый,
Во свои берёт во белы он во ручушки,
Ён тетивочку шелковенку натягивал,
А он стрелочку калёную накладывал,
То он стрелил в того Соловья-разбойника,
Ёму выбил право око со косичею.
Ён спустил-то Соловья да на сыру землю,
Пристянул его ко правому ко стремечки булатнему,
Ён повёз его по славну по чисту полю,
Мимо гнёздышко повёз да Соловьиное.
Во том гнёздышке да Соловьиноем
А случилось быть да три дочери,
А й три дочери его любимыих;
Больша дочка эта смотрит во окошечко косявчато,
Говорит ёна да таковы слова:
- Едет-то наш батюшка чистым полем,
А сидит-то на добром кони,
Да везёт ён мужичищщо-деревенщину.
Да у правого стремени прикована.-
Поглядела его друга дочь любимая,
Говорила-то она да таковы слова:
- Едет батюшко роздольицем читым полем
Да й везёт он мужичищщо-деревенщину,
Да й ко правому ко стремени прикована.-
Поглядела его меньша дочь любимая.
Говорила-то она да такову слова:
- Едет мужичищщо-деревенщина,
Да й сидит, мужик, он на добром кони,
Да й везёт-то наша батюшка у стремени,
У булатняго у стремени прикована.
Ему выбито-то право око со косичею.-
Говорила-то й она да таковы слова:
- Ай же мужевья наши любимыи!
Вы берите-тко рогатины звериныи,
Да и бежите-тко в роздольице чисто поле,
Да вы бейте мужичищу-деревенщину.-
Эти мужевья да их любимыи,
Зятевья-то есть да Соловьиныи,
Похватали как рогатины звериныи,
Да и побежали-то они да й во чисто поле
Ко тому ли к мужичищу-деревенщине,
Да хотят убить-то мужичища-деревенщину.
Говорит им Соловей-разбойник Одихмантьев сын:
- Ай же зятевья мои любимыи,
Побросайте-тко рогатины звериныи,
Вs зовите мужики да деревенщину,
В своё гнёздышко зовите Соловьиное,
Да кормите его ествушкой сахарною,
Да вы поите ёго питьицем медвяныим,
Да й дарите ёму дары драгоценные.-
Эти зятевья да Соловьиныи
Побросали-то рогатины звериныи,
А й зовут-то мужика да й деревенщину
Во то гнёздышко да Соловьиное.
Да й мужик-от деревенщина не слушатся,
А он едет-то по славному чисту полю,
Прямоезжею дорожкой в стольнёй Киев-град,
Ён приехал-то во славный стольнёй Киев-град
А ко славному ко князю на широкий двор.
А й Владымир-князь он вышел со божьёй церквы,
Он пришол в полату белокаменну,
Во столовую свою во горенку,
Оны сели есть да пить да хлеба кушати,
Хлеба кушати да пообедати.
А й тут старыя казак да Илья Муромец
Становил коня да посерёд двора,
Сам идёт он во полаты белокаменны,
Проходил он во столовую во горенку,
На пяту он дверь-ту поразмахивал,
Крест-от клал ён по-писанному,
Вёл поклоны по-учёному,
На все на три, на четыре сторонки низко кланялся,
Самому князю Владымиру в особину,
Ещё всим его князьям он подколенныим.
Тут Владымир-князь стал молодца выспрашивать:
- Ты скажи-тко, ты откулешной, дородний добрый молодец,
Тобе как-то молодца да именем зовут,
Звеличают удалаго по отчеству?-
Говорил-то старыя казак да Илья Муромец:
- Есть я с славнаго из города из Муромля,
Из того села да с Карачирова,
Есть я старыя казак да Илья Муромец,
Илья Муромец да сын Иванович!-
Говорит ему Владымир таковы слова:
- Ай же старыя казак да Илья Муромец,
Да й давно ли ты повыехал из Муромля
И которою дороженькой ты ехал в стольнёй Киев-град?-
Говорит Илья он таковы слова:
- Ай ты славныя Владымир стольнё-киевской!
Я стоял заутрену христовскую во Муромли,
А й ко обеденки поспеть хотел я в стольнёй Киев-град,
То моя дорожка призамешкалась;
А я ехал-то дорожкой прямоезжею,
Прямоезжею дороженькой я ехал мимо-то Чернигов-град,
Ехал мимо эту грязь да мимо черную,
Мимо славную реченку Смородину,
Мимо славную берёзку-то покляпую,
Мимо славный ехал Левонидов крест.-
Говорил ёму Владымир таковы слова:
- Ай же мужичищщо-деревенщина,
Во глазах мужик да подлыгаешься,
Во глазах мужик да надсмехаешься!
Как у славного у города Чернигова
Нагнано тут силы много-множество,
То пехотою никто да не прохаживал,
И на добром коне никто да не проезживал,
Туды серый зверь да не прорыскивал,
Птица черный ворон не пролётывал;
А й у той ли-то у грязи-то у чёрноей,
Да у славной речки у Смородины,
А й у той ли у берёзки у покляпою,
У того креста у Леванидова,
Соловей сидит разбойник Одихмантьев сын,
То как свищет солвей да по-соловьиному,
Как кричит злодей-разбойник по-звериному,
То все травушки-муравы уплетаются.
Тёмны лесушки к земли вси приклоняются,
А что есть людей, то вси мертво лежат.-
Говорит ему Илья да таковы слова:
- Ты Владымир-князь да стольнё-киевской!
Соловей-разбойник на твоём двори,
Ему выбито ведь право око со косичею,
Й он ко стремени булатнему прикованной.-
То Владымир князь-от стольнё-киевской
Он скорёшенько ставал да на резвы ножки,
Кунью шубоньку накинул на одно плечко,
То он шапочку соболью на одно ушко,
Он выходт-то на свой-то на широкий двор
Посмотреть на Соловья-разбойника.
Говорил-то ведь Владымир-князь да таковы слова:
- Засвищи-тко, Соловей, ты по-соловьему,
Закрычи-тко, собака, по-звериному.-
Говорил-то Соловей ему Одихмантьев сын:
- Не у вас-то я сегодня, князь, обедаю,
А не вас-то я хочу да и послушати,
Я обедал у старого казака Ильи Муромца,
Да его хочу-то я послушатию-
Говорил-то как Владымир-князь да стольнё-киевский:
- Ай же старыя казак ты, Илья Муромец!
Прикажи-тко засвистать ты Соловью да й по-соловьему,
Прикажи-тко закрычать да по-звериному.-
Говорил Илья да таковы слова:
- Ай же Соловей-разбойник Одихмантьев сын!
Засвищи-тко ты во полствисту соловьяго,
закрычи-тко ты во полкрыку зверинаго.-
Говорил-то ёму Соловей-разбойник Одихмантьев сын:
- Ай же старая ты казак, Илья Муромец!
Мои раночки кровавы запечатались,
Да не ходят-то уста мои сахарныи,
Не могу я засвистать да й по-соловьему,
Закрычать-то не могу я по-звериному.
А й вели-тко князю ты Владымиру
Налить чару мни да зелена вина,
Я повыпью-то как чару зелена вина,
Мои раночки кровавы порозойдутся,
Да тогда я засвищу да по-соловьему,
Да тогда я закрычу да по-звериному.-
Говорил Илья-то князю он Владымиру:
- Ты Владымир-князь да стольнё-киевской!
Ты поди в свою столовую во горенку,
Наливай-ко чару зелена вина,
Ты не малую стопу да полтора ведра,
Подноси-тко к Соловью к рабойнику.-
То Владымир-князь да стольнё-киевской
Он скоренько шол в столову свою горенку,
Наливал он чару зелена вина,
Да не малу ое стопу да полтора ведра,
Разводил медами он стоялыма,
Приносил-то ён ко Соловью-разбойнику.
Соловей-разбойник Одихмантьев сын
Принял чарочку от князя он одной ручкой,
Выпил чарочку-ту Соловей одным духом,
Засвистал как Соловей тут по-соловьему,
Закрычал, разбойник, по-звериному,
Маковки на теремах покривились,
А околенки во теремах рассыпались
От него, от посвисту соловьяго,
А что есть-то людюшок, таки вси мертвы лежат;
А Владымир князь-от стольнё-киевской
Куньей шубонькой он укрывается.
А й тут старый-от казак да Илья Муромец
Он скорошенько садился на добра коня,
А й он вез-то Соловья да во чисто поле,
Й он срубил ему да буйну голову.
Говорил Илья да таковы слова:
- Тоби полно-тко свистать да по-соловьему,
Тоби полно-тко крычать да по-звериному,
Тоби полно-тко слезить да отцей-матерей,
Тоби полно-тко вдовить да жен молодыих,
Тоби полно-тко спущать-то сиротать да малых детушок.-
А тут Соловью ему и славу поют,
А й славу поют ему век по веку.

© Источник: Былины/Сост., вступ. ст., вводные тексты В. И. Калугина; Худож. Б. А. Лавров. - М.: Современник, 1991 - С. 163-175. - (Сокровища русского фольклора).

© Текст приведён в Web(html)-форму в рамках проекта "Русскiй языкъ". Компьютерный набор, логическая разметка гипертекста, графика, css -- Елена Злобина.